Беларусь: геном саморазвития

В последние два года возникла удивительная ситуация с нашими собственными оценками по поводу состояния экономики и ее реальных возможностей. Кто мы и как развиваемся? Понятно, что в политическом отношении существует застой, монократическая страна с целой системой ограничений. В парламенте нет фракций, правительство работает как исполнительный технический комитет. Парадокс, что за все годы существования суверенной Беларуси в стране не было ни одного правительственного кризиса. Отсутствие правительственных кризисов подтверждает гипотезу о том, что белорусская элита «упакована» специфической исполнительной властью. Меняются премьеры, но суть того, что делает само правительство, в принципе не меняется. В советские годы мы отличались верностью принципам марксизма-ленинизма. Это всё осталось, только в новой упаковке. На «мерседесах» с красно-зелеными флагами. Соединили марксизм с квазирыночным популизмом.

Да, но анализ показывает, что и наша экономика живет своей собственной жизнью. И это нередко смущает само правительство и тех, кто думает, что рулит страной. Очевидно, что в нашей экономической практике существует определенный геном саморазвития. Как можно описать этот геном, матрицу самой системы? По критериям собственности, экономической власти? Да, можно и так. Не менее, но более важным представляется феномен собственных экономических возможностей. Суть проста: мы малая открытая экономика и работаем как поглотитель ресурсов, которые получаем из внешней экономической среды. Нечто похожее на рыбу-прилипалу. Кому-то покажется обидным, но в мировой экономической практике, включая и высокоразвитые страны, это уже распространенное явление.

На примере 2006 года можно увидеть, как живет наша экономика. Из внешнего экономического пространства мы «втянули» ресурсов, материалов, товаров разного рода на 39,3% больше, чем в прошлом году. В реальном стоимостном выражении. Много, критически много. Притом что в физическом выражении импорт вырос почти на 25%.

Такая экономика «засасывает» ресурсы и потом их выдает в виде готовой продукции. Так вот, при оценке фундаментальных свойств белорусской экономики мы можем образно назвать ее геоэкономическим пылесосом, который использует российские ресурсы и в переработанном виде продает вовне. Причем половину – в страны ЕС.

Когда это системное свойство стало реализовывать себя во всё больших объемах, мы, к примеру, стали закупать российской нефти на 60% больше, чем год назад. Можете представить, какой это рост. Не просто небывалый, а рекордный. Пока позволяют мощности перерабатывающих заводов, можно и больше. До предельных объемов мы не дошли. Но приближаемся.

И как же это отразилось на собственно экономической эффективности? Что стало с нашим экономическим пирогом? При 40%-ном приросте импорта ВВП вырос почти на 10%. 1 к 4 – вот агрегированный показатель наших экономических реалий.

Вы думаете, мы живем рационально? Получили пирог на 10% больше предыдущего, но в виде заработной платы и всех реальных доходов отрезали пирог на 17-18% больше. Почти на 20%, для простоты понимания ситуации. Вот здесь и проявляется белорусский геном саморазвития. Набили сусеки и закрома сырьем. Сразу после этого – себе в карманы. Больше, чем полагается по собственной выработке.

Обратите внимание, что пирог своей собственной выделки мы испекли очень скромный. Наше натуральное общественное сельское хозяйство вместе с фермерами, банками-спонсорами и 1,5-миллиардными долларовыми подарками (бесплатными, разумеется) в этом славном году увеличило собственное производство всего на 2,2%. Не будем обвинять незаслуженно аграриев, они пашут, как умеют. Опорой и акселератором экономики, как это было в Китае, они никогда уже не станут. Да и зачем, когда мировой рынок дает всё, что требуется для каждой страны.

Наш аппетит так разыгрался, что в России закупили ресурсов и товаров почти на 5 млрд. долларов. Эта сумма проявится к концу года. Отметим для понимания ситуации, что весь наш государственный бюджет совсем недавно перевалил через 10-миллиардную планку. А тут практически на 5 млрд. Россия, образно говоря, дает нам товарный кредит. Что же скрывает в себе только один этот показатель гигантского дефицита во внешней торговле с Россией?

Мы получаем системный «прокол» во всей экономической политике? Или это частность? Нет, не частность. Пока мы выигрываем многие позиции по причине особых отношений с Россией. Но они могут и закончиться. К этому надо быть готовыми. Если Россия вознамерится преподать нам урок братской дружбы, то она это сделает уже в 2007 году. Или откажется от такой идеи по причине дележа политической власти внутри страны и нежелания портить портрет всей своей братской политики. Хотя бы на время.

А что же мы? Будем дальше идти этой «правильной дорогой»? И какие варианты выбора у нас есть?

Понятно, что в любой стране элиты и население с той или иной степенью конфликтности выбирают «собственную» экономическую систему. Увы, но конфликтность всегда существовала, так как выбор системы означал определенное превосходство одних интересов над другими. Всякая экономическая система строится и строилась на неравенстве. Дисбаланс специально не закладывался лидерами мнений, государственными чиновниками или политиками. В основу любой экономической системы закладывались типы собственности, модели принятия макро- и микрорешений.

Пойдем европейским путем? Что в нем привлекательного для нас? Европа объективно развивалась как система рыночного обращения, движения капиталов, товаров, рабочей силы. Это означало и рост индивидуализма, ответственности на основе частной собственности как генома экономической системы. Такая модель действует в рамках свободы выбора. При этом выбор относится не только к товарам и услугам. Свободный выбор нужен во всем. От сортов хлеба до целей общества и экономики.

Вперед к свободе? В политической сфере как-то не получилось. Не то партии слабые, не то власть давит. Не получилось, это видно всем. Так в чем же дело?

Свобода выбора хороша там, где общество стало производительным и вышло из бедности. Равенство в бедности – удел стран, которые не могут подняться до среднемирового уровня развития. Но различия могут разъединять. Могут и объединять.

Для стран «золотого миллиарда» и для стран Юга Африки в 2006 году, как и ранее, не может быть универсальных моделей экономики. Нас разъединяют столетия и история. И пока нет единой формулы «глобальной жизни». Но сам человек и является «объединительной платформой». Есть и другое – собственность, производство, технологии, социальные и демографические проблемы. Но и в этом есть источник дифференциации. Тип собственности можно институционализировать, но методы и формулы принятия решений будут отличаться. Даже если показатели удельного веса частной собственности в Туркмении и Беларуси будут совпадать (а они действительно совпадают – по 25%), то экономические системы будут отличаться механизмами принятия решений. Причем настолько, что отличия между странами будут явными и неоспоримыми.

Выбор экономической модели развития создает и меняет всякое общество. В нем самом существует несколько моделей и подходов к тому, как формировать собственную экономику. Готовы ли мы к быстрому и радикальному выбору? Спросите у любого делового и «неделового» человека, хотел ли он платить налоги всего один раз в год? Каждый ответит: да. Директор любого белорусского завода или фабрики не поймет, что это за вопрос. Для него такой вариант экономической жизни воспринимается как фантазия. А что будут целый год делать бухгалтеры? А налоговики? А ведь как свободно можно было бы жить – без инфарктов и психологических надрывов.

А если, к примеру, ликвидировать институт прописки как признак позорного социального и экономического рабства? Беларусь вся приедет в Минск? По улицам нельзя будет пройти из-за сотен тысяч непрописанных преступников? Да вы что? Как это? Без «разрешительной записи» в паспорте? Без ОВИРа? Мы уже не верим, что такие условия можно создать для самих себя. В своей собственной стране. На своем экономическом и политическом острове. Точнее на остове этой рыбы-прилипалы.

Конечно, нашу модель, наш геном нам никто не дарил. Не навязывали со стороны. Даже представители международных финансовых организаций (МВФ, Всемирного банка) последние годы обращаются с нами бережно и осторожно. Боятся навредить и помешать нашему собственному выбору. Но дело в том, что выбора нет. Мы просто минимизировали свои устремления к изменениям и остались на старте. На корабле мировой и региональной экономики, который движется и нас несет в новом направлении. Хотя мы считаем, что успешно движемся в известном направлении.

Свободная экономика – это не только свобода, но и ответственность. В том числе ответственность за выбор пути развития.

Так что же для нас лучше? Новая экономика рыночного типа, как в Новой Зеландии? Или нет, только не она. Многие – во власти и в оппозиции – уверены, что шведский или норвежский вариант будет самым лучшим. Впрочем, если бы не было этого странного совпадения во взглядах, то и все мы были бы другими. Европейский вариант рыночной системы уже устарел теоретически и практически. Он дорогой и затратный, требует высокого налогообложения. По этой же причине уровень этатизации ВВП превышает 50%, что усиливает административный контроль в экономике. Обратной стороной высокой «социальности» будет снижение экономической эффективности как самих предприятий и субъектов экономики, так и в целом экономической системы.

Что же предпочитают белорусы? Каковы их представления о наиболее эффективной экономике и справедливом обществе? Это можно понять, анализируя общественные дискуссии, позиции общественных движений и партий. Интересны и результаты социологических исследований. Они свидетельствуют о наших стереотипах. Налицо и мифологизация экономической и социальной ситуации в ряде стран через призму советского подхода.

Согласно результатам социологических исследований, проведенных в прошлом году группой О. Манаева, гордость за высокий уровень экономики нашей страны разделяет всего 5,4% жителей страны. То есть почти 95% этой гордости не испытывают. Итак, полмиллиона белорусов считает, что именно у нас создана экономика высокого уровня развития. Почему? Что можно представить в качестве генерирующего признака? На эти вопросы сложно найти ответы. Однако есть и простое объяснение. Официальная пропаганда в течение последних десяти лет строила на данном тезисе многие пирамиды информации и агитации. Что-то осталось в памяти и воображении людей. Возможно, что из 500 тысяч сторонников такой версии «гордости» за собственную страну несколько тысяч действительно так думают. И не просто потому, что нигде не были и не знают, как живут в соседних странах. У нас есть свой собственный квасной патриотизм. На время его может хватить. Но не более того.

Однако что можем мы выбрать в качестве исходной модели нашей экономической системы – рынок и антирынок? Этот выбор частично сделан, причем в пользу экономики патерналистского типа. Когда спокойно можно набрать товаров в соседнем супермаркете на 5 миллиардов долларов и ничего не заплатить. Спокойно пойти домой, сделать пир горой, а все будут говорить: «Какой хороший хозяин». Или хозяйственник, как часто называют нашего главного руководителя.

Вот вам и геном саморазвития. Сидеть на импортной сырьевой игле и рассуждать о своих преимуществах. Несомненных и неоспоримых. Причем многие в это верят. Не только бабушки, но и ректоры университетов, и проректоры. И российские политики отчасти. И грузчики продовольственного магазина. Тот, что напротив вашего дома. И, кстати, им не очень-то нужна независимость страны. Гаити, Таити? Нам дома лучше. Вот вам и национальный менталитет. Наш геном саморазвития.

Спорить надо не о достоинствах того или иного политика. Обращаться надо к собственной жизненной платформе. Чего мы хотим и как живем? Как будем жить? Ждем прихода чудесного парохода с подарками? Будем теперь добывать нефть в Иране и Венесуэле? Обратите внимание: плохо станет с российской нефтью, найдем в другом месте. Просто страна кладоискателей. Черных копателей. По причине особого цвета нефти.

Рис. А. Рамович

Метки