Форум «Минского диалога»: от критики к анализу результатов

Белорусская дипломатия мягкой силы, завышенные ожидания и вдохновляющий успех

23-25 мая 2018 года состоялся форум «Восточная Европа: в поисках безопасности для всех» – крупнейшая в Беларуси международная конференция по безопасности, организованная экспертной инициативой «Минский диалог» при поддержке западных партнеров и при участии белорусских властей, включая выступление Александра Лукашенко. Каких результатов достиг форум и с чем связана его критика?

Атмосфера для критики

«Минский диалог» существует с 2015 года, и его инициативам непременно сопутствует как организационный успех, так и внешняя критика. Экспертная инициатива изначально позиционирует себя как политически нейтральная и дистанцирующаяся от конфликтов и разделительных линий. Дискуссии «Минского диалога» проходят в закрытом режиме, зачастую – без доступа прессы; приглашения получают международные и белорусские эксперты, включая представителей академического сообщества, а также дипломаты и депутаты. Однако даже приглашенные участники часто ограничены Chatham House Rule, позволяющим распространять информацию с дискуссий «Минского диалога» сугубо без указания имен.

Все это создает почву как для некоторой атмосферы элитарности и более открытого обмена мнениями внутри дискуссий, так и для внешних подозрений, конфликтов, слухов и предубеждений. Подлила масла в огонь и история с фейковым приглашением на прошлогоднюю конференцию «Минского диалога» Владимиру Некляеву (так и не было окончательно выяснено, кто устроил эту провокацию). Откровенно хорошие отношения «Минского диалога» с МИДом и БГУ, приглашение руководителя экспертной инициативы Евгения Прейгермана на «Большой разговор с президентом» и уж тем более беспрецедентное участие Александра Лукашенко в негосударственной экспертной конференции – все это становится основанием для критики «Минского диалога» оппозиционными политиками, активистами и журналистами.

Инициативу называли фейковой, ГОНГО, креатурой Макея и обвиняли в отбеливании режима ради получения западных денег. Руководство «Минского диалога» публично воздерживается от резких ответов, но прозрачно намекает: в оппозиционных политических партиях мало профессионалов, им нечего добавить в экспертную дискуссию, они не повысят ценность диалога, а просто давать им трибуну для политических заявлений «Минский диалог» не будет. Были конфликты и с негосударственной прессой – например, «Белсату» отказывали в аккредитации на события «Минского диалога» из-за недовольства их материалами.

На этот раз к «Минскому диалогу» было обращено повышенное внимание – из-за участия в майском форуме Александра Лукашенко, что в равной степени активизировало и критику. Парадоксально, что произошло это как раз на одном из самых открытых событий «Минского диалога». Большинство дискуссий форума проходили в открытом для прессы режиме (включая тот же «Белсат»), приглашения получили многие представители экспертного и гражданского общества Беларуси (включая правозащитников – «Белорусский Хельсинкский комитет»).

Ожидания не по адресу

Если обобщить и формализовать критику «Минского диалога», а также убрать конспирологию и рассуждения о редких отчествах, то остается фактически одна основная претензия. Белорусские власти, при содействии экспертов, заинтересованы в широком диалоге по вопросам международных отношений и региональной безопасности, готовы этому активно содействовать. При этом по внутренним делам диалог в Беларуси продвигается ни шатко ни валко, власти не горят сопоставимым желанием обсуждать с гражданским обществом и экспертами фундаментальные вопросы – будь то права человека, академические свободы или строительство АЭС. Как замечает социолог Сергей Николюк, «государство, отказывающееся вести диалог с собственным народом, пытается создать переговорную площадку европейского масштаба».

Сами по себе эти претензии в адрес государства, в общем-то, справедливы. Сочетание на высшем уровне полной готовности к диалогу внешнему с полной неготовностью к диалогу внутреннему способно вызывать у стороннего наблюдателя когнитивный диссонанс. Однако справедливо и то, что эти претензии по сути не имеют отношения к экспертной инициативе «Минский диалог», равно как и не снижают ценность дискуссий по региональной безопасности.

Евгений Прейгерман сравнивает «Минский диалог» с форумами, посвященными ITили природе – в том плане, что это узкоспециализированные площадки, куда не зовут представителей политических партий. Однако это сравнение можно использовать и шире. Форуму по блокчейну не ставят в вину, что в Беларуси есть проблемы с независимостью судебной системы; конференции журналистского сообщества проходят в то время, когда не решена до конца проблема бездомных котиков; презентация законопроекта о защите бчб-флага не помогла решить проблемы доступности городских объектов для людей с инвалидностью – и так далее. Фактически каждый профессионал занимается своим делом, и несправедливо обвинять его в том, что вокруг есть и другие проблемы –каждый работает в том направлении, в каком считает нужным и более эффективным.

А поскольку критики на «Минском диалоге» в основном никогда не присутствовали, то им сложно оценить уровень экспертных дискуссий и ту роль, которую они играют в укреплении имиджа Беларуси как нейтральной площадки и самостоятельного, независимого государства. Некоторые россияне на форуме «Минского диалога» даже высказывали опасения – мол, эта площадка не должна стать инструментом отдаления Беларуси от России. Что же касается качества экспертизы, то его характеризуют и регалии спикеров, и то внимание, которое дипломаты регулярно уделяют дискуссиям на событиях «Минского диалога». Для международных участников внутрибелорусские конфликты вокруг «Минского диалога» и вовсе могут быть незаметны – они заняты обсуждением своих профессиональных тем, будь то конфликт на Донбассе или усовершенствование модели европейской безопасности, что ценно само по себе.

Без волшебства, но с вдохновением

Еще до начала форума организаторы призывали не ждать чудес, и волшебства действительно не было: одна конференция, пусть даже и весьма яркая, не решила всех проблем – особенно тех, которые и не планировалось решать (в первую очередь – сугубо внутрибелорусских). Экспертные конференции вообще отличаются от планерок, встреч рабочих групп и заседаний оргкомитетов тем, что не ведут напрямую к немедленным действиям стейкхолдеров и изменениям в политике. Впрочем, на заключительной пленарной дискуссии форума «Минского диалога» участники высказывали заинтересованность в более практикоориентированных форматах, так что в будущем здесь можно ожидать подвижек.

Форум изначально был ориентирован на укрепление регионального сотрудничества во втором треке дипломатии (то есть на развитие собственно инициативы «Минский диалог») и на расширение поля внешнеполитического маневра для Беларуси.

Над второй целью активно работал и Александр Лукашенко, в своем выступлении не скупившийся на комплименты присутствующим международным экспертам и рассчитывавший в ответ на некоторый лоббизм: «вы не только даете политикам речи, но и влияете на их решения». Он же декларировал и внешнеполитическую многовекторность: «Мы – суверенное государство, и четко осознаем свое место на международной оси координат. Мы не с Россией против Европы и не с Европой против России». Все это можно назвать белорусской дипломатией мягкой силы, когда изменения имиджа Беларуси с сателлита России и пресловутой последней диктатуры Европы на нейтральную диалоговую площадку и донора стабильности в регионе занимаются не только посольства и МИД, но также потенциально местные и зарубежные эксперты.

С развитием самого «Минского диалога» тем более все в порядке. Проведение такого представительного форума наверняка самым положительным образом скажется на имидже экспертной инициативы в глазах зарубежных коллег, доноров, дипломатов и белорусских властей. Учитывая, что амбиций организаторам не занимать, все это позволит «Минскому диалогу» активно развиваться.

Истории успеха заразительны. Вот уже и ЛДПБ хочет провести в Беларуси «Конгресс патриотических партий Европы», сделать Минск площадкой для евроскептиков и популистов со всего континенты, от «Национального фронта» Ле Пен до «Единой России». Хочется верить, что потенциальные трудности не остановят и патриотов совсем другого толка, которые также вдохновятся успехом «Минского форума» и организуют в Минске значимые события международного уровня, посвященные любой достойной тематике – от гражданских свобод до защиты птиц.