Выход США из ядерной сделки с Ираном — угроза трансатлантическому единству

Совместный всеобъемлющий план действий под угрозой

8 мая 2018 года Президент США Дональд Трамп объявил о выходе США из соглашения по ядерной программе Ирана, известной как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), и возобновлении санкций в отношении Ирана. Ещё с момента предвыборной кампании американский президент выступал с заявлениями о необходимости пересмотра данного соглашения. Такое решение коренным образом ставит под вопрос как характер политики предыдущей администрации президента Барака Обамы в отношении Ирана и ближневосточного региона в целом, так и будущее трансатлантических отношений.

Выход США из СВПД

15 июля 2015 года Иран и страны «шестёрки» (США, Франция, Германия, Великобритания, Китай и Россия) подписали соглашение по ядерной программе Ирана в обмен на последовательную отмену санкций. 18 октября 2015 года СВПД вступил в силу.

Дональд Трамп назвал СВПД «ужасным односторонним соглашением, которое никогда не должно было быть заключено». Американский лидер добавил, что «СВПД позволил Ирану продолжать обогащать уран и в конечном счёте достичь ядерного прорыва». Трамп утверждает, что соглашение только ограничивает ядерную деятельность Ирана на определенный период и не решает проблему разработки Ираном межконтинентальных баллистических ракет. Более того, ограничения на возможности Ирана обогащать уран истекают в 2025 году в соответствие с соглашением.

Администрация Трампа хочет заключить пакетную сделку, которая касается четырёх аспектов: отказ от разработки межконтинентальных баллистических ракет, ограничение региональной роли Ирана, ужесточение режима инспекций и пересмотр положения об истечении срока действия некоторых пунктов соглашения по ядерной разработке. Трамп считает, что требования к Ирану нужно ужесточить, иначе после окончания действия положений договора Тегеран вновь сможет работать над созданием ядерного оружия. Среди стран, поддержавших решения Трампа, важно отметить Израиль, который настаивает на том, что Иран тайно продолжает развивать ядерную программу. Саудовская Аравия также положительно отреагировала на решение США.

Иран в свою очередь отказывается пересматривать соглашение. Президент Ирана Хассан Рухани в ответ заявил, что Иран будет продолжать следовать условиям соглашения и вести переговоры с другими участниками СВПД. Если не будет найдено удовлетворительного решения, гарантирующего экономические выгоды Ирану в рамках сделки, то, по словам Рухани, Иран «начнёт обогащать уран больше, чем раньше».

Решение Президента США встретило негативную реакцию большинства государств. МИД России заявил, что «крайне обеспокоены, что США в очередной раз действуют вопреки мнению большинства государств и исключительно в собственных узкокорыстных и конъюнктурных интересах, грубо попирая нормы международного права».

Президент Франции Эммануэль Макрон от лица «евротройки» сказал, что такое решение может поставить под угрозу международный режим нераспространения ядерного оружия. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини отметила, что СВПД не является двусторонним соглашением, поэтому ЕС будет продолжать выполнять условия соглашения в случае соблюдения Ираном своих обязательств в рамках СВПД. Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш также выразил беспокойство в связи с решением США и призвал другие стороны СВПД соблюдать свои обязательства.

Таким образом, другие участники СВПД не хотят пересматривать сделку, так как это означало бы в том числе и новые риски для взаимодействия европейских стран с Ираном (ведь Иран не собирается вступать в переговоры по поводу новой сделки). Заключать новое соглашение, по мнению европейских стран, не представляется возможным.

Осложнение трансатлантических отношений

Следующим шагом после выхода из соглашения, по заявлению Трампа, будет введение санкций против Ирана. Любая фирма или финансовое учреждение, ведущая бизнес с Центральным банком Ирана, и, следовательно, любой, кто покупает иранскую нефть, немедленно подвергнется вторичным санкциям США. Поскольку все остальные стороны СВПД считают, что сделка работает, это может привести к серьёзной напряжённости в отношениях с торговыми партнёрами США, такими как Китай, Япония, Индия и ЕС, если Соединенные Штаты введут против них вторичные санкции.

Для того чтобы сохранить СВПД, Европейская комиссия хочет ввести закон о торговой обороне. Европейские лидеры решили ввести особую норму по защите (blocking statute), которая позволяет европейским компаниям не соблюдать санкции США против Ирана. На обновление и утверждение такого закона потребуется около двух месяцев. Такая мера позволит обеспечить экономические выгоды Ирану в соответствие с СВПД и, следовательно, сохранить само соглашение. Также было решено «позволить Европейскому инвестиционному банку облегчить инвестиции европейских компаний в Иран».

Таким образом, ядерная программа Ирана ставит под вопрос трансатлантическую солидарность в целом. Президент Ирана Хасан Рухани отметил, что поддержка соглашения европейскими странами для Тегерана важнее решения США. Вместе с тем, выход США из сделки может послужить усилению влияния сторонников жесткой линии внутри Ирана и, как следствие, к симметричному выходу из сделки и к ужесточению политики на Ближнем Востоке, перезапуску и активизации ядерной и ракетной программ.

ЕС, однако, не собирается уступать давлению США. Глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер сказал, что «ЕС должен принять на себя роль глобального лидера, потому что решение Трампа о разрыве иранской сделки означает, что США больше не намерены сотрудничать с другими государствами и отворачиваются от дружеских отношений с такой яростью, которая не может не удивлять». Тем не менее, разрывать партнёрские отношения и вступать в торговую войну с США противоречит интересам европейских стран. В нынешней ситуации ЕС находится между двух огней – с одной стороны, Брюссель должен защищать инвестиции европейский стран и компаний в Иран, и для этого был принят необходимый пакет мер. С другой стороны, крупные европейские компании и корпорации, присутствующие на глобальном рынке, не могут полностью игнорировать угрозы США о возможном введении санкций против них за экономическое сотрудничество с Ираном. В этой связи многие европейские гиганты, например французская Total, начали готовиться к сворачиванию совместных с Ираном проектов. Следовательно, ЕС придётся балансировать между отстаиванием самостоятельной позицией по СВПД и сохранением сотрудничества с США.

Геополитическая стратегия или стратегически противоречивое решение?

Следует отметить заявление Трампа о том, что «США не отказываются от поиска решения проблемы иранской ядерной угрозы». Натан Сакс, директор и научный сотрудник Центра ближневосточной политики, подчеркнул, что «главный вопрос после заявления Трампа остаётся таким же, как и был к противникам заключения СВПД: какова ваша альтернатива? Трамп, возвращаясь к знакомым темам о своих навыках ведения переговоров, предположил, что Иран может заключить с ним новую сделку. Более реалистичной альтернативой является открытое противостояние с Ираном: сдерживание. Это может быть серьёзным подходом, если одна сторона будет оказывать давление на другую посредством всеобъемлющей стратегии и убедительно заявлять о своих угрозах».

Анализируя тактику переговоров Трампа, можно отметить, что она базируется на угрозах, давлении, повышении напряжённости ситуации, жёсткости при личном общении и, наконец, предложении компромисса на выгодных для США условиях. Эксперты проводят параллель между таким способом ведения переговоров и советами Трампа по ведению бизнеса, описанными в его книге «Искусство совершать сделки».

Если посмотреть на ситуацию выхода США из СВПД, Трамп действительно прямо заявлял о недовольстве соглашением с момента своей предвыборной кампании, противостоял попыткам европейских лидеров найти компромиссное решение, объявил об окончательном выходе из соглашения, выдвинул жёсткие условия Ирану, угрожает санкциями, которые коснутся не только Ирана, но и ЕС. По всей видимости, вскоре будет понятно, какой же выгодный для себя компромисс предложит Трамп. Однако считаться с мнением своих союзников не входит в тактику американского президента. Стратегической целью новой политики, которая формируется под влиянием нового советника по национальной безопасности Джона Болтона, а также израильского и саудовского лобби в Вашингтоне, по всей видимости, является изменение политического режима Ирана.

Вместе с тем, сам Трамп предлагает Ирану заключить новое пакетное соглашение, где были бы увязаны ограничения как на ядерную, так и ракетную программы, а также которое бы сдерживала региональные амбиции Ирана (по формированию так называемого «шиитского полумесяца»). Его внешнеполитические решения красной нитью пронизывает установка на борьбу с наследием Барака Обамы, который и заключил сделку с Ираном. При этом какие-либо конкретные детали возможной новой сделки с Ираном американский президент так и не предъявил до сих пор. И возможна ли такая пакетная сделка в принципе – до сих пор остается большим вопросом.

Дэн Биман, старший научный сотрудник Центра ближневосточной политики также следующим образом охарактеризовал решение Трампа: «мы снова видим триумф символизма и внутренней политики над внешнеполитической реальностью. У нас есть решение без плана. Президент может объявить американцам, что он действует жёстко, но реальностью является лишь политическая неопределённость, а союзники в это время ищут любые способы для лидерства».

Результат выхода США из СВПД может стать стратегической ошибкой США. Двусторонние отношения Ирана и США могут приобрести ещё более конфликтный характер, не говоря уже об осложнении отношений с европейскими партнерами. Будущее СВПД стоит в зависимости от того, как участники соглашения смогут обеспечить обещанные гарантии Ирану без США. Иран начинает выстраивать свою позицию, опираясь на угрозы возобновления ядерной и активизации ракетной программ, а также усиливая свою поддержку своим традиционным региональным союзникам в лице режима Асада в Сирии, хуситов в Йемене, Хезболлы в Ливане и т.д. ЕС принимает меры противодействия санкциям США против Ирана, но насколько решительными эти меры окажутся, покажет время.

Трамп своим решением снизил потенциал регионального сотрудничества с Ираном. Более того, катастрофическим последствием развития напряжённости между США, Ираном и Израилем может стать новая война на Ближнем Востоке. Такую политику сложно назвать грамотной геополитической стратегией. По мнению Сьюзанн Малоней, заместителя директора программы внешней политики Брукингс, вопрос заключается в том, насколько Америка усилила собственную безопасность и безопасность своих союзников на Ближнем Востоке. Если Трамп считает, что режим ограничений и инспекций, предусмотренных СВПД, недостаточен для сдерживания Ирана, стоит задуматься, какие риски тогда могут возникнуть после устранения этих ограничений.

Но такой подход не решает ни проблему ядерной программы Ирана, ни существующие кризисы в регионе. Либо Трамп стремится действовать в одиночку, укрепляя лидерство США в регионе, либо он пренебрегает региональными проблемами ради достижения собственных целей. Так или иначе отказ действовать вместе с международными партнёрами вряд ли является эффективной мерой на фоне развивающейся нестабильности на Ближнем Востоке.