«Запад-2017»: период неопределенности

Могут ли военные учения спровоцировать кризис в регионе

Чем ближе начало белорусско-российского учения «Запад-2017», тем чаще звучат опасения, что Кремль использует мероприятие для провоцирования очередного кризиса в регионе. Правда, природа и причина этих опасений у каждого свои. А в некоторых случаях вообще имеет место попытка сыграть на апокалиптических ожиданиях для достижения собственных политических целей.

Что беспокоит НАТО

Хотя руководство Альянса публично заявляет о том, что будет внимательно наблюдать за «Западом-2017» и готово реагировать на любые провокации, при более внимательном рассмотрении выясняется, что отношения у стран-членов к белорусско-российскому учению разные. Из соседей Беларуси тревогу публично высказывают Польша и Литва. И весьма сдержанную позицию занимает Латвия.

Разница подходов связана с тем, что «Запад-2017» в Варшаве и Вильнюсе рассматривается прежде всего в политической, а не в военной плоскости. Иначе, как раз латышам бы и стоило беспокоиться. Так как именно они оказываются «зажаты» сразу с трех сторон: российским балтийским флотом с севера, масштабными учениями ВДВ России со стороны Псковской области на востоке, и белорусско-российскими учениями с юга. При этом Латвия обладает наименьшим оборонным потенциалом из всех трех балтийских стран.

Польша играет, а Литва хотела бы играть, роль модератора восточной политики ЕС и отчасти – НАТО. А потому фактор «Запада-2017» искусственно раздувается польскими и литовскими политиками с целью решения вопросов, связанных с внутренними процессами в Евросоюзе и Альянсе. В том числе и для наращивания влияния Польши и Литвы на региональную политику ЕС и НАТО.

В отличие от своих западных соседей, Рига на значимую политическую роль не претендует и проводит прагматичную политику обеспечения и продвижения своих интересов. Наличие контингента НАТО в Латвии, даже несмотря на его малочисленность, является достаточной гарантией того, что инструменты коллективной обороны в рамках Альянса при необходимости будут приведены в действие.

При этом стоит отметить, что НАТО и Россия говорят на разных языках. Например, облеты границ стран Альянса российской стратегической авиацией в Москве рассматривают как демонстрацию флага и пиар-акцию. На Западе – как угрозу применения ядерного оружия в отношении неядерных государств.

Встревоженный Киев

Де-факто, Украина находится в состоянии войны с Россией. Весьма странной, но тем не менее – войны. Поэтому в Киеве крайне настороженно относятся к любой российской военной активности вблизи своих рубежей. И в «Западе-2017” усматривают две угрозы.

Во-первых, параллельно с «Западом» Россия будет проводить серию различных мероприятий боевой подготовки вдоль украинской границы. Очевидно, что речь идет о весьма значительных мероприятиях. Украинские специалисты уже около месяца фиксируют масштабную переброску российских войск к своим границам. Войска перемещаются даже из западной Сибири. Основная масса российских подразделений движется не на запад (в Беларусь или к границам с ЕС), а к границам Украины. Есть опасения, что такая концентрация сил является признаком планируемых военных провокаций против Украины, прежде всего на линии фронта в Луганской и Донецкой областях.

Однако стоит отметить, что те же украинские специалисты сообщают о сокращении численности «армий» так называемых «народных республик». Поэтому если вооруженное обострение и последует, то оно будет иметь прежде всего пропагандистский, психологический и политический эффект. Сомнительно, чтобы Россия ставила перед собой некие решительные военные цели.

Во-вторых, в Киеве не исключают российских провокаций с территории Беларуси во время учения «Запад-2017». Возможна ситуация, когда российские самолеты, участвующие в учении, нарушают воздушное пространство Украины, чем провоцируют украинские силы ПВО на применение оружия. После чего, российская сторона, отрицая факт нарушения границы, обвиняет Киев в агрессии против т.н. «союзного государства» и ставит Минск перед выбором: либо совместное военное реагирование, либо в Минске должны наконец определиться, насколько приоритетны для него отношения с Россией. А вместе с ними – и доступ на российский рынок, получение российской финансовой и политической поддержки. При этом речь о введении в Беларусь ни первой, ни сто первой танковой армии не идет. Достаточно создания российской военной базы войск ПВО с формальной задачей защиты южных границ Беларуси в воздушном пространстве. 2-3 дивизиона российских ЗРК С-400 в состоянии в случае военного конфликта с Украиной взять под контроль воздушное пространство над северными областями этой страны. Включая Киев.

Естественно, и Украина, и НАТО при таком развитии ситуации вынуждены будут реагировать. В том числе и в военной сфере. Это потребует дополнительного напряжения со стороны Украины для усиления системы безопасности с севера. А Беларусь станет стороной противостояния благодаря размещению исключительно, казалось бы, оборонительных вооружений на собственной территории.

Белорусская рулетка

Основная проблема с «Западом-2017» для Минска в том, что на период его проведения судьба белорусско-европейских, белорусско-американских и белорусско-украинских отношений критически зависит от добросовестности Москвы. Любая провокация с российской стороны моментально вызовет активизацию тех политиков в соседних странах, которые склонны рассматривать по различным причинам нашу страну в качестве придатка России. И которые под этим предлогом отрицают политическую субъектность Беларуси.

С рациональной точки зрения, Кремлю нет никакого резона организовывать провокации против соседних стран с белорусской территории. Во-первых, ответная реакция будет жесткая. А Москва далеко не в лучшей форме и дополнительное напряжение ей не с руки. Во-вторых, это вызовет окончательную дезинтеграцию постсоветского пространства, на московских интеграционных планах можно будет ставить жирный крест. В-третьих, непонятно как отреагирует официальный Минск. Сказки про то, что А. Лукашенко – российский вассал, имеют мало общего с реальностью. Белорусский руководитель крайне сложный партнер для всех контрагентов, и для Москвы в том числе. И весьма импульсивный. А потому реакция может быть жесткая. Опять же, у Москвы хватает врагов и без Минска.

Проблема в том, что у Кремля много башен и они смотрят в разные стороны. Политика России слишком часто иррациональна и идеологизирована. Кроме того, началась президентская кампания. И до настоящего времени не ясно, что предложит В. Путин российскому электорату. Кроме того, крайние санкции США в отношении России требуют от Москвы реагирования. И в текущих условиях создание дополнительного напряжения в регионах, где есть значимые интересы США (или в отношении которых Вашингтон несет обязательства) может быть вариантом такого ответа.