Неприсоединение к Европе

Международная конференция – это встреча, на которой
стороны приходят к согласию относительно даты следующей встречи.

 

В чем не откажешь белорусским государственным средствам массовой информации, так это в умилительном стремлении максимально гипертрофировать значимость того или иного международного события, в котором удается принять участие белорусским официальным лицам, особенно если оно происходит на достаточно высоком и тем более высшем уровне. Вообще-то для этого используются любые приемы, однако иногда удается обходиться самыми простыми.

Вот, например, последнее мероприятие такого рода – состоявшийся на минувшей неделе саммит Движения неприсоединения (ДН) в Гаване, где большую активность проявила белорусская делегация во главе с самим Александром Лукашенко. Естественно, столица Кубы государственными СМИ именовалась в те дни не иначе, как центром мировой политики. А в качестве обоснования приводилось то обстоятельство, что данная организация объединяет 116 стран и «по этому показателю уступает только ООН», откуда следовал неопровержимый вывод, что это «делает ее второй международной силой» (Советская Белоруссия, 13.09.06). Для справки: Межпарламентский союз (МПС), в который, кстати, наша страна также входит, включает в себя еще больше стран – аж 140. Посему надо полагать, что в белорусских официальных СМИ во время следующей конференции этой структуры уже именно ей будет отведено почетное второе место.

На самом деле, как ни прискорбно, но ни второго, ни третьего, ни, увы, даже десятого места в мировой политической иерархии ДН, как, впрочем, и МПС, не занимает. В свое время в статье, посвященной первому микроюбилею пребывания Республики Беларусь в Движении, о занимательной подоплеке ее вступления в него и о его истории подробно рассказал бывший сотрудник белорусского внешнеполитического ведомства Юрий Кожуро (Беларусь: первые пять лет неприсоединения / НМ, 10.02.04). Он также убедительно показал всю бессмысленность нашего нахождения в ДН.

Тем не менее, в последнее время суета белорусских официальных лиц вокруг этой организации не только продолжается, но и усиливается. Кроме того, в белорусской позиции в ее отношении появились некоторые достаточно заметные изменения. Поэтому представляется целесообразным вернуться к этой теме и снова рассмотреть складывающуюся ситуацию.

Начнем с того, что Республика Беларусь в настоящее время осталась в Движении единственной европейской страной: два года назад, сразу же после своего вступления в Европейский союз ДН покинули «последние из могикан» – Кипр и Мальта. Особую пикантность данному обстоятельству придает тот факт, что она же осталась единственной европейской страной, не входящей в Совет Европы. По формальным признакам, будучи участником Организации Договора о коллективной безопасности государств СНГ и имея на своей территории иностранные военные базы, наша страна никак не может считаться «неприсоединившейся», хотя Лукашенко и убежден в обратном, о чем он заявил в Гаване, отвечая на вопросы журналистов. Ладно, Движение проигнорировало данное кардинальное несоответствие своим уставным положениям, что лишний раз доказало полную утрату им собственных исходных ориентиров равно как и потерю идентичности. Но нас-то какая сила по-прежнему тянет туда?

Во-первых, и восемь лет спустя международное положение Беларуси трудно назвать заметно улучшившимся. По известным причинам страна по-прежнему находится в постоянной конфронтации практически со всем западным миром. Дело дошло до того, что вследствие визовых санкций, наложенных на целый ряд высокопоставленных белорусских чиновников подавляющим большинством государств евроатлантического региона, даже у самого Александра Лукашенко возникли определенные проблемы с попаданием на «Остров Свободы», поскольку добираться пришлось через Африку.

Белорусское же руководство всеми силами стремится доказать своему электорату, что никакой международной изоляции не существует. И в этом плане ДН предоставляет ему возможность продемонстрировать собственную значимость: мол, как можно говорить о каком-то отстранении Беларуси от мировой политики, когда она не просто участвует в столь масштабном форуме, но и занимает там чуть ли не ведущие позиции. Как утверждает один из близких к официальным кругам политолог, «неприсоединенцам» следовало бы по такому случаю и с учетом нашего европейского происхождения возликовать и уговорить нас возглавить Движение. Мы бы, наверное, не отказались, но они, видно, счастья своего не понимают…

Есть все основания полагать, что именно эти соображения были положены в основу упомянутых и аналогичных им умозаключений в официальных СМИ. Так что даже если бы ДН было чем-то вроде международного клуба филателистов, участие в его деятельности, с точки зрения белорусских властей, все равно было бы оправданным. А поскольку население в подавляющей массе своей доступа к альтернативной информации не имеет, то ему можно «впаривать» все что угодно. Имеются, правда, большие сомнения в том, что подобные проблемы хоть как-то интересуют белорусских граждан.

Однако есть еще более весомый фактор: среди участников Движения у официального Минска обнаружились единомышленники, полностью разделяющие его взгляды на самые жгучие вопросы современности. Так, в своей приветственной речи Рауль Кастро осудил Соединенные Штаты за «планы империалистических захватов» и выразил поддержку руководству Ирана, на которое в последнее время оказывается давление со стороны Запада. Жесткое заявление по Ирану сделал также президент Венесуэлы Уго Чавес: «При любом стечении обстоятельств мы с вами, как с и Кубой. Если США вторгнутся на Кубу, прольется кровь». Наконец, в итоговой резолюции было поддержано право Ирана на развитие ядерных программ, хотя и с оговоркой, что речь идет о производстве и использовании атомной энергии в мирных целях.

Заодно в 92-страничной заключительной декларации участники осудили действия Израиля против Ливана, а также вроде бы выступили против терроризма, но исключили из этого понятия борьбу за самоопределение и против оккупации. Совершенно понятно, что эти исключения направлены на то, чтобы вывести из под огня критики современные палестинские акции. Вот только интересно, распространяются ли они также на курдов, сорокамиллионный народ, давно мечтающий о своей государственности, но разделенный пока между четырьмя странами и тоже периодически прибегающий к терактам? Думается, вряд ли, поскольку три страны из этих четырех – Сирия, Ирак и тот же Иран – являются одними из ведущих участников ДН. Двойные стандарты хорошо видны только у политических противников…

Сам президент Ирана Махмуд Ахмадинежад раскритиковал Совет безопасности ООН за то, что он не может разрешить международные конфликты из-за права вето, которым пользуются США и Великобритания, и сделал вывод, что нужно «сделать так, чтобы в СБ ООН избирались страны на ограниченный период и лишь те из них, которые выступают в защиту интересов всех членов международного сообщества». Мысль, конечно, интересная, однако не вполне ясно, кто и каким образом будет контролировать подобный отбор.

ООН в Гаване досталось и от Лукашенко, который полностью солидаризировался с иранским коллегой: «Очень справедливо президент Ирана упрекал ООН и Совет безопасности за бездействие в самых «горячих» случаях нашей жизни, о чем стыдливо умалчивал, выступая здесь, генеральный секретарь ООН». Столь вольное обращение объясняется тем, что Кофи Аннан в ближайшее время уходит со своего поста, а также, не в последнюю очередь, его неосторожным высказыванием о том, что во многих государствах, входящих в ДН, необходимо прекратить преследования оппозиции, давление на СМИ, а также бороться с коррупцией.

Естественно, не могла быть оставлена без внимания такая животрепещущая проблема, как однополярность нынешнего мироустройства, Как известно, с этим положением категорически не согласно белорусское руководство, что нашло свое очередное подтверждение в кубинской столице: «Нам навязывается совсем уже одна модель развития. Западные лидеры убеждены, что лишь их страны имеют право писать новейшую историю. Они используют свою силу для перекраивания планеты под свои нужды». А для начала «Движение должно решительно вставать на политическую защиту своих членов, подвергшихся внешнему давлению или агрессии. Сплоченной должна быть наша позиция в рамках ООН и других международных организаций». В самом деле, из 48 членов новообразованного Совета ООН по правам человека 28 представляют ДН. Ну, что ж, посмотрим на их поведение при обсуждении ситуации в Беларуси, которое как раз должно пройти в эти дни.

Впрочем, и Александр Лукашенко вынужден был признать, что Движению не хватает единства: «Неужели мы, как страусы, закопав голову в песок, не хотим видеть, что происходит вокруг нас? … Что же мы за организация, не повторяем ли мы те ошибки, которые присущи ООН?» – задавал он в своем выступлении риторические вопросы. Увы, он прав, по большому счету диалог с Западом каждая из стран-участниц ведет самостоятельно, хотя получается, конечно, у всех по-разному. Именно поэтому ДН не может создать ничего позитивного. А причина отсутствия такого единства заключается в том, что, за исключением антиамериканской риторики, у его участников слишком мало общего. Да и та в целом отнюдь не характерна для ряда ведущих членов ДН, таких, например, как Индия, Египет или Сингапур.

Белорусские государственные СМИ пытаются также доказать перспективность экономического сотрудничества в рамках ДН. В качестве аргумента приводится то, что долю его стран-участниц неприсоединения приходится 86% мировых запасов нефти, 51% населения планеты и 44% всех лесов на Земле. Отсюда якобы следует, что у ДН есть все ресурсы для того, чтобы стать мощной силой на мировой арене. (СБ, 15.09.06).

В действительности же в ДН четко просматриваются три группы государств: наиболее благополучные – это новые индустриальные страны Юго-Восточной Азии, ведущие латиноамериканские страны, ЮАР, Египет и некоторые африканские и ближневосточные государства, главным образом нефтедобывающие; затем около 60 государств со средним для стран Юга, но в целом весьма невысоким уровнем дохода на душу населения; и, наконец, приблизительно 40 беднейших государств, в основном в Африке и частично в Азии.

То есть большинство наших партнеров относятся к «третьему миру» со всеми вытекающими отсюда последствиями – нищетой, болезнями и пр. Процессы расслоения в сфере социально-экономического развития имеют объективный характер и выливаются в диверсификацию интересов и целей государств, входящих в ДН, что никак не стимулирует у них потребность действовать в формальных рамках структуры. И даже если предположить, что все они каким-то чудом проникнутся единым духом, то едва ли можно рассчитывать на то, что, скажем, Саудовская Аравия или Нигерия согласятся поставлять остальным по бросовым ценам нефть, а Алжир – газ. Пока что подобные популистские акции Уго Чавеса имели очень узкий масштаб, и последователей у него что-то не нашлось. Дружба дружбой…

Кроме того, как-то трудно представить, каким образом можно интенсивно развивать экономические связи в рамках Движения, если его саммиты проходят раз в три года (а то и реже). Это что же, три года ждать возможности переговорить с коллегой в течение получаса и решить за это время все деловые вопросы? Ведь у ДН даже нет пока своего постоянного секретариата, не говоря уже об институте постоянных представителей. Причем дальше дискуссий о необходимости его создания дело не идет, так как среди самих неприсоединившихся стран до сих пор не существует по этому поводу единства мнений.

В частности, существуют опасения, что секретариат приобретет характер наднационального органа, вершащего дела от имени самого Движения. Утверждается, что в подобном органе будет трудно соблюсти принцип равенства, и отдельные страны смогут использовать его в своих интересах. Некоторые же крупные и наиболее авторитетные в ДН государства, как, например, та же Индия, прямо возражают против создания технического аппарата, так как не хотят связывать себе руки в результате институализации Движения.

Очевидно также, что все более заметную роль в Движении начинают играть мусульманские страны. А если учесть, что практически во всех исламских государствах на пике популярности сейчас находятся фундаменталисты, обвиняющие Запад в агрессии против мусульманского мира, то нельзя исключить привнесение в ДН их радикальной идеологии. Понравится ли это остальным, и не постигнет ли Движение новый идеологический кризис?

В общем, вопросов, связанных с Движением неприсоединения, пока гораздо больше, чем ответов. Ясно одно: Беларусь в своей внешней политике пока твердо придерживается установки «не следовать за цивилизованным миром». И куда заведет нас эта стезя…

Метки