Возможен ли Общенациональный круглый стол?

В начале апреля независимый профсоюз работников радиоэлектронной промышленности (РЭП) в своем открытом обращении предложил президенту Лукашенко созвать Общенациональный круглый стол. Главный редактор газеты «Народная воля» И. Середич во время своей встречи с главой государства в феврале высказал предложение сесть за один стол, чтобы сообща искать способы отвести от Беларуси внешние угрозы. Глава католической церкви в Беларуси Митрополит Кондрусевич также призвал белорусские власти к диалогу – правда, пока только по проблемам «Декрета №3». Заинтересованность в отношении проведения Общенационального круглого стола А. Лукашенко высказал 21 марта во время рабочей поездки в Могилев. Насколько возможно проведение подобного круглого стола, и если возможно, то в каком формате?

В том, «чтобы самые разумные головы Беларуси – пусть их будет сто, двести – сели вместе с представителями власти за один круглый или квадратный стол и помозговали над проблемой, какая сегодня беспокоит, тревожит всех, кто живет в Беларуси», как следует из предложения г-на Середича, ничего плохого нет. Более того, на выходе возможны неплохие результаты для власти. Во-первых, вероятно, что во время данного мероприятия может быть инициировано немало действительно здравых идей и прочих рационализаторских предложений относительно дальнейшего развития страны. Во-вторых, в период подготовки и проведения круглого стола возможна (хотя и маловероятна), консолидация белорусского общества для совместного противостояния возможным «внешним угрозам». В-третьих, проведение Общенационального круглого стола очень своевременно продемонстрирует оппонентам режима (как внутри Беларуси, так и за ее пределами) некоторое наличие демократического процесса и даже возможное стремление власти к политической модернизации. Конечно же, при условии, что власть на самом деле стремится к такой модернизации.

«Круглые столы», канувшие в лету

Попыток «проведения общественного диалога» и мероприятий по «налаживанию общения власти и оппозиции» за минувшие два десятилетия было несколько. Вспомним некоторые из них.

В 1999 году, согласно решению Стамбульского саммита ОБСЕ, официальный Минск был вынужден начать т.н. переговорный процесс. Несмотря на то, что переговоры с оппозицией велись под присмотром Консультативно-наблюдательной группы ОБСЕ, диалог был сорван и был заморожен, т.к. власти тогда не выполнили своих обещаний.

В 2000 году, объявленный властями «широкий диалог общественно-политических сил» не получился и в итоге был свернут.

В 2009 году в результате некоторого потепления в отношениях с Западом был создан Общественно-консультативный совет при президентской Администрации во главе с ее тогдашним руководителем Владимиром Макеем, нынешним министром иностранных дел. Однако вскоре сверху в адрес оппозиционеров из этого совета стали исходить упреки за «деструктивные» высказывания, и вновь созданная структура стала чахнуть на глазах.

После разгрома Площади в 2010 году, последовавших репрессий против представителей оппозиции и ответной резко негативной реакции Запада (возможно, еще более жесткой, чем после референдума-1996) игры в «плюрализм мнений» и вовсе выпали из тренда.

В ноябре 2015 года пять представителей белорусской оппозиции обратились к ЕС с несколько оторванной от реальности просьбой помочь организовать круглый стол с Лукашенко внутри страны. Предлагалось вернуться к замороженному в 1999 году формату круглого стола между властью и оппозицией при посредничестве ОБСЕ. В феврале 2016 года ЕС снял почти все санкции с Беларуси, но круглый стол проведен так и не был.

Попытка номер ноль?

3 февраля 2017 года, на волне продолжающейся (хочется надеяться) мягкой либерализации, был проведен «Большой разговор с президентом» – встреча главы государства с представителями общественности, белорусских (как государственных, так и не очень) и зарубежных СМИ. На встречу также были приглашены многочисленные эксперты: политологи, экономисты, представители политических партий, религиозных конфессий и некоторых общественных объединений. Вероятно, мероприятие задумывалось как демонстрация готовности лидера страны к диалогу людьми, высказывающими мнения, отличные от мнения власти. Формат встречи был заявлен как «открытый диалог» по наиболее актуальным темам: журналисты могли не только задавать вопросы, но и высказывать свои мнения, предложения, замечания. Правда, диалога в классическом понимании этого слова не получилось – судя по всему, участников предварительно определенным образом отобрали для участия; в кадре преобладали лояльные режиму лица; а сам Лукашенко просто попал в т.н. «ловушку жанра»: специфика мероприятия просто вынуждала его утверждать свое доминирование.

Необходимо отметить, что в таком формате мероприятие с участием президента проводилось впервые. Это была не традиционная пресс-конференция Лукашенко для белорусских и зарубежных СМИ и непресс-конференция для представителей российских региональных медиа – одного из его «фирменных» форматов донесения своей точки зрения до определенной аудитории. Словом, в сравнении в предыдущими подобными мероприятиями, это было все же нечто новое.

Идти или не идти, вот в чем вопрос

Идея Общенационального Круглого стола сразу же вызвала бурное обсуждение в кругах демократически ориентированной общественности.

Надо ли оппозиции садиться за круглый стол с Лукашенко?

Не расколет ли это еще больше ряды оппонентов режима?

Решают ли что-то подобные переговоры вообще?

Не сведется ли круглый стол к столь знакомой нам имитации демократического процесса перед странами Запада?

Некоторые, из числа непримиримых борцов с режимом, считают, что подобная встреча может только навредить политической репутации оппозиции и расколоть ее еще больше: какой еще диалог с «диктатором»! Только Площадь! Другие, наоборот, уверены, что в ситуации противостояния общим угрозам такой диалог просто необходим.

Можно ли расколоть то, что уже расколото? Уже ни для кого не является секретом, что сегодня большинство политических организаций, партий или общественно-политических движений вообще никак не взаимодействуют друг с другом. И тут будет лотерея: участие в подобном мероприятии может привести к новым конфликтам в оппозиционной среде, а может – наоборот – содействовать консолидации демократических структур и их лидеров. Ведь именно во время общенационального круглого стола у них может появиться общие цели и задачи. А это – уже стимул для дальнейшей совместной деятельности, хотя бы на период грядущей избирательной кампании по выборам депутатов местных советов.

Если же исходить из интересов страны и внутриполитической ситуации, то такой круглый стол был бы скорее полезен как власти, так и оппозиции, т.к. поможет установить прямой диалог между ними и отчасти снять некие психологические барьеры в общении. Для оппозиционных партий он был бы выгоден еще и тем, что позволил бы несколько выйти из изоляции, в которой она находится, получив «доступ к трибуне» и, быть может, преодолеть кризис идей. Дело даже не в том, что именно будет сказано с той трибуны. Такой круглый стол позволил бы продемонстрировать, что у нас существует признанная политическая альтернатива и она представляет некоторую (а возможно) и довольно значительную часть общества.Быть может, за счет диалога с участием власти и оппозиции принципиальные проблемы, стоящие перед страной, и не решить, но любой диалог лучше отсутствия такового.

Правда также – и вполне возможно, – что участники будущего круглого стола действительно окажутся «статистами» либо «декорациями» в «театре одного актера», а их участие в «пустой говорильне», «имитации круглого стола» лишь поможет официальному Минску продемонстрировать «декоративный» демократический процесс перед Западом. Все это несет в себе определенные политические и репутационные риски для многих потенциальных участников ожидаемого диалога (лидеров оппозиции, которые сядут за стол с властью, их более «горячие» коллеги по оппозиционному цеху могут объявить ренегатами, предателями высоких идеалов и вообще агентами власти).

Скорее всего, вопрос участия или неучастия в подобном мероприятии (если оно, конечно, будет проведено) каждый потенциальный участник будет решать для себя сам исходя из своих собственных целей. Кто-то, например, может принять участие просто ради того, чтобы «себя показать». Дело, как говорится, личное. В любом случае многое будет зависеть от формата общения и от повестки дня.

Круглый стол: как созывать и о чем говорить

Любопытно, но на сегодняшний день имеется только одно техническое предложение по процедуре отбора (делегирования) участников будущего круглого стола и поступило оно от независимого профсоюза работников радиоэлектронной промышленности (РЭП). Так, Профсоюз РЭП предлагает Лукашенко созвать круглый стол с уполномоченными представителями народа, которые были избраны на состоявшихся в феврале и марте мирных митингах. Организация также призывает дать возможность провести подобные митинги на центральных площадях городов. Количество делегатов не называется. Идея «избрания ходоков» на региональных народных (и что немаловажно – организованных снизу) сходах, конечно же, заслуживает внимания и определенного уважения. Правда, есть основания полагать, что власть еще не готова к применению принципов демократии настолько прямо.

На круглом столе профсоюз считает необходимым обсудить вопросы отмены декретов № 3 «О предупреждении социального иждивенчества». То же самое предлагает обсудить во время диалога с властью и Митрополит Кондрусевич. Но профсоюз РЭП идет дальше, предлагая обсудить на Круглом столе возможность отмены декрета № 29 «О краткосрочных контрактах», пересмотра указа об увеличении пенсионного возраста, разработки программы переобучения кадров с учетом специфики регионов, изменения системы регистрации общественных организаций на уведомительную, разработки и применения закона о самозанятости, проведения референдума о парламентской или президентской республике, о прямых выборах руководителей исполнительно-распорядительной власти городов и районов и др. Это – лишь возможный список тем для обсуждения. Скорее всего, право выбора, о чем разговаривать (а о чем нет), останется за стороной, проводящей круглый стол.

Иосиф Середич ранее предложил навскидку цифру в «сто, двести самых разумных голов». Он не упомянул слово «оппозиция» и предлагал подключить к круглому столу не политических оппонентов, а интеллектуалов.

Свое виденье будущего диалога глава государства выразил в конце марта. По его словам, в принципе он не отверг эту идею, но его принципиальная позиция заключается в том, что за таким столом должны присутствовать представители патриотичной оппозиции, которая любит свой народ и страну.«С другими я разговаривать не буду – с провокаторами. Если президент во Дворец Независимости за круглый стол запускает провокаторов, что подумают нормальные люди?». Такие слова Лукашенко плюс предложения г-на Середича позволяют утверждать с достаточно большой уверенностью, что на круглый стол позовут далеко не всех лидеров оппозиции. Нужно ведь еще для «светлых голов», не находящихся в оппозиции к власти, место оставить.

Очень хочется надеяться, что у государственных стратегов хватит политического такта не проводить возможное мероприятие в формате «президент Лукашенко vs. все, все, все», а сделать это по формуле «власть vs. светлые головы, не вовлеченные в политику + оппозиция». При всем внешне единоличном механизме принятия решений наверху власть – это не только президент и его Администрация, но еще и правительство, парламент, местная исполнительная власть. Будет небесполезным участие в Общественном диалоге глав министерств, руководства обеих палат парламента и председателей постоянных парламентских комиссий, глав областей и руководителей крупных городов, и быть может даже директоров крупнейших госпредприятий и объединений. И специально для представителей оппозиции, ратующих за изменение избирательного законодательства, –главы ЦИК. И вот почему.

Во-первых, весьма вероятно, что на таком круглом столе власти может быть задано множество крайне острых вопросов и будет вполне логично (а заодно и удобно) переадресовывать напрямую специалисту, в чьей профессиональной плоскости находится озвученная проблема (либо сразу нескольким, если вопрос находится в смежных сферах). Во-вторых, такой формат позволит власти выйти за рамки жанра «один в поле воин», как это происходило в ходе «Большого разговора с президентом». В-третьих, это просто даст возможность главе государства немного передохнуть и не отвечать на все вопросы подряд. Напомню, что «Большой разговор» длился 7 часов и 20 минут. Круглый стол, с учетом уникальности формата мероприятия и возможным участием в нем 100-200 представителей гражданского общества может продлиться гораздо больше часов. По мнению профсоюза РЭП, круглый стол следует сделать «постоянно действующим общественным органом, где необходимо обсуждать и решать не только наболевшие вопросы, но и дать возможность учитывать общественное мнение по развитию страны в будущем». Предложение, безусловно, разумное.

Как видим, инвариантность механизмов созыва и работы круглого стола, а также тем для обсуждения на нем, поистине безгранична. Другой вопрос, готова ли власть действительно идти на настоящий диалог.

Лукашенко – не Ярузельский. И слава Богу.

Будет небезынтересно упомянуть заочную дискуссию А. Класковского и А. Федуты на тему предложенной И. Середичем идеи круглого стола по аналогии с польским круглым столом образца 1989-го года – переговорами между властями Польской Народной Республики и оппозиционным профсоюзом «Солидарность». Скептик Класковский утверждал, что это неудачный пример, ибо руководителю тогдашней социалистической Польши, генералу Ярузельскому, позже, уже в современном польском государстве, в судах попортили много крови. Главе Беларуси такая аналогия понравилась едва ли. По мнению же А.Федуты, «во-первых, портили Ярузельскому кровь за расстрелы рабочих, которых, слава Богу, у нас в стране не было. Во-вторых, умер Ярузельски на свободе и в своей постели. И семью его никто не трогает».

Зачем вообще заимствовать у других стран и народов то, что работало у них, и, возможно, не станет функционировать у нас? Примеров неудачных политтехнологических заимствований было немало. У чехословацких диссидентов была Хартия-77, значит – у нас будет своя Хартия. Или если в Украине в 2004 году победила «оранжевая революция» то у нас тоже в 2006 году должна быть своя, по сходному сценарию, только цвет для нее нужно придумать. В итоге – не работает. Хорошо еще, что никто не призывает студентов Белорусской государственной академии искусств изваять статую Богини демократии и попытаться водрузить ее на одной из центральных площадей белорусской столицы, как это сделали студенты Академии искусств Пекина на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Хотя подобная идея была бы полностью в формате механизма заимствования «технологий политической борьбы», принятой у значительной части противников сегодняшней белорусской власти.

Вместо эпилога

Важно упомянуть здесь и временной момент, в ходе которого главе государства была предложена идея проведения Общенационального круглого стола. Напомню, тогда были крайне актуальны проблемы, связанные с ощутимым долгом за российский газ, неопределенностью по вопросу поставок нефти и, как следствие, усиливающимся кризисом в экономике. Вызывали беспокойство и некоторые внешнеполитические проблемы, особенно на восточном направлении.

Конспирологические теории о том, что у власти на тот момент было все настолько плохо, что для отвлечения общественного внимания от «надвигающейся катастрофы», в недрах Администрации был придуман проект широкого общественного диалога, идею которого «поручили» озвучить И. Середичу в память о его совместной работе с А. Лукашенко ВС-12 ect., представляются не более чем забавными. А вот мысль о том, что круглый стол между «властью и не властью» мог действительно стать одним из механизмов по снижению напряженности в белорусском обществе – вполне здравая.

Между тем весенние социальные протесты в значительной степени обескровлены как замораживанием применения «декрета о тунеядцах», так и довольно жесткими действиями власти в отношении участников протестов в конце марта. Затем были урегулирован нефтегазовый спор с Россией и забрезжила возможность получения в ближайшем будущем российского кредита. Все это в совокупности и позволило главе государства осторожно заметить, что «время непростое, но мы уже видим свет в конце туннеля».

Дела у власти худо-бедно наладились, и идея Общенационального круглого стола как одного из возможных механизмов по «выпуску пара» будет отложена до «худших» времен.