Узбекистан. Конец истории?

C 28 августа, когда появилось сообщение о госпитализации Президента Узбекистана, и вплоть до его похорон в Самарканде 3 сентября было опубликовано такое множество обзоров, статей, аналитических материалов, что в целом, кажется и добавить нечего. Тем не менее, наблюдатели, аналитики и эксперты пытались ответить на типичные вопросы – Кто будет преемником? Чего можно от них ожидать? Изменится ли внешняя политика Узбекистана в связи со сменой руководства? И это совершенно ожидаемо, так как в первую очередь всех волнует вопрос – с кем будет иметь дело международное сообщество и каким путем пойдет дальше Узбекистан. Ответы давались разные, но возникало ощущение, что вариантов  не так и много. Рассуждения о преемниках приводили к размышлениям вокруг клановых раскладов и анализу узкого круга приближенных к первому лицу. Вспоминались и семейные истории. В представленном материале круг вопросов будет расширен. Например, какова не только текущая политическая ситуация, но и процедуры передачи власти, предусмотренные Конституцией. Каковы не только клановые интересы, но что значительно важнее  бизнес интересы ключевых игроков. Одним из важнейших элементов анализа является обзор ситуации в экономической и социальной жизни узбекского общества.

1. Преемники, кланы, процедуры

В целом аналитики сходятся в определении круга лиц, обозначенных как преемники. В первую очередь упоминается действующий премьер-министр Шавкат Мирзияев. Именно он возглавил комиссию по организации похоронных мероприятий. Его, как правило, относят к самаркандскому клану (как и самого И. Каримова). Премьер является политическим долгожителем по сравнению со своими предшественниками. Ему поручались самые незавидные участки работы такие как, например уборка хлопка. Но именно благодаря тому, что он курировал одну из ведущих отраслей узбекской экономики, его услуги так высоко ценились. В стране он не является популярным, так как организовывал принудительный труд даже среди школьников. 

Более сильной и влиятельной фигурой является бессменный глава СНБ Рустам Иноятов (представитель ташкентского клана), который фактически сегодня контролирует армию и спецслужбы. Необходимо отметить, что силовой блок Узбекистана является одним из самых эффективных и действенных государственных институтов. Начиная с 1990-х гг в узбекскую армию инвестировались серьезные ресурсы, и на сегодня она считается самой боеспособной в регионе. Имея такой инструмент в руках, Иноятов становится ключевой фигурой в перераспределении власти. Р. Иноятов и Ш. Мирзияев образуют тандем с точки зрения бизнес-интересов в таких сферах как строительство, хлопок и таможня, несмотря на принадлежность к различным региональным кланам.

Третья фигура, положение которой вызывает наибольшие споры – Рустам Азимов (ташкентский клан), был длительное время министром финансов и сейчас занимает позицию вице-премьера. По мнению некоторых аналитиков, он представляет собой некую противоположность Мирзияеву и Иноятову. На самом деле их отношения также являются партнерскими и, по мнению отдельных наблюдателей, они тесно связаны также бизнес интересами с Лолой Каримовой (младшая дочь) и ее супругом. Попытки дискредитировать Азимова в 2013 г. провалились, в том числе благодаря вмешательству Иноятова. А вот как раз старшая дочь Гульнара  была инициатором кампании против Азимова. В той схватке за влияние на Президента и определенные сферы экономической жизни она проиграла вчистую, что завершилось полной опалой.

Отдельными экспертами высказывается мнение о том, что клановый фактор утратил свою актуальность, по меньшей мере, 7-8 лет назад. Тем не менее, не стоит сбрасывать его со счетов сегодня, когда все еще не определены правила игры и не ясно чем закончился торг вокруг президентского кресла. Выделяется четыре клана – ташкентский, самаркандский, бухарский и ферганский. Каждый из них обладает определенным набором инструментов воздействия на ситуацию в стране. Условия, при которых они подчинились власти одного лица, с уходом этого лица изменились, и на сегодня возникает необходимость пересмотра политического контракта.

Возможные обращения к националистическим лозунгам могут привести к обострению ситуации как это и было в начале 1990-х гг. Поэтому будущему президенту Узбекистана в первую очередь придется решать указанную проблему.

Что касается процедуры. В соответствии с положениями Конституции в случае смерти президента его обязанности временно исполняет председатель верхней палаты парламента на протяжении 3 месяцев. За это время идет подготовка к выборам главы государства. В данном случае в декабре текущего года должны состояться выборы, пусть даже и номинальные. Учитывая, что сегодня председатель является крайне слабым лицом, очевидно, что будет «закулисное правление» вышеуказанных трех фигур, но  кто из них станет первым лицом в государстве это все еще вопрос. Во-первых, в случае если ближний круг договорится относительно кандидатуры от власти необходимо договориться с региональными кланами, чтобы в спокойной обстановке провести выборы. Во-вторых, за эти три месяца будут попытки вмешательства в процесс извне. Особенно, в случае если компромиссная фигура по каким-то причинам не устроит, например Москву. Третье, в условиях неопределенности и непростой экономической ситуации население может стать объектом определенных манипуляций различных политических сил и групп (организованная преступность, исламисты и пр.).

2. Социальное измерение

Узбекистан страна относительно моноэтничная или по крайней мере такой представляется особенно на фоне соседей. Население страны насчитывает чуть менее 30 млн. человек из них 80% – узбеки, 5,5 % – русские, 3% – казахи, 2,5 % – каракалпаки и 1,5 % – татары, но странным образом эти цифры не совпадают ни с лингвистической , ни с конфессиональной структурой. Например, 5,5% русских и 9 % православных! Или в указанной статистике этносов нет таджиков, а вот по лингвистическому признаку 4,4% говорят на таджикском языке. Часто упоминается о том, что например жители Самарканда и Бухары, фактически являясь таджиками, при переписи населения указывают принадлежность к титульной узбекской группе. В случае обострения националистических настроений могут возникнуть дополнительные очаги напряженности в указанных городах.

Еще одной специфической чертой узбекского общества является возрастная структура. Средний возраст нации 27 лет. Дети, подростки и молодежь составляют 40% населения. Это поколение, которое не знало иного политического режима, иного политического лидера кроме Ислама Каримова.

Достаточно часто наблюдатели указывают на весомую долю трудовых мигрантов, выезжающих на сезонные заработки от 3 до 5 млн. человек. Их доходы составляют не меньше 12 % от ВВП страны. В условиях, когда на главном рынке рабочей силы (Россия) идет спад, возникает серьезная проблема массовой безработицы. По официальным данным за 2015 г безработица достигла 4,8 %, и это при том, что все эксперты отмечают проблемы со сбором информации и прозрачностью обработки статистических данных.  Бедность также является одной из ключевых проблем и пока сохраняется на уровне 17 %. При таком положении дел силовые методы, например способны удерживать ситуацию стабильной только в краткосрочной перспективе.

3. Экономика – цена вопроса

Базовыми статьями экспорта продолжают оставаться энергопродукты, хлопок, золото и продукты питания. Отмечается падение цен на все виды экспортируемых товаров и высокий уровень инфляции. Кроме того, Узбекистан считается страной с низким рейтингом инвестирования. Поэтому условия для экономического роста не очень благоприятные. Кроме того, такие явления как коррупция, жесткое законодательство для ведения бизнеса и наличие сложного комплекса интересов личного, группового, кланового характера в целом препятствуют росту общественного благополучия. Указанные факторы составляют негативный контекст социального характера.  Основные торговые и экономические партнеры – Китай и Россия – не могут гарантировать стабильно высокий спрос на узбекские товары и услуги, что в еще  большей степени усугубляет неблагоприятную конъюнктуру. С 2015 г наблюдается замедление темпов роста экономики. Если в период с 2007 по 2014 гг это было 8% в год, то с 2015 г 6,5%.

4. Что будет?

В марте 2015 г. состоялись последние президентские выборы с результатом 90% за Президента Ислама Каримова, что вполне ожидаемо в условиях жесткого авторитарно-диктаторского режима. Но интересен факт изменения выборного законодательства уже в декабре прошлого года, когда значительно снизилась планка для сбора подписей с целью выдвижения кандидата. Экспертами отмечается, что таким образом окружение президента готовилось к тому, что следующему президенту будет сложно выдвигаться на старых условиях. Легитимность ушедшего И. Каримова во многом держалась на продолжительности правления и сохранения стабильности внутри страны. Эти факторы перестают действовать с его уходом, так как увязывались с персоной Ислама Абдуганиевича.

Международное положение Узбекистана при Каримове можно описать как независимое, основанное на резких колебаниях и сохранении баланса между ключевыми глобальными и региональными игроками такими как: Россия, Китай, США, а также Индии, Израиле и Южной Корее. Непростые отношения с соседями – Таджикистаном и Кыргызстаном порой выливались в изоляцию, санкции и напряженность, граничащую с холодной войной. Выдержать подобный курс и при этом не довести отношения до состояния кризиса будет также серьезной задачей для будущего или будущих руководителей Узбекистана.

В итоге можно заключить, что судьба страны будет решаться в несколько этапов. Во-первых, как будут развиваться события в ближайшие три месяца до выборов главы государства. Кого будет выдвигать условная партия власти? Насколько консолидировано они смогут выйти на день голосования. Во-вторых, использование силовых структур для поддержания стабильности имеет свои ограничения и будет эффективно только в краткосрочной перспективе. В-третьих, после выборов главы государства необходимо заключение нового контракта с региональными силами. В случае если кланы будут недовольны новой системой договоренностей к весне-лету 2017 г возможна дестабилизация ситуации. В этих условиях различные криминальные и радикальные группы могут быть вовлечены в политический процесс, который может стать весьма драматичным.

Если говорить об оптимистичном сценарии, то, учитывая достаточно эффективные силовые структуры, стабильность, может быть сохранена и поддержана в течение нескольких месяцев. Договоренность с региональными кланами позволит поддерживать порядок в среднесрочной перспективе на 1–1,5 года. Но что касается экономического блока вопросов, то необходимость их решения потребует больше временных, финансовых, кадровых ресурсов. Крайне важно сохранить баланс во внешней политике для обеспечения долгосрочных интересов. Пройти через все три-четыре «минных поля» власти – вот истинный вызов для будущего/будущих руководителей Узбекистана. А это уже будет другая история.