Как вчерашний враг оказался лучшим другом, или почему Турция и Россия решили помириться?

Внезапные извинения президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана за сбитый турецкими ВВС российский бомбардировщик Су-24 и погибшего российского летчика Олега Пешкова стали полной неожиданностью для внешних наблюдателей – как и тот энтузиазм, с которым Кремль бросился восстанавливать отношения с Анкарой. Несмотря на то, что еще совсем недавно именно Турция, совершившая подлый и непростительный «удар в спину», преподносилась российской пропагандисткой машиной чуть ли как не главный спонсор и оплот «Исламского государства» (ИГИЛ).

Формально Анкара выполнила обязательное условие Москвы для начала нормализации турецко-российских отношений. Главный вопрос заключается в том, что же все-таки заставило принципиального и бескомпромиссного Эрдогана, который ранее наотрез отказывался извиняться за сбитый на турецко-сирийской границе российский бомбардировщик, так резко изменить свою позицию, даже несмотря на возможные негативные имидживые потери на турецкой внутриполитической сцене? Аналогичный вопрос возникает и относительно бурного энтузиазма российских властей в связи с принесенными турецкой стороной извинениями, которые таковыми являются лишь с большой натяжкой.

Нет сомнений, что экономические потери Турции от веденных Россией экономических санкций, как и серьезно ухудшившиеся в последнее время отношения Анкары с Брюсселем и Вашингтоном, внесли свой вклад в эту ситуацию. Однако обращает на себя внимание и тот факт, что письмо Владимиру Путину с извинениями в адрес семьи погибшего летчика Су-24 Реджеп Эрдоган направил на следующий день (27 июня) после объявления Анкарой начала процесса нормализации отношений с Израилем, которые были разорваны с 2010 года (после того, как израильский спецназ осуществил штурм одного из кораблей «Флотилии свободы», направлявшихся в Сектор Газа, В ход этих событий погибло несколько турецких активистов). Тель-Авив пошел на нормализацию отношений с Анкарой в связи с планами построить трубопровод в Турцию, чтобы через нее экспортировать газ в Европу из шельфовых месторождений Средиземного моря. Речь идет, прежде всего, о газовых бассейнах «Левитан» и «Тамар». В прошлом году итальянская компания Eni сообщила об обнаружении газового месторождения у берегов Египта, которое по своим запасам станет крупнейшим за всю историю разработок в Средиземном море. Израиль также проявляет интерес к разработке этих месторождений.

Судя по всему, начало нормализации отношений между Израилем и Турцией, а также старт процесса восстановления турецко-российских отношений не является простым совпадением. И это дает основания полагать, что именно Израиль выступил посредником в процессе возобновления сотрудничества между Россией и Турцией. В сегодняшнем региональном контексте, именно Израиль заинтересован в том, чтобы у России и Турции были нормальные отношения. Этот интерес самым непосредственным образом связан с перспективами реализации региональных энергетических проектов по освоению газовых шельфовых месторождений на Средиземноморье и планами по строительству газопровода в Европу. Ряд европейских и ближневосточных государств и компаний уже высказали свою заинтересованность в формировании международного консорциума для реализации этих проектов. По слухам, российский Газпром также хочет поучаствовать в формировании этого консорциума, предложив инвестиции в разработку газовых месторождений на сумму USD7-10 млрд, а также выразив готовность проложить к ним одну из ниток газопровода «Турецкий поток». Именно по этой причине одним из главных вопросов в повестке дня нормализации турецко-российских отношений является возобновление переговоров по строительству этого газопровода.

В последнее время Россия и Израиль серьезно интенсифицировали взаимодействие по дипломатическому и даже разведывательному треку, особенно в контексте сирийского кризиса. Израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху за последний год побывал несколько раз в Москве для участия в переговорах с Владимиром Путиным, между генеральными штабами вооруженных сил России и Израиля установлена прямая горячая линия, стороны периодически обмениваются визитами делегаций, состоящих и высокопоставленных офицеров вооруженных сил и разведывательных служб. Совсем недавно Россия и Израиль даже договорились о проведении совместных учений военно-морских и военно-воздушных сил вдоль побережья Средиземного моря, замысел которых связан с противодействием возможным атакам на объекты нефтегазовой и трубопроводной инфраструктуры. Согласно другим слухам, в прошлом году российская сторона также предлагала Израилю и Египту создать совместные оперативно-тактические группы для охраны этих объектов от террористических атак.

Так или иначе, российское военное присутствие в Сирии является значимым фактором, с которым неизбежно будут считаться при формировании этого консорциума. И судя по всему, Израиль исходит именно из этого. Дело в том, что нынешнее правое правительство Израиля во главе с Биньямином Нетаньяху рассматривает Сирию во главе с алавитским режимом Башара Асада как стратегический опорный пункт своего главного врага – Ирана. С самого начала военной кампании российских воздушно-космических сил в Сирии Тель-Авив пошел на интенсификацию отношений с Москвой и даже смог добиться от Кремля гарантий того, российские ВКС не будут мешать израильским ВВС проводить операции против отрядов сирийских вооруженных сил, ливанской группировки Хезболлы и иранского Корпуса стражей исламской революции. В этом контексте российское военное присутствие в Сирии рассматривается израильским военно-политическим руководством сдерживающим фактором для роста иранского влияния. Кремль пытается убедить израильское руководство, что присутствие российских военно-морских и военно-воздушных сил в районе освоения газовых месторождений выступает гарантией того, что ни Иран, ни Хезболла не станут атаковать объекты нефтегазовой инфраструктуры, таким образом, по сути, предлагая услуги по обеспечению безопасности.

И, судя по всему, за эти «услуги» Израиль готов предоставить российской стороне доступ к своим энергетическим проектам. По итогам состоявшихся 7 июня в Москве переговоров с Владимиром Путиным израильский премьер Биньямин Нетаньяху пригласил российские нефтегазовые компании к участию в освоении газовых месторождений. Судя по всему, в скором времени в российско-израильской повестке дня может появится вопрос о прокладке трубопровода между Турцией и Израилем, например, в виде продолжения одной из ниток «Турецкого потока», как это ранее предлагал Газпром.

Ряд ближневосточных источников констатируют, что сотрудничество между Россий, Израилем и Турцией в реализации нефтегазовых и трубопроводных проектах неизбежно приведет к активизации трехстороннего взаимодействия в сфере безопасности. Очевидно, что Израиль будет использовать такое взаимодействие в, том числе, для противостояния с Ираном, эксплуатируя противоречия между Турцией и Ираном из-за курдского фактора (Иран поддерживает сирийских, иракских и турецких курдов), так и недоверие между Ираном и Россией из-за непоследовательного поведения последней в регионе (активное взаимодействие с Израилем и монархиями Персидского залива, срывы поставок С-300, давление на Асада).

Ну и конечно же активизация взаимодействия Израиля, Турции и России самым непосредственным образом отразиться на динамике сирийского кризиса. По косвенным данным, российская сторона и здесь готова обменять свое давление на Башара Асада с целью принудить его к уходу, в чем заинтересованы Израиль и Турция, на ряд политических и экономических дивидендов.