Кадровая политика А. Лукашенко в условиях экономического кризиса

Кадровая политика в условиях авторитаризма является основным направлением внутренней политики: от ее успеха или провала зависит судьба самого верховного правителя. Это положение вещей в полной мере действует в Республике Беларусь, президент которой в течение 22 лет принимал в основном правильные для него лично, решения, связанные с назначением и снятием высших должностных лиц, что и обеспечило для него рекордный по европейским меркам срок пребывания на посту главы государства.

Экономический кризис всегда представляет собой вызов для любой политической власти. В условиях демократии на него чаще всего находят ответ с помощью проведения новых выборов или того, что принято называть острой политической борьбой по правилам. Выборы лучше, чем любой вооруженный конфликт, так как здесь побежденные не отправляются в тюрьму, но попадают на скамьи оппозиции в парламенте. При авторитарном режиме остается уповать на отсутствие серьезных ошибок в кадровой политике руководителя, так как они могут не только стоить власти правящей элите, но и вести к важным геополитическим переменам, крахам государств и изменениям их границ.

Беларусь за последний период трижды переживала острый экономический кризис, каждый из них имел свои причины и серьёзно отражался на кадровой политике президента А. Лукашенко. [1] Правда, он никогда не менял фундаментальным образом своей политики, не проводил реформ, тем более, демократических выборов. Он  обходился только политикой популизма. Это всегда поражало тех ученых, которые профессионально занимаются исследованиями белорусской политической системы, потому что всякий популизм имеет экономическую цену и дезинтегрирует элиту власти в конечном итоге. [2]

Первый экономический кризис, с которым столкнулся  действующий глава государства, возник еще при В. Кебиче в 1993-1994 годах и был вызван нежеланием белорусского премьер-министра осуществлять рыночные реформы, которые проходили во всех соседних с Беларусью странах. Данный кризис привел к смене власти в стране и продолжался еще в течение двух лет правления А. Лукашенко. Александр Григорьевич также не стал реформатором, как не был им Вячеслав Францевич. Выход он нашел в высшей степени простой и оригинальный: стал разыгрывать российскую карту, играть на ущемленном имперском комплексе россиян, обеспечив на годы вперед преференции со стороны Бориса Ельцина тогдашнего президента Российской Федерации.

Как свидетельствуют данные исследования известного белорусского политолога Виталия Силицкого, c которыми я полностью согласен, «в целом сумма ежегодных российских дотаций белорусской экономике в период 1997-1998 гг. можно оценить в сумму в 1,5-2 млрд долларов. Налагаясь друг на друга, разные аспекты белорусско-российской интеграции превратили ее в “игру в одни ворота”, при которой экономический рост в Беларуси делался возможным при замедлении роста в самой России. С одной стороны, неэффективная белорусская экономика оказалась в состоянии продемонстрировать относительно быстрый рост исключительно благодаря самопожертвованию России, которая брала большие государственные заимствования. С другой стороны, пока белорусские власти субсидировали свою промышленность, российские предприятия переживали болезненную реструктуризацию. В любом случае, до 1999 г. многие белорусские производители могли успешно конкурировать с российскими предприятиями на их собственном рынке». [3]

К сказанному выше следует добавить то, что в Беларуси со времен Советского Союза существовала относительно развитая промышленность, а рабочая сила была квалифицированной и не разучившейся работать. Это своего рода культурные факторы, которые помогли обеспечить преодоление кризиса и содействовали росту экономики, начиная с 1996 г. Эти факторы действуют и в настоящее время, хотя их значение с каждым годом снижается.

Безусловно, получение российских экономических преференций было оплачено существенными уступками официального Минска в военной и политической сферах. В 1996 г. был навязан договор о создании так называемого Союзного государства. Но и это не все. Многие белорусские журналисты до сих пор не понимают сути тех изменений позиций Минска в пользу Москвы, на которые вынужден был пойти А.Лукашенко, еще «демократу» Б. Ельцину. Они имели долговременное значение и отчетливо проявляют себя только сегодня. [4] Их и пытается использовать В. Путин в стремлении присоединить Беларусь к так называемому «русскому миру».

Речь идет о серьезном ослаблении А. Лукашенко позиций национальной оппозиции. Следует напомнить читателям, что происходило избиение депутатов оппозиции БНФ в стенах парламента; недопущение ее представителей в парламент на выборах 1995 г; фальсификация итогов референдума о государственном языке и символике; раскол крупнейшей в стране Партии БНФ на две организации в 1999 г, при вмешательстве в этот процесс спецслужб. Важнейшей уступкой, на наш взгляд, является согласие белорусского лидера продолжать политику русификации культуры, которую проводили и многие советские руководители БССР.

Наконец, редко можно прочитать о том, что платой за рост белорусской экономики в конце 1990-х – начале 2000 -х гг. стала и специфическая кадровая политика, которую белорусский лидер проводил с ведома  Кремля. На руководящие посты в центре и на местах пришли выходцы из Восточной Беларуси, русскоязычные люди, которые  активно поддерживали президента на выборах 1994 г. и составили костяк так называемой Шкловско-могилевской элитной группировки. Для нее не знания и профессионализм открывали дорогу к вершинам власти, но личные связи с главой государства, угодливость и дисциплина, строгое следование указаниям свыше. [5] Однако даже А. Лукашенко вскоре понял, что с помощью только этих людей управлять страной невозможно. Поэтому эта группа вначале делила власть с представителями постсоветской элиты в лице М. Мясниковича, а потом силовиками В. Шеймана. Они в начале 2000-х гг. сформировали группу, которую автор этого текста назвал провинциальной элитой.[6]

Конечно, влияние Москвы на этих людей было не прямым, а косвенным. И Ельцин, и Путин считали, что с помощью ближайшего окружения президента Беларуси можно предотвратить опасное для Кремля сближение нашей страны со странами Евросоюза, а также гарантировать выполнение официальным Минском, рожденных в Москве, многочисленных интеграционных проектов, часто не выгодных ни нашей стране, ни народу Беларуси.

Следующим кризисом, который серьезно ослабил позиции А. Лукашенко, стал так называемый финансовый кризис 2011 г. Он стал результатом серьезных ошибок непрофессионального окружения президента, о котором шла речь выше. Указ Лукашенко от 23 мая 2011 г. привел к падению курса белорусского рубля по отношению к доллару США на 56 %. Тем самым в два раза сократилась средняя месячная зарплата, а также существенно сократился средний размер пенсий. Тем временем инфляция в том году достигла 36%. Многие товары первой необходимости подорожали в 2-4 раза. Девальвация привела к существенному сокращению вкладов населения в иностранной валюте и белорусских рублях. [7]

Итогом кризиса стало падение прожективного электорального рейтинга президента, который впервые за долгие годы опустился ниже отметки в 20%. Также существенно снизилось доверие к главе государства и той политике, которую он проводит. [8] Лукашенко должен был продемонстрировать гражданам, что готов к переменам политического курса. Они действительно произошли, но затронули только кадровую политику. На смену группе молодых прагматиков, которые начиная с 2008 г. добились преобладания над другими неформальными объединениями элиты, благодаря личным связям их членов со старшим сыном А. Лукашенко, пришли другие люди, ориентированные на усиление интеграции с Россией. Это неформальное объединение элиты возглавлял В. Макей, который в свое время закончил Австрийскую дипломатическую академию, и работал в представительстве Беларуси в ЕС. В 2008 г. он был назначен на должность главы Администрации президента, что открывало перед страной определенные  шансы на сближение с Западом уже тогда.

А. Лукашенко серьезно ослабил молодых прагматиков, назначив в 2012 г. В. Макея на должность министра иностранных дел Беларуси – почетной, но не влиятельной службы. На его место в Администрацию президента пришел один из  бывших «контролеров» и экс-посол Республики Беларусь в Российской Федерации, пророссийски настроенный А. Кобяков. Не менее серьезным ударом по молодым прагматикам стало снятие с поста председателя КГБ  В.Зайцева, «на время проведения специального расследования в органах госбезопасности» в августе 2012 г., после неадекватной реакции главы государства на «плюшевый десант» (разбрасывание плюшевых медведей шведским НПО из самолета над территорией Беларуси). Новым шефом КГБ стал В. Вакульчик, который до этого руководил следственным комитетом и не является специалистом. [9]

Никаких серьезных изменений соотношения сил между группировками элиты за последние годы не произошло. А. Кобяков после выборов 2015 г. перешел на работу в Совет министров, сохранив за собой серьезное влияние, так как именно он ведет переговоры с Россией и обеспечивает денежными кредитами власти Беларуси. Новый глава Администрации бывший Витебский губернатор В. Косинец оказался не достаточно опытным человеком, чтобы обладать серьезным влиянием. Таким образом, в случае с реакцией президента на финансовый кризис 2011 г. им была допущена серьезная ошибка: власть и влияние пророссийской элитной группировки не была должным образом сбалансирована властью и влиянием проевропейских объединений элиты.

Новый экономический кризис, который пришел в нашу страну в 2016 г, в отличие от его предшественников, имеет четкое российское происхождение. Во-первых, он стал результатом резкого падения цен на мировом рынке на нефть, газ и иные энергоносители, которые остаются основными статьями российского экспорта. Во-вторых, экономический кризис в России был связан с результативностью санкций Евросоюза, введенных этой организаций как мера сдерживания экспансии России после начала так называемого украинского кризиса. Эти факторы негативно повлияли на основные показатели экономики Российской Федерации, покупательную способность россиян и возможности российского государства выступать эффективным донором на постсоветском пространстве.

Российский кризис серьёзно ударил по экономике Беларуси, руководство которой не предприняло серьезных шагов к тому, чтобы ослабить свою зависимость от одного внешнеэкономического партнера. Эта задача так и не была решена, несмотря на призывы белорусского лидера сделать это. В результате, как свидетельствуют данные Международного валютного фонда, ВВП Беларуси в 2016 г. сократится почти на 2,7 %, в то время как ВВП России уменьшится только на 2%. [10]

По мнению Аналитического агентства Standard & Poor`s, «сильная зависимость от финансовой, экономической и политической поддержки со стороны России создает риски для Беларуси. Возможность получения поддержки со стороны России, скорее всего, сохранится, но, по нашему мнению, потребует от Беларуси новых уступок в политической и экономической сферах». [11] Куда уже дальше можно уступать и отступать? Так ведь можно и «отдельную квартиру в общем доме», как образно назвал Лукашенко наше государство в своем послании к депутатам парламента можно потерять. Его наши пока более богатые «восточные родственники» могут просто за долги отобрать.

Нам кажется, что за такими уступками в политике скрывается влияние вполне определенной пророссийской группы в ближайшем окружении главы государства, во главе с действующим премьер-министром Беларуси. Это вывод можно сделать, когда понимаешь, что никаких серьезных изменений своей кадровой политики, в результате осознания экономического кризиса, глава государства не сделал. Точнее изменения в расстановке сил на минском властном «олимпе» носили косметический характер. Председатель Комитета государственного контроля Л. Анфимов объявил, что «по итогам проверки деятельности системы жилищно-коммунального хозяйства (ЖКХ) можно было бы арестовать половину состава профильного комитета». [12]

Я не являюсь «кровожадным человеком», не требую арестов и снятий с должностей чиновников, но в данном конкретном случае премьер-министр А. Кобяков явно стремится перенести удар президента с собственной персоны, которой подчиняется не только министерство ЖКХ. А. Лукашенко на удивление «либерально» с ним обходится.

Наверное, не только глава государства готовил текст последнего послания к депутатам Национального Собрания Беларуси. Когда в этом опусе обнаруживаешь такие, например, фрагменты: «в Беларуси живет только русский народ», то не понимаешь, как это можно совместить со стремлением сохранить независимость государства, даже в виде «отдельной квартиры», в общем с Россией, доме. [13] После украинского кризиса эта фраза звучит как приглашение В. Путину поуправлять «русским народом», живущим по недосмотру или в результате козней белорусских «националистов или фашистов» в своем национальном государстве. Почему эта задача досталась Владимиру Владимировичу, а не Александру Григорьевичу? Ответ на этот вопрос прост: экономический потенциал, геополитическое положение, количество населения России на порядок превосходит белорусские показатели. Кроме того, Александр Григорьевич в конце 1990-х пытался делать это, пока не получил отпор от российской элиты. Фраза о том, что «белорусы – это русские со знаком качества» принадлежит А. Лукашенко, но в данном контексте работает не на него, а на его «ближайшего друга», каковым остается В. Путин.

Есть и другие фрагменты из этого послания, которые работают отнюдь не на нормализацию отношений Беларуси с Западом, а играют прямо противоположную роль. Таким образом, на наш взгляд, пока кадровая политика президента не претерпит самых серьезных изменений, сложившееся положение вещей будет работать не только против Беларуси как государства, но и против А. Лукашеко как слишком строптивого для российской элиты лидера.

Примечания

[1] Мы не будем здесь рассматривать кризисы, связанные с крахом СССР и становлением Беларуси как независимого государства. Внимание в данном тексте будет сосредоточено только на годы правления А.Лукашенко.

[2] Первым ученым, который обратил внимание на экономические издержки политики популизма в нашей стране, был японский политолог Кимитака Мацузато – Гл. Мацузата К. Рэжым Лукашэнкі як выспа папулізму ў акіяне кланавай палітыкі// ARCHE, 2005 №4. Автор данной статьи сконцентрировал внимание на проблемах дезинтеграции правящей в Беларуси элиты. – См.: Ровдо В. Республика Беларусь // Трансформация политических режимов в странах пограничья под ред. доктора политических наук Ю. Мациевского (сдано в печать в 2014 г.) 114 с.

[3] Сіліцкі В. Эканамічная палітыка Лукашэнкі // Беларуска-расійская інтэграцыя. Аналітычныя артыкулы Мінск: Энцыклапедыкс, 2002, с.64-65.

[4] Я не могу согласиться с мнением А. Класковского, высказанном в материале, опубликованном на сайте Радио Свобода, о том, что раз смог Лукашенко «обмануть» В. Путина по вопросам о введении единой валюты и конституционного акта союзного государства, то сможет и дальше обеспечивать  независимость Беларуси. Такой «обман» укрепил власть авторитарного лидера над страной, но не содействовал независимости Беларуси. Более того, такие методы опасны для белорусского государства, так как подрывают его кредитоспособность.  – Гл. Расейскі экспэрт: Лукашэнка ляяльны, але не ручны// Радыё Свабода 16.04. 2016.

[5] Ляхович А. Правящая элита и бюрократия  // Президентские выборы в Беларуси: От ограниченной демократии к неограниченному авторитаризму. Новосибирск, Водолей, 2006, с. 661.

[6] Гл. Роўда У. Палітычная сістэма Рэспублікі Беларусь.Вільня: ЕГУ, 2011, с.226.

[7] Там сама, с.48.

[8] См. Хмурая осень// Народная воля, №149-150, 30 сентября 2011.

[9] Cм. Ровдо В.Республика Беларусь, с.89-90.

[10] Заяц Д. Запад не видит светлого будущего у экономики Беларуси // Белорусские новости 18.04.2016.

[11] Там же.

[12] См. Федута А. Контроль и эмоции. Обещания арестов в системе ЖКХ как признак  неэффективности власти //Белорусские новости 17.04.2016.

[13] Гл. Чым запоўнілася рэкордна-кароткае пасланьне Лукашэні?// Радыё Свабода 21.04.2016.