Какие изменения несет с собой новая Военная доктрина Беларуси?

Cкоро Беларусь примет на вооружение новую Военную доктрину, которая определит официальные основополагающие взгляды и принципы обеспечения военной безопасности нашего государства в мирное и военное время. Планируется, что законопроект об утверждении новой Военной доктрины Палата представителей Национального собрания рассмотрит на этой весенней сессии. Несмотря на то, что проект новой Военной доктрины еще не опубликован, уже можно говорить об ее отличительных характеристиках в сравнении с предыдущей редакцией от 2002 года.

Как отмечают сами разработчики новой Военной доктрины, необходимость переработки военной доктрины Беларуси связана, прежде всего, с существенными изменениями региональной и глобальной военно-политической обстановки, трансформацией способов и форм ведения войны, а также современными тенденциями развития белорусского государства. Вместе с тем, сюда также необходимо добавить, что военная доктрина определяет модель поведения Беларуси на международной арене, формируя имидж открытого и надежного партнера с прогнозируемой военной политикой. В этом смысле ее сущность не изменилась: Беларусь по-прежнему декларирует оборонительный и миролюбивый характер своей военной политики. Это выражается в том, что Беларусь никому не угрожает, не имеет территориальных претензий ни к одной из стран, не вмешивается во внутренние дела и конфликты других государств, не рассматривает ни одно из них в качестве противника, а также гарантирует невозможность использования белорусской территории третьими странами для совершения агрессии против других государств.

Для Беларуси изменение военно-политической обстановки, прежде всего, связано с украинским кризисом и геополитическим противостоянием между Западом и Россией («новой холодной войной»), при котором степень неопределённости поведения конфликтующих сторон многократно возросла. Вместе с тем, появились новые неклассические вызовы и угрозы безопасности в виде международного терроризма, транснациональной преступности, техногенных и природных катастроф, кибер-терроризма и др., для противодействия которым все чаще используются в том числе и вооруженные силы. Согласно взглядам военно-политического руководства Беларуси, в современных условиях имеет место активное применением на практике геополитическими субъектами, террористическими и экстремистскими организациями новых концепций и механизмов смены государственной власти в других странах, изменение их конституционного строя, нарушение территориальной целостности путем провоцирования внутренних вооруженных конфликтов. Зачастую государства, которые навязывают свою политику другим странам, пытаются достичь военно-политических целей, используя внутренние деструктивные силы. Так как вопрос о развязывании внутреннего вооруженного конфликта на территории многих государств является актуальным, этой проблеме уделено серьезное внимание в новой редакции Военной доктрины.

Известно, что в новой Военной доктрине в отличие от действующей определена ее взаимосвязь с Планом обороны страны, который является закрытым документом, детализирующим меры по обеспечению обороны Беларуси на случай вооруженного конфликта.  В ней дается новая классификацию военных конфликтов. Описаны здесь и условия, при которых может развязаться внутренний вооруженный конфликт. Особый акцент делается на раскрытие целей применения военной силы Беларуси в каждом из видов конфликтов, в том числе и во внутреннем. В действующей Военной доктрине данные аспекты не рассматривались. Особенностью стало и определение основных направлений строительства военной организации страны на современном этапе. Кроме того, детализированы задачи, к решению которых должны быть готовы Вооруженные Силы и другие воинские формирования. Предполагается, что изложенные взгляды и подходы по определению и реализации комплекса мер по обеспечению военной безопасности будут способствовать снижению уровня возникновения самой угрозы развязывания агрессии, поддержанию стабильности и недопущению дестабилизации обстановки в стране.

Новая Военная доктрина более детально и комплексно оценивает военно-политическую обстановку вокруг Беларуси и в мире. На основе этого анализа уточняются и взгляды на определение внешних и внутренних военных опасностей для Беларуси. При формировании перечня военных опасностей максимально учитывались тенденции смещения акцентов от возможных внешних угроз к внутренним. А особый акцент делается на негативных тенденциях, связанных с попытками отдельных стран обеспечить свое лидерство, в том числе силовым способом. В новой Военной доктрине также рассматриваются концепции «цветных революций» и механизмы по силовому свержению неугодных политических режимов с помощью провоцирования внутренних вооруженных конфликтов.

Действительно, нельзя исключать того, что на фоне экономических проблем Беларусь может стать объектом информационно-психологической атаки, а также военно-политического и экономического давления со стороны другого государства, что в свою очередь может стать предпосылкой для возникновения «цветной революции» и последующей гибридной войны с финансовой и военной поддержкой извне.

Пополнится и словарь терминов, которыми оперирует новая Военная доктрина. Среди них такие понятия, как «военная опасность», «военная политика», «военная угроза», «локальная война», «незаконное вооруженное формирование», «крупномасштабная война», «оборонная инфраструктура», «оборонный сектор экономики», «период нарастания военной угрозы», «региональная война», «стратегическое сдерживание», «гибридная война», «внутренний вооруженный конфликт» и др.

Новая Военная доктрина более детально раскрывает цели и направления военной политики Беларуси, в том числе основные приоритетные направления в коалиционной политике. Беларусь намерена и дальше развивать систему региональной безопасности со всеми странами, но с учетом собственных национальных интересов на основе доверия и взаимопонимания с партнерами, будь то с Россией, Китаем, ОДКБ, НАТО и другими международными организациями. Судя по всему, российское направление коалиционной политики будет продекларировано как одно из приоритетных. Однако военное сотрудничество с Россией рассматривается только в контексте возможного обеспечения коллективной обороны. Хотя в Москве уже заявили о скором принятии новой Военной доктрины Союзного государства, она вряд ли существенным образом скажется на проведении белорусской военной политики.Во многом это технический шаг, обусловленный обновлением военной доктрины в России и разработкой новой ее редакции в Беларуси. Скорее всего, ее ожидает судьба прошлой военной доктрины, в которой провозглашался принцип согласованной внешней и военной политики Беларуси и России, но на деле она таковой никогда не являлась, что подтвердили российско-грузинский кризис 2008 года, крымско-украинский кризис и сирийский конфликт.

В Военной доктрине также появиться новая глава под названием «Оборонный сектор экономики и военно-техническое сотрудничество». В ней будут определены и скорректированы задачи, основные направления развития оборонного сектора экономики, порядок международного сотрудничества. При этом основной упор сделан на развитие  оборонной промышленности как «высокотехнологического многопрофильного сектора, способного удовлетворить потребности Вооруженных Сил в современных образцах вооружения, военной и специальной техники». Дальнейшее развитие оборонно-промышленного комплекса Беларуси должно реализовываться с учетом современных и перспективных тенденций развития систем вооружения, военной и специальной техники.

Судя по всему, именно на Вооружённые силы Беларуси будут возложены функции стратегического сдерживания – снижения рисков возникновения военных угроз за счет усиления потенциала и боеспособности собственной армии. Это, в свою очередь, потребует увеличения бюджетного финансирование белорусских Вооруженных сил, хотя на данный момент его уровень сопоставим с показателем большинства европейских государств – чуть больше 1 % ВВП в год (для сравнения: натовский стандарт около 2% ВВП).

Вместе с тем, характер и комплексность современных вызовов и угроз такова, что границы между жёсткой (военной) и мягкой (невоенной) безопасностью просто стираются, а современные вооружённые силы различных стран мира все больше и больше, помимо выполнения функции стратегического сдерживания в сфере жёсткой безопасности, используются для противодействия так называемым новым нетрадиционным вызовам и угрозам (противодействие терроризму и транснациональной преступности, кибер-угрозам, информационно-психологическим операциям, техногенным катастрофам и гуманитарным кризисам).

В силу революции в военном деле кардинальным образом трансформируются способы и поле ведения боевых действий. К традиционным трём его пространствам в виде суши, моря и воздуха добавляются ещё несколько – космическое, кибер- и информационное измерения, где Беларусь также имеет свои национальные интересы и вынуждена их защищать. Существенно изменился и характер ведения войны: современные военные конфликты (ливийский, сирийский, украинский, йеменский кризисы) все больше и больше соответствуют характеристикам так называемых необъявленных (тайных), прокси- и гибридных войн, в которых помимо активного применения силового компонента в виде неопознанных незаконных вооруженных формирований используются различные инструменты политического, экономического, информационного и иного давления. Кстати, в контексте гибридных войн, акцент в Военной доктрине в том числе делается и на информационном противоборстве.

Нужно отдать должное белорусскому военному руководству, за последние годы в направлении противодействия гибридным угрозам сделано не мало (созданы Силы специальных операций, разработана система Территориальной обороны). Белорусская военная наука начала теоретически осмысливать концепции гибридных, или как еще их называют «сетецентрических», войн еще 10 лет назад. Кстати, в контексте этой работы было сформулировано понятие «сетевой обороны» как одного из видов современного общевойскового боя.

В современных военных конфликтах особенно усиливается значение высокотехнологичных и высокоточных боевых систем, активно внедряются принципы концепции и технологии сетецентрических войн. Одной из составляющих любого современного военного конфликта являются информационно-психологическое противоборство, направленное на достижение информационно-коммуникационного превосходства над противником, а также на формирование выгодного образа конфликта на международной арене.

Безусловно, что все эти изменения в военном деле требуют соответствующего их фиксации в Военной доктрине, не говоря уже о соответствующем отражении отражения в организационно-штатной структуре Вооруженных сил.

С точки зрения экономических основ обеспечения военной безопасности усилия Беларуси должны быть направлены на получение доступа и разработку собственных высоких технологий в военной сфере и высокоточных боевых систем, как и на диверсификацию военно-технического сотрудничества, связанную с устранением критической зависимости от импорта военных технологий из одного источника. В этом контексте особое внимание уделяется сотрудничеству с Китаем, благодаря которому возможна реализация белорусской ракетной программы.

В целом, новая Военная доктрина Беларуси намечает амбициозную повестку дня дальнейшего реформирования белорусских Вооруженных сил, но и не только. С учетом задачи, поставленной белорусским президентом А. Лукашенко, по оптимизации деятельности всех силовых структур, принятие новой Военной доктрины может повлечь за собой перераспределение функций между ними и армией. В частности, из новой Военной доктрины логично вытекает повышение роли Вооруженных сил в противодействии террористическим угрозам. Совершенно логичным образом выглядит создание информационно-психологических войск с командованием стратегических коммуникаций, чья деятельность связана как с проведением информационно-психологических операций, так и противодействием дезинформационному влиянию внешних субъектов, направленного как на белорусское общество, так и вооруженные силы в частности. С учетом значимости для жизни белорусского общества и государства таких критических инфраструктур, как информационно-коммуникативные сети, сети контроля и управления и др. возникает необходимость в создании кибер-войск, чьи задачи связаны с противодействием хакерским атакам, а также проведением ответных кибер-операций.

В целом, изменение региональной и глобальной военно-политической обстановки, как и характер возникающих перед Беларусью традиционных и нетрадиционных вызовов и угроз превращает Вооруженные силы в ключевой и системообразующий элемент обеспечения национальной безопасности.