Директивная урбанизация. Некоторые следствия «эффекта Простоквашино»

Александр Лукашенко указом № 13 утвердил генеральные планы городов-спутников Минска, Гродно и Бреста. Гродненский город-спутник «посадят» в Скиделе, брестский – в Жабинке, минские – в Руденске, Фаниполе, Смолевичах, Заславле, Логойске и Дзержинске. В общем, озвученная некоторое время назад идея о создании системы городов-спутников, «разгрузки» демографии и экологии столицы, снижения концентрации промышленных предприятий за счет выноса их за МКАД и создания там новых, перспективных и конкурентоспособных производств перешла в фазу реализации. В Смолевичах, например, уже начали строительство жилых домов и некоторые даже построили.

Директивная урбанизация. Некоторые следствия «эффекта Простоквашино»Все это сочетается с политикой агрессивного импортозамещения на основе модернизации отдельных отраслей. А новое производство, как предполагается, будет высокотехнологичным, следовательно, продукция найдет спрос не только в СНГ, но и на рынках дальнего зарубежья. Впрочем, идею иногда проще сформулировать, нежели воплотить, а воплотив – получить результаты, которые совпадают с замыслом. И не противоречат ему.

Иногородцы со столичной пропиской

…Загазован-то загазован, но минчане не спешат переселяться в Смолевичи, даже льготники-очередники. Был человек стопроцентным минчанином, а тут становится иногородним со столичной пропиской. Коренные смолевичане хотели бы воспользоваться такой лазейкой, приобрести прописку вместе с жильем, но в среднем они люди небогатые, коммерческое жилье, от которого отказываются минчане, они в массе своей не могут себе позволить. И активно начавшийся процесс резко затормозился. Ибо все определяют люди, желательно заинтересованные. И деньги, желательно большие. Больших денег в белорусской казне никогда не было, инвестор в страну не пришел, и минчанин-очередник не соблазнился возможностью получить бесплатную квартиру в райцентре, где подходящую работу найти невозможно.

По этой причине чиновники решили срочно скорректировать цели, задачи и ресурсы проекта и составить новое технико-экономическое задание. Летом прошлого года председатель Миноблисполкома Семен Шапиро заявил, что руководство страны отказывается от прежних «амбициозных планов» и принимает принципиальное решение ограничиться преобразованием в город-спутник только рабочего поселка Руденск. По его словам, «строительство городов-спутников – это не просто взял клочок земли – и построил дом (как было в Смолевичах – прим. К.С.). Это трудовые ресурсы, занятость, размещение. Детские сады (потребность в них увеличится, если, как настаивает помощник Лукашенко по экономическим вопросам Кирилл Рудый, государство уменьшит послеродовый отпуск с 3 до 2 лет – прим. К.С.), школы, больницы, обеспечение водой, очистными сооружениями и масса других вопросов. Это очень тонкий предмет и очень тонкая материя».

Как известно, где тонко, там рвется. «Ну построим там спутник. И чем людям заниматься? В Минск каждый день ездить? И создавать пробку на въезде?», – задавался разумными вопросами г-н Шапиро.

Советский опыт

Идея строительства городов-спутников не является ни новой, ни тем более новаторской, таковой она может считаться только в белорусском руководстве. С начала 1960-х такие города строились в СССР – тоже с претензией на новизну и новаторство, хотя практика была общемировой. И причины «спутникового» строительства были универсальные. На определенном этапе развития крупных городов возникала проблема излишней концентрации промышленности и населения в нем, для чего предприятия или реконструировались или выводились из них, а население следовало за ними, обретая новое место жительства и рабочие места.

Главное отличие: в западных странах города-спутники возникали там, где создавались хорошие условия для инвестиций. В СССР экономическая потребность определялась административно. Сначала определялась потребность народного хозяйство в той или иной продукции, выбиралась площадка (вблизи крупного города, когда речь шла о «спутнике»), обеспечивалось плановое финансирования, строительство предприятия, ввод его в строй. К этому времени строилось жилье и соцкультбыт, и город принимал новоселов. Кадровой проблемы в те годы не было – страна являлась трудоизбыточной.

Первым московским городом-спутником стал Зеленоград, построенный в 1963 году (всего за 2 года) с населением в 70 тыс. человек. Здесь сконцентрировались предприятия электронной промышленности, обеспечившие все потребности ВПК в этой продукции, который никогда не испытывали трудностей с финансированием. Госзаказы на НИОКР и производство определялись запросами исполнителей.

Сегодня Зеленоград вошел в Зеленоградский административный округ Москвы. На на самом деле в городской агломерат из бывших «спутников», которые сохранили свою прежнюю специализацию, местами (например, Крюково) превратился в обычный московский «спальник». Часть населения работает по месту жительства, часть ездит на работу в центр, часть москвичей ездит на работу в Зеленоград. Структурные и транспортные проблемы, для решения которых строили «спутники», теперь воспроизводятся. Что называется, на более высоком этапе развития. Если раньше для поездок в столицу и обратно не хватало машин, то теперь люди маются в безнадежных пробках.

«Эффект Простоквашино»

Различных городов-спутников в СССР было много. Одни прожили долгую и успешную жизнь, жизнь других была драматически прервана, третьи вообще не состоялись. Например, Новосибирский Академгородок, расположенный в 20 км от центра города, давно вошел в состав Советского района Новосибирска, а его население растворилось в общей массе горожан. Можно сказать, жизнь удалась и продолжается.

Уникальными городами являлись «спутники» атомных станций. Хотя располагались они на удалении 50-100 км от других крупных «неатомных» городов, «спутники» АЭС объективно выполняли роль промышленных, научных и профессионально-образовательных региональных центров, в которых проживало преимущественно сельское население. На месте поселков и деревушек с неказистыми деревянными домишками, сарайчиками и сезонно непроходимыми проселочными дорогами вырастал «атомград», в котором было все: магазины, кинотеатры, аттракционы, парки и асфальтированные улицы.

Эффект Простоквашино: «У нас за рекой новый дом построили, пятиэтажный, как в городе. Так полдеревни туда переехало» (Эдуард Успенский. «Дядя Федор, Пес и Кот»). Чернобыльская АЭС и его городской спутник Припять изменили быт и настроения большинства прилегающей к территории станции «туземного» населения. Многие из них переселились в город, обрели новую городскую работу и жизнь, которая обещала быть хорошей. К сожалению, радость быстро обернулось бедой.

В апреле того же 1986 года в Беларуси в Руденске успешно строилась АТЭЦ (атомная теплоэлектроцентраль) для обеспечения страны, преимущественно Минска, электрической и тепловой энергией. Уже был заложен город-спутник Дружный, он начал строиться. Но после Чернобыльской катастрофы у страны на завершения работ не осталось ресурсов. Ни финансовых, ни физических, ни духовных. Станцию законсервировали, а впоследствии достроили как ТЭЦ-5, которая работает на органическом топливе. Распад СССР повлек за собой реструктуризацию промышленности и экономики в целом и последующее снижения тепло- и энергопотребления во всех отраслях. Страна, и в особенности Минск, могли обойтись без запланированного прироста энергопотребления.

Как рассказал Семен Шапиро, у Минской ТЭЦ-5 «энергии достаточно для обеспечения 100-тысячного города». Там – не самые плодородные земли для сельскохозяйственного использования, поэтому следует модернизировать инфраструктуру и мотивировать инвесторов – соблазнять их идеей переноса промышленности из столицы и создания промышленности нового поколения. Примерно так можно было понять г-на Шапиро, который отметил, что президент выразил согласие с его выводами.

В самом деле, президентские директивы требует от предприятий экономить энергию всеми любыми возможными способами, но в то же время, горячился Шапиро, «в Минской области продано 24 тысяч участков, в основном под Минском. Только для того, чтобы туда подвести электричество, надо два триллиона рублей, чтобы подвести дороги – еще два триллиона. На каждый дом государству надо вложить 20 тысяч долларов». Очевидно председатель Миноблисполкома, не считает бедными тех, кто покупает участки под Минском. Но «Мы должны взять из бюджета деньги и поддержать кого? Самых состоятельных?». В общем, Шапиро раскритиковал волюнтаризм, допускаемый в этом вопросе и сказал, что «Заславль был отменен, Дзержинск был отменен», а в Смолевичах сохранили меньший участок, где уже построен дом, в Соколе сохранили только проект многоэтажной застройки в расчете на продолжения работ по созданию «китайского индустриального парка».

Не прошло и полгода, как Лукашенко, прежде согласный с резонами Шапиро, резко изменяет позицию. Спутникам – быть, причем в большом количестве и не только в столичной области.

Зачем?

Как сообщает пресс-служба, реализация генпроектов развития городов-спутников будет способствовать взаимоувязанному развитию городов и центров с использованием социальной инфраструктуры город-спутников для улучшения обслуживания сельского населения, улучшения инвестиционного климата столицы и областных центров за счет расширения выбора инвестиционных площадок, обеспеченных трудовыми ресурсами, транспортной и инженерной инфраструктурой.

Замечательно! Все слова понятны, соединяются одно с другим грамотно и, с формальной точки зрения, логично, но совершенно непонятно, о чем речь. О городах-спутниках, которые должны улучшать обслуживания сельского населения – помимо агрогородков, сельских и районных исполкомов, инфраструктуры Минсельхозпрода и ее сервисных предприятий? Сельского население, которое вымирает и маргинализуется, поскольку деревня как таковая исчезает! А что такое инвестплощадки, обеспеченные трудовыми ресурсами? Это своего рода партизанские отряды, которые каждую ночь зажигают костры на лесном аэродроме, а самолет с «большой земли» не прилетает и мешки с продовольствием не сбрасывает. Кстати, было такое на рубеже 1990-х, когда в Беларуси приземлялись натовские транспортники, груженные «гуманитаркой».

Но больше никто не прилетал. Готовим мы площадки приема капиталовложений, но капиталист их избегает. Ему не нужно «улучшение обслуживания сельского населения», ему нужны минимальные гарантии на приращение капитала. Но гарантий таких нет. Поскольку все президентские проекты завершаются полным освоением выделенных средств. До прибыли инвесторов дело редко доходит.