Налоговый маневр: старт дан, будет ли финиш?

Налоговый маневр в нефтяной отрасли России рассчитан на 2015-2017 годы. По логике, в последующем правительство РФ должно продолжить реформу, чтобы к 2025 году полностью отменить пошлины на нефть и нефтепродукты. Если этого не сделать, ЕАЭС не удастся создать общий рынок нефти и нефтепродуктов. Хватит ли воли у российского руководства довести реформу налогообложения нефтяной отрасли до финала в ситуации падения мировых цен на нефть и ухудшения ситуации в экономике?

Падение индикативной марки Brent ниже 50 USD за баррель означает, что Россия сейчас переходит от реализации стрессового сценария Центробанка к шоковому сценарию. Стрессовый сценарий предполагал, что при снижении нефтяных цен до 60 USD за баррель российский ВВП по итогам 2015 года сократится на 3,5-4%; шоковый – что при снижении цен до 40 USD за баррель экономический спад составит уже 7%.

Между тем, обрушение нефтяных цен уже серьезно сказывается на экспортных доходах России. По данным Федеральной таможенной службы РФ, за январь-июнь 2015 г. доходы России от экспорта нефти снизились примерно в 1,7 раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года – до 48,1 млрд USD. При этом сам экспорт Россия за первое полугодие нарастила почти на 10% – до 120,5 млн тонн нефти.

Этапы долгого пути

Налоговую реформу в нефтяной отрасли руководство РФ задумало давно. Одной из главных задач этой реформы должна была стать борьба с так называемыми «самоварами» – низкотехнологичными НПЗ, которые производят в основном темные нефтепродукты – мазут. Фактически эти предприятия выживают за счет разницы между экспортной пошлиной на нефть и нефтепродукты и не страдали от того, что производили избыточное количество мазута.

Чтобы подстегнуть модернизацию таких НПЗ, правительство РФ в 2011 году увеличило пошлину на темные нефтепродукты почти в 2 раза – до 66% от нефтяной, а с 2015 года  пошлины на нефть и мазут должны были сравняться. Правда, если бы это случилось, то большинство старых российских заводов, имеющих большой объем производства мазута, просто не смогло бы выжить. Шоковый сценарий для российской «нефтянки» никого в России  не устраивал.

Вот почему в 2015 году был предложен более мягкий вариант налогового маневра. Он предполагает, что до 2017 года в стране будут постепенно повышать пошлину на темные нефтепродукты и одновременно понижать пошлину на бензин. Чтобы не спровоцировать роста цен на АЗС, Минэнерго предложило снизить акцизы на бензин и дизельное топливо. А чтобы не пострадал бюджет, было решено резко повысить НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых).

Таким образом, после долгих дискуссий Россия, наконец, встала на путь отмены экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты. Для того, надо полагать, чтобы впоследствии от них совсем отказаться.

Пока реформа налогообложения в нефтяной отрасли распланирована лишь на 3 года. В 2015 г. пошлина на сырую нефть в 2015 году составляет 42%, в 2016 г. она снизится до 36% и в 2017 г. – до 30%. При этом ставка НДПИ на нефть с 2015 г повышена до 775   за тонну, с 2016 г. она вырастет до 856 RUB, с 2017 г. – до 918 RUB.

Пошлина на дизельное топливо составляет в 2015 г. 48%, в 2016 г. снизится до 40%, в 2017 г.  – до 30%, на бензин – 78%, 61% и 30% соответственно. Пошлина на мазут в 2015 году составляет 76%, в 2016 году вырастет до 82%, а к 2017 году достигнет 100%. Таким образом, в 2017 г. нефтяные компании ожидает 100-процентная экспортная пошлина на мазут – так государство подталкивает компании к модернизации НПЗ, которые должны наращивать производство бензинов и сырья для нефтехимии.

А что дальше с налоговым маневром? Официальной позиции руководства РФ по этому вопросу нет. В то же время Минфин РФ считает продление налогового маневра неизбежным. Чиновники этого министерства уже публично заявили, что реформа в нефтяной отрасли поэтапно продолжится и после 2018 года, а к 2025 году пошлины на нефть и нефтепродукты могут быть обнулены. Министерство считает, что «пошлины должны быть экстренным способом реагирования, а не частью налоговой системы». Тем более, что  сегодня для РФ это не только доходы бюджета, но и, по сути, форма субсидирования нефтепереработки: с помощью пошлины сдерживается внутренняя цена на нефть.

Наконец, пока Россия не обнулит экспортные пошлины на нефть и нефтепродукты, ей придется субсидировать белорусскую нефтепереработку.

Споткнулись уже на старте

С января 2015 года российские нефтяные компании начали работать в новых условиях. И сразу подвергли налоговую реформу резкой критике. Что вполне объяснимо: ведь политика налогового маневра утверждалась в июне 2014 года, когда цена на нефть превышала 100 USD за баррель. А когда новый налоговый режим заработал, нефть сорта Brent торговалась по 54 USD за баррель; теперь же она вовсе опустилась ниже 50 USD.

Нефтяники жаловались, что вместо того, чтобы переложить налоговое бремя с добычи на переработку, налоговая реформа просто умножает сумму налогов, которые должны платить нефтяные компании. По оценкам экспертов Vygon Consulting, годовые потери нефтяных компаний в России от налогового маневра составят около 5,5 млрд USD. Однако  Минэнерго РФ подсчитало, что выручка нефтяных компаний в рублях благодаря девальвации, напротив, стала выше: при 100 USD за баррель она составляет 8413 RUB с тонны, при 57 USD– 9104 RUB. Так что оснований корректировать налоговую реформу в «нефтянке» пока нет.

С другой стороны, отмечают эксперты, средняя глубина нефтепереработки в России остается ниже 75% (в то время как на большинстве западных НПЗ она превышает 90%), а средняя доля мазута достигает 30%. Если продолжить налоговый маневр, то в группе риска могут оказаться от 40 млн тонн до 100 млн тонн перерабатывающих мощностей, рентабельность которых без проведения модернизации может опуститься к 2017 году ниже 1-2 USD за баррель.

В сложившейся ситуации модернизация НПЗ вряд ли успеет за ходом налогового маневра, поэтому даже ряд крупных российских НПЗ могут оказаться за гранью рентабельности. Также под угрозой окупаемость новых проектов в нефтепереработке, что может потребовать от правительства адресных преференций, а это весьма проблематично сделать на фоне падения нефтяных доходов.

У российского Минфина, между тем, имеются свои резоны добиваться пересмотра реформы налогообложения нефтяной отрасли. Сейчас ведомство готовит свой закон о налоге на добавленный доход (НДД). Это своего рода альтернатива другому законопроекту – о налоге на финансовый результат (НФР) и действующему НДПИ. Законопроект о НФР был в 2014 году внесен в Госдуму Ханты-Мансийским автономным округом при активном участии Минэнерго РФ. В июне этого года премьер Дмитрий Медведев вопреки позиции финансового ведомства поддержал эксперимент для пилотных месторождений.

И НФР, и НДД, в отличие от действующего НДПИ, берутся не со стоимости добытой нефти, а учитывают расходы на ее добычу. Но база у налогов разная, и расходы учитываются по-разному. НФР – налог на разницу между доходами от продажи нефти и расходами на ее добычу и транспортировку. База НДД – выручка за вычетом тех же эксплуатационных затрат и всех капвложений, но ставка плавающая и зависит от Р-фактора (отношение накопленного дохода к накопленным расходам). То есть при повышении рентабельности нагрузка будет расти. Кроме того, НФР заменит НДПИ только на действующих месторождениях, а НДД рассчитан на всю отрасль.

Какая налоговая модель в нефтяной отрасли будет принята в России, пока неясно. Однако в РФ, судя по всему, вряд ли откажутся от налогового маневра и политики дальнейшей отмены экспортных пошлин. Хотя скорость этого процесса будут определяться, скорее всего, мировыми ценами на нефть.

Белорусов больше беспокоит цена на нефть

В 2015 году белорусские НПЗ работают в условиях налогового маневра и, кроме того, в ситуации 50-процентного падения экспортных цен на нефть и нефтепродукты. Чем дороже нефть, тем выгоднее белорусским нефтепереработчикам торговать на внешнем рынке. При этом более-менее приемлемой ценой для белорусских НПЗ специалисты называют 60-65 USD за баррель нефти.

Падение нефтяных цен вкупе с налоговым маневром привело к тому, что Беларусь,  увеличив экспорт нефтепродуктов в январе-июне на 21% до 8,971 млн тонн, снизив его в стоимостном выражении на 30% до 3,825 млрд USD.

Статистика красноречиво говорит о наиболее привлекательных и наименее выгодных экспортных рынках. Наиболее крупные объемы белорусских нефтепродуктов в первом полугодии были поставлены в Великобританию – 5,276 млн тонн  (+152% к уровню января-июня 2014 г.) на сумму 2,041 млрд USD (+34%). При этом поставки в Нидерланды дали наибольший минус: было поставлено 817,881 тыс. тонн (– 29%) на сумму 313,3 млн USD (минус 56%). Подкачало и украинское направление – в Украину было продано 1,378 млн  тонн (– 19%) на сумму 797,7 млн USD (– 51%).

Отметим, что негативные тенденции для нефтяной отрасли обозначились еще в прошлом году. В 2014 году Беларусь снизила выручку от экспорта нефтепродуктов на 1,9% по сравнению с 2013 годом до 9,961 млрд USD, хотя физический объем экспорта нефтепродуктов увеличился на 1,6% по сравнению с 2013 годом до 13,784 млн тонн.

Заметно упала в этом году и валютная выручка от продажи автомобильного топлива в РФ. В первом полугодии Беларусь снизила валютную выручку от экспорта нефтепродуктов в РФ на 74% до 142,9 млн USD. При этом в физическом выражении Беларусь снизила поставки нефтепродуктов в РФ за этот период на 48% – до 374,776 тыс. тонн.

Очевидно, что причиной снижения валютной выручки стала в первую очередь цена, которая существенно снизилась в сравнении с аналогичным периодом 2014 г. Правда, в июле 2015 г. Беларусь активизировала поставки автомобильного топлива на российский рынок – за месяц было продано 180 тыс. тонн бензинов. Активизация продаж обусловлена изменением в лучшую сторону конъюнктуры: в последнее время цены на автомобильное топливо на российском рынке выросли.

Уже известно, что в 2016 г. Беларусь сможет закупить в России 24 млн тонн нефти, что обеспечит 100-процентную загрузку отечественных НПЗ. При этом, как сказал белорусский вице-премьер Владимир Семашко, стороны договорились, что в 2016 году «при определенных условиях все 24 миллиона тонн нефти будут поставляться трубопроводным транспортом». Отметим, что в этом году из 23 млн тонн нефти, предусмотренных балансом на 2015 год, 22 млн тонн в Беларусь будут поставлены трубопроводным транспортом и 1 млн тонн – железнодорожным. В будущем году белорусским переговорщикам удалось оптимизировать и поставки автомобильного топлива в Россию – их объем снижен до 1 млн тонн с 1,8 млн тонн в 2015 году.

Хотя в 2016 году Беларусь сумеет без проблем закупить в России необходимый для стопроцентной загрузки своих НПЗ  объем нефти и поставить ее по наиболее оптимальной логистической схеме, это не значит, что отечественная нефтепереработка сможет сработать прибыльнее, чем в текущем году. Сегодня финансовое здоровье белорусских НПЗ в большей степени зависит от мировых цен на нефть, чем от условий поставок российской нефти, которые в большей степени предопределены налоговым маневром. А здесь прогнозы неутешительные.

В частности, концепция прогноза социально-экономического развития Беларуси на 2016-2018 годы содержит благоприятный и неблагоприятный сценарии развития, которые кроме прочего зависят от мировой цены на нефть. При благоприятном сценарии мировые цены на нефть марки Urals составят 70 USDза баррель в 2016 году, 75 USD – в 2017 году и 80 USD – в 2018 году. При неблагоприятном сценарии мировые цены на нефть марки Urals составят, по прогнозу, 57 USD за баррель в 2016 году, 61 USD за баррель в 2017 году и 65 USD – в 2018 году.

Правительство считает, что при неблагоприятном сценарии экспорт белорусских нефтепродуктов в ближайшие три года может снизиться с 16,4 млн тонн до 15,3 млн тонн в год. Очевидно, что упадет и валютная выручка, и объем экспортных пощлин на нефтепродукты.