Исследование доступа общественности к судебным постановлениям. Ч.II: Правовой опыт Республики Беларусь и Российской Федерации

Продолжение

Начало: Исследование доступа общественности к судебным постановлениям в Беларуси. Ч. I: Правовые стандарты ООН

Исследуя транспарентность судов Беларуси и доступность публике судебных  постановлений, как одной из ее частностей, важно оценить соответствие национального законодательства, как стандартам ООН, рассмотренных в предыдущей статье по затронутой теме, так и законодательству Российской Федерации, государству, на вектор политико-правового сближения с которым, ориентируется Республика Беларусь.

Общие положения

Важность правового опыта ООН бесспорна, и ввиду аккумуляции взглядов более сотни государств разных политико-правовых систем на прозрачность судов и доступность судебных решений, а также ввиду главенствующего и обязательного для Беларуси такого общепризнанного принципа международного права, как справедливое и публичное судебное разбирательство дела с вынесением публичного судебного постановления.

Не менее важным является опыт России, являющейся вместе с Беларусью членом Евразийского Экономического Союза, Содружества Независимых Государств и Союзного государства. Более того, Концепцией совершенствования законодательства, утвержденной Указом Президента Республики Беларусь от 10.04.2002 № 205, недвусмысленно указывается, что сотрудничество Республики Беларусь с международными организациями и межгосударственными образованиями предполагает координацию и сближение национального законодательства прежде всего с законодательствами Российской Федерации, государств – участников Евразийского экономического сообщества, Содружества Независимых Государств, а затем – и со странами Европы(п. 21). Также указывается, что в целях совершенствования законодательства о государственном строе Республики Беларусь необходимо унифицировать национальное и российское законодательства в сфере прав и свобод граждан (п. 33.7.).

Правовое регулирование доступа к судебным постановлениям в Беларуси

2. Нормативные правовые акты, регулирующие доступ общественности к судебным постановлениям в Беларуси, всегда были «Ахиллесовой пятой» отечественного конституционного законодательства. Так, Конституция Республики Беларусь предусматривает, лишь, что по общему правилу разбирательство во всех судах открытое, а закрытое рассмотрение дела допускается в случаях определенных законом (ст. 114). Хотя принцип открытого судебного разбирательства закреплен в Главе 6 «Суды», ничто не препятствует обоснованию данным принципом судопроизводства субъективного права граждан на присутствие в публичном судебном разбирательстве. Согласно ст. 23 Конституции данное право может быть ограничено, но только в случаях, предусмотренных законом, в интересах национальной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц. При этом при ограничении прав и свобод никто не может пользоваться преимуществами и привилегиями, противоречащими закону (ст. 23).

2.1. Хотя Конституция прямо указывает на возможность ограничения прав и свобод граждан, а право на открытое судебное разбирательство не входит в каталог прав и свобод, которых нельзя ограничить при осуществлении особых мер в период чрезвычайного положения, я полагаю, ограничить или отменить открытое судебное разбирательство как конституционный принцип судопроизводства возможно лишь изменив на референдуме ст. 114 Конституции, как такого требует ст. 140 Конституции. Т.е. ограничение субъективного права на публичное судебное разбирательство не должно ограничить принцип открытого судебного разбирательства. И этот момент следует учитывать Палате представителей Национального Собрания РБ при реализации ее дискреционного полномочия (ст. 97(2) Конституции) по рассмотрению законопроектов о судопроизводстве, судоустройстве и об основном содержании и принципах осуществления прав, свобод и обязанностей граждан.

2.2.Несмотря на то, что Конституция прямо не указывает, что в ст. 114 предусмотрено право на публичность судебного постановления, принадлежащее, в том числе и гражданам, не участвующим в судебном заседании, подобное толкование конституционной нормы правомерно со ссылкой на ст. 8 Конституции, согласно которой Республика Беларусь признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства. Конституционный Суд Республики Беларусь, в свою очередь, раскрывает общепризнанные принципы международного права (один из которых принцип соблюдения прав человека) через Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г., Всеобщую декларацию прав человека 1948 г. и основанные на них резолюции ГА ООН и акты Комитета ООН по правам человека (см. Решение от 23 декабря 2010 г. № Р-530/2010, Решение от 5 июля 2012 г. Р-744/2012).

2.3. Таким образом, учитывая, что Конституция Республики Беларусь существует не в вакууме, а принцип открытого судебного разбирательства может быть изменен лишь на референдуме, есть все основания полагать, что Конституция Республики Беларусь предусматривает право общественности на публичное судебное разбирательство и на публичность судебного постановления. При этом правовое регулирование закрытого судебного разбирательства должно осуществляться законом, положения которого не должны исключать открытое судебное разбирательства, являющегося общим правилом судопроизводства и должны соответствовать общепризнанным принципам международного права и конституционным принципам равенства и запрета дискриминации (ст. 8 и 22 Конституции). Учитывая, что при регламентации закрытого судопроизводства неизбежным будет ограничение прав и свобод граждан и организаций, это влечет необходимость соблюдения требований ст. 23 Конституции.

2.4. Анализируя отечественные законы о судопроизводстве (Гражданский-процессуальный кодекс – ГПК, Хозяйственный-процессуальный кодекс – ХПК, Уголовно-процессуальный кодекс – УПК, Процессуально-исполнительный кодекс об административных правонарушениях – ПИКоАП) можно отметить: а) отсутствие правил получения общественностью доступа к судебному постановлению вне рамок судебного заседания, б) чрезмерно обширный по сравнению со ст. 14(1) Пакта перечень возможных ограничений открытого судебного заседания и, как следствие, публичности судебного постановления, в) полное несоответствие перечня ограничений публичности судебного постановления согласно ст. 14(1) Пакта и процессуальному законодательству Республики Беларусь. Изучая белорусское процессуальное законодательство не трудно прийти к выводу о нежелательности присутствия публики на судебном заседании и желании предоставить сторонам в процессе максимум возможностей для закрытия судебного заседания.

(i)  Все процессуальные законы содержат общее правило: закрытие судебного заседания автоматически ведет к оглашению лишь резолютивной части судебного постановления. При этом, в отличие от УПК, ГПК и ХПК, предусматривающих оглашение резолютивной части судебного постановления, вынесенного по итогам закрытого судебного заседания, ПИКоАП, хотя и регламентирует случаи закрытого рассмотрения дела об административном правонарушении, не предусматривает оглашение какой-либо части постановления в таком случае. Также, нормы ГПК и ХПК обладают значительным потенциалом для закрытия судебного процесса по одному лишь желанию сторон в процессе: так, ХПК предполагает наличие ходатайства лица, участвующего в деле и ссылающегося на обстоятельства, препятствующие открытому разбирательству (ст. 21), а согласно ГПК для закрытия процесса достаточно просьбы стороны (сторон) при отсутствии возражений юридически заинтересованных в исходе дела лиц. Соответственно, закрытие судебного заседания в данных случаях автоматически ведет к закрытию от общественности вводно-описательной и мотивировочной части судебного постановления.

(ii) Еще одним препятствием для публичности судебного постановления является возможность сторон в процессе влиять на объем провозглашаемого судебного постановления, вынесенного в результате открытого судебного разбирательства. Это происходит либо в результате согласия сторон на оглашение лишь резолютивной части судебного постановления, либо в результате отсутствия у суда обязанности составления мотивировочной части, либо в результате реализации судом права на более позднюю отправку процессуальным сторонам мотивировочной части судебного постановления (см. ст. 201 ХПК, ст. 311 ГПК, ст. 365 УПК, ст. 11.9. ПИКоАП).

(iii)  В отсутствии специального законодательства о доступе общественности к судебным постановлениям вне рамок судебного процесса вышеуказанные особенности процессуального законодательства выступают еще одним ограничением публичности судебного постановления.

2.5. Небесполезным применительно к рассматриваемому вопросу будет выяснение возможности использования ст. 34 Конституции, гарантирующей право на получение, хранение и распространение полной, достоверной и своевременной информации о деятельности государственных органов. Ранее, анализируя стандарты ООН, я пришел к выводу о невозможности использования гарантий ст. 19 Пакта для обеспечения публичности судебного постановления, т.к. это позволит расширить каталог правомерных ограничений права получать информацию о судебных постановлениях, и как следствие, может полностью «обездвижить» ст. 14 (1) Пакта.

2.6. Применительно к Конституции Республики Беларусь подобной проблемы не существует, т.к. 1) Конституция предусматривает единый каталог правомерных ограничений любых прав и свобод, предусмотренных в ней, 2) Конституция не закрепляет специальный перечень правомерных ограничений публичности судебного разбирательства и судебного постановления в принципе, кроме указания на закон, где они должны содержаться.

2.7. Соответственно, учитывая, что Конституция позволяет закрепить в законе о доступе к информации и законе о судопроизводстве равный перечень ограничений на доступ общественности к судебному постановлению, полагаю, нет особых препятствий для раскрытия принципа публичности судебного постановления еще и в законе о доступе к информации о деятельности государственных органов. Кроме того, не следует лишать национальные власти права на своеобразие правовой системы до тех пор, пока это не нарушает общепризнанные принципы международного права.

2.8. Хотя, логичнее было бы конкретизировать процедуру доступа СМИ и общественности к судебным постановлениям в процессуальном законодательстве. В Беларуси публичность судебного постановления частично урегулирована именно в законодательстве о свободе информации. Так, Законом Республики Беларусь от 10 ноября 2008 г. № 455-З «Об информации, информатизации и защите информации» (далее – Закон об информации) предусматривается два вида информации: 1) общедоступная информация и 2) информация, распространение и (или) предоставление которой ограничено.

(i) Согласно ст. 16 Закона об информации к общедоступной информации относится информация, доступ к которой, распространение и (или) предоставление которой не ограничены. Т.е. общедоступная информация определяется методом исключения, при этом в ст. 16 Закона предусматривается специальный закрытый перечень информации, доступ к которой не может быть ограничен. Учитывая, что открытое судебное разбирательство влечет, по общему правилу, провозглашение судебного постановления в полном объеме, можно предположить, что текст подобного судебного постановления относится к категории общедоступной информации.

(ii) Но, Закон об информации обладает потенциалом ограничения доступа к публично провозглашенным судебным решениям. Так, согласно ст. 17 Закона к информации,распространение и (или) предоставление которой ограничено, относится, в частности информация, содержащаяся в делах об административных правонарушениях, материалах и уголовных делах органов уголовного преследования и суда до завершения производства по делу. Буквальное прочтение данной нормы позволяет утверждать, что после завершения производства по вышеуказанным делам, содержащиеся в них сведения становятся общедоступной информацией. Но, при истолковании данной нормы возникает ряд иных вопросов.

(iii) Например, распространяется ли конечная фраза «до завершения производства по делу» и на информацию, содержащуюся в делах об административных правонарушениях? Во-первых, ПИКоАП не употребляет термин «производство по делу» в контексте процессуальной деятельности, как одной из стадий административного процесса. Во-вторых, ст. 10.8. ПИКоАП предусматривает, что сведения, содержащиеся в деле об административном правонарушении, могут быть преданы гласности лишь с разрешения судьи, должностного лица органа, ведущего административный процесс, а в случае, если такие сведения затрагивают личную жизнь потерпевшего, – с разрешения потерпевшего и в том объеме, в каком он признает это возможным. Очевидно, что речь идет не о регламентации закрытого рассмотрения дела об административном правонарушении, т.к. а) норма не говорит о закрытом процессуальном действии и б) процедура раскрытия закрытой информации, содержащейся в материалах дела, происходит по-другому. Т.е. можно предположить, что информация, прозвучавшая во время и по итогам рассмотрения дела об административном правонарушении, по общему правилу является ограниченной к распространению, т.е. не общедоступной. При этом фраза «предание гласности» содержит значительную степень правовой неопределенности т.к. может быть чрезмерно широко истолковано правоприменительными органами.

(iv) Норма ст. 17 Закона об информации не дает также четкого ответа о виде производства по делу, завершения которого нужно дождаться, чтобы материалы дела стали общедоступными. Неясно, также, что делать, если уголовное дело все время находится в производстве последовательно проходящих стадий уголовного процесса (кассационное (апелляционное), надзорное, по вновь открывшемся обстоятельствам). Следует отметить, что ст. 17 Закона не ставит доступ к уголовному делу в зависимость от завершения производства по нему вступившим в законную силу судебным постановлением.

(v) Наконец, легко заметить, что ст. 17 Закона ничего говорит об информации, содержащейся в гражданских делах, и делах, рассматриваемых экономическими судами, что можно истолковать и как пробел, и как указание на отнесение такой информации к общедоступной. Следует также отметить, что согласно ст. 17 Закона отнесение сведений к информации, распространение и (или) предоставление которой ограничено, может осуществлять и указами и декретами Президента, что, очевидно, не соответствует ст. 23 Конституции, предусматривающей возможность ограничения прав и свобод человека лишь на основании закона.

2.9. Ситуация кардинально изменилась после внесения изменений и дополнений в Закон об информации Законом от 4 января 2014 г. № 102-З. Так, согласно ст. 22 Закона об информации в новой редакции «особенности предоставления общедоступной информации судами определяются законодательством Республики Беларусь, в том числе законодательством о судопроизводстве». С одной стороны, законодательство о судопроизводстве является лишь одним из массивов нормативных правовых актов, регулирующих доступ к судебным постановлениям. С другой стороны, при отсутствии специального законодательства о доступе к текстам судебных постановлений, пробельное законодательство о судопроизводстве, упоминающее лишь публичное провозглашение судебного постановления в зале судебного заседания, может серьезно ограничить публичность судебного постановления.

(i) Еще одна потенциальная проблема ст. 22 Закона состоит в том, что норма об особенностях предоставления общедоступной информации о деятельности судов сформулирована так, что позволяет предположить неприменимость других способов распространения и (или) предоставления общедоступной информации государственным органом согласно ст. 22 Закона: размещение на интернет-сайтах или других государственных информационных ресурсах глобальной компьютерной сети Интернет; предоставление на основании обращения заинтересованного физического или юридического лица. Неясно также, позволит ли новая редакция ст. 22 Закона применить ст. 21, устанавливающую такие способы предоставления общедоступной информации на основании обращения как ознакомление с документами, содержащими запрашиваемую информацию,предоставление копии документа, содержащего запрашиваемую информацию, или выписок из него.

(ii) Таким образом, с вступлением в силу в 2014 г. поправок в Закон об информации, аргументация суда в пользу отказа предоставить текст публично провозглашенного судебного постановления может быть следующей: «такой способ предоставления общедоступной информации не предусмотрен законодательством». Причем отсутствие обязанности судов предоставлять доступ к текстам судебных постановлений может быть, как пробелом, так и нормой права.

К примеру, ни одна из действующих Инструкций по делопроизводству в судах общей юрисдикции не предусматривает обязанности предоставлять доступ к текстам судебных постановлений или изготавливать их копии для лиц, не являющихся уполномоченными должностными лицами или участниками процесса  (стороны и т.п.) и их представителями. Ранее, определенная возможность доступа к судебным делам предусматривалась лишь в системе хозяйственных судов. Так, согласно ныне недействующей Инструкции по делопроизводству в хозяйственных судах РБ (утвержденной Председателем ВХС от 09.11.2010 № 64) ознакомление с находящимися в архиве хозяйственного суда материалами судебных дел лицами, не имеющими непосредственное отношение к рассмотренным делам, и предоставление их копий производилось с письменного разрешения руководства суда в присутствии работника суда, о чем делается отметка в документе, разрешающем ознакомление. Для этого следовало подать соответствующее письменное заявление на имя заместителя председателя суда, с указанием темы научной статьи, статуса, руководителя научной работы, интересующей категории дел, номера контактного телефона, а для изготовления копий также необходимо получить письменное разрешение, подав соответствующее заявление и оплатив государственную пошлину (ответ хозяйственного суда г. Минска от 27.04.2012 № 04-07/1247).

(iii) Также следует отметить, что тексты судебных постановлений, при определенных условиях, можно получить в архиве судов. К примеру, Положение о порядке предоставления сведений по уголовным делам, связанным с преступлениями, получившими широкий общественный резонанс, и преступлениями, подрывающими авторитет государственной власти, для освещения в средствах массовой информации,утвержденного Постановлением Генеральной прокуратуры,Комитета государственного контроля, Министерства внутренних дел, Комитета государственной безопасности и Министерства юстиции от01.10.2008 № 59/4/283/49/52, при определенных условиях предусматривает, в частности, право судов предоставлять сведения об уголовном деле после вступления приговора в законную силу, что, соответственно, не исключало предоставление сведений, содержащихся в самом приговоре. Назвать данное Положение инструментом доступа к текстам судебных постановлений, разумеется, нельзя, т.к. оно содержит ограничения по субъекту запроса, виду и объему предоставляемого судебного постановления, а сам доступ к судебному постановлению в конечном счете зависит от суда.

Защита личной и семейной жизни

2.9. Необходимость защиты личной и семейной жизни, а равно персональных данных также может быть использована для редактирования текста судебного постановления или исключения его из категории общедоступной информации. Так, ст. 28 Конституции предусматривает право на защиту от незаконного вмешательства в личную жизнь, в том числе от посягательства на тайну корреспонденции, телефонных и иных сообщений, на честь и достоинство. Тут следует отметить, что в отличие от ст. 17 Пакта, Конституция не указывает на запрет произвольного вмешательства, что впрочем, не помешает вывести данное требование из иных конституционных норм. Закон об информации, в свою очередь, предусматривает письменное согласие физического лица, как основание для сбора, обработки, хранения информации о частной жизни физического лица и персональных данных, а также пользования ими, если иное не установлено законодательными актами Республики Беларусь(ст. 18).

2.10. Соответственно, абсолютный запрет указывать персональные данные и сведения о личной жизни гражданина в общедоступном судебном постановлении в законодательстве отсутствует. При этом, при выборе законодательного акта для цели урегулирования использования персональных данных и сведений о личной жизни, следует остановиться на законе, как на это указывает ст.ст. 23 и 28 Конституции РБ. Следует отметить, что фигурирование в судебном процессе большинства аспектов личной и семейной жизни, согласно отечественным законам о судопроизводстве позволяет закрыть судебное разбирательство и тем самым ограничиться лишь провозглашением резолютивной части судебного постановления.

2.11. Подобный подход Парламента к регулированию публичности судебного постановления достоин порицания. Во-первых, это не согласуется со ст. 8 Конституции установившей приоритет общепризнанных принципов международного права (см.комментарий к ст. 14(1) Пакта). Во-вторых, нормы процессуального законодательства о правилах закрытия судебного разбирательства не отражают в полной мере соблюдение законодателем ст. 23 Конституции, предусматривающей, что ограничение прав и свобод допускается лишь в интересах национальной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц. В-третьих, правила закрытия судебного разбирательства и, как следствие, судебного постановления, предусмотренные белорусским законодательством о судопроизводстве, нарушают баланс общества (публики и СМИ) и личности (участника судебного процесса или упоминаемого материалах дела), т.к. публичность судебного разбирательства и судебного постановления в большинстве случаев ставится в зависимость от воли сторон в процессе и суда.

2.12. Помимо норм Конституции, УПК, ГПК и ПИКоАП, до недавнего времени суды могли ограничить доступ к судебному постановлению и на основании Приказа Государственного комитета по архивам и делопроизводству РБ от 3 июля 1996 г. №21 «Об утверждении Инструкции о режиме доступа к документам, содержащим информацию, относящуюся к тайне личной жизни граждан». К тайне личной жизни граждан Инструкция позволяла отнести сведения, использование которых без согласия заинтересованных лиц могло нанести ущерб моральным и имущественным интересам граждан. Суды применяли данную Инструкцию даже после прекращения в 2008 г. действия Закона РБ «Об информатизации», на основании ст. 19 которого она была принята. Ныне действующее Постановление Министерства юстиции от 24.05.2012 №132 «Об утверждении Инструкции о порядке доступа к архивным документам, содержащим сведения, относящиеся к личной тайне граждан, и о признании утратившим силу приказа Комитета по архивам и делопроизводству Республики Беларусь от 3 июля 1996 г. №21» не раскрывает содержание личной тайны граждан, что также позволяет существенно ограничить доступ к судебному постановлению путем расширительного толкования содержания тайны личной жизни гражданина.

2.13. Таким образом, обзор правового регулирования публичности судебных постановлений в Беларуси позволяет утверждать о достаточном формальном отношении законодателя к обеспечению права общественности на доступ к судебным постановлениям. Во-первых, в законодательстве акцент ставится на публичности судебного постановления в виде его провозглашения по окончания судебного разбирательства. Во-вторых, в отличие от ст. 14(1) Пакта, публичность судебного постановления согласно процессуальному законодательству зависит от характера судебного разбирательства. В-третьих, предоставляя процессуальным сторонам и суду обширные дискреционные полномочия по закрытию судебного разбирательства, законодатель низводит роль общественности до «праздных гуляк» и «любопытных Варвар», непонятно почему решающих тратить свое время на присутствие в судебном разбирательстве и изучение судебных постановлений.

Правовые основы  доступа к судебным постановлениям в Российской Федерации

2.14. Как я ранее уже указывал Концепция совершенствования законодательства Республики Беларусь ориентирует законодателя на сближение, прежде всего, с законодательством Российской Федерации. И практически все государственные органы, уполномоченные на нормотворчество, исправно демонстрируют приверженность курсу на сближение с российским правом. К сожалению, сближение это выборочное и, в большинстве случаев не затрагивает лучших примеров российского правового регулирования общественных отношений, связанных с правами человека. Так, в отличие от РФ, Беларусь не стала развивать специальное законодательство о свободе информации (законы о доступе к информации), защите персональных данных (закон о персональных данных и присоединение к Конвенции о защите частных лиц в контексте автоматизированной обработки личных).

Хрестоматийным примером такой выборочной гармонизации является Постановление Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 20.12.2013 г. № 11 «Об обеспечении гласности при осуществлении правосудия и о распространении информации о деятельности судов» (далее – Постановление №11). Очевидно, что структура и ряд положений Постановления № 11, были скопированы с Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2012 г. № 35 «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов». Но по старой доброй белорусской традиции отечественный государственный орган не пожелал заимствовать у Верховного суда РФ лучшие правовые положения и удачные приемы юридической техники.

2.15.Возвращаясь к вопросу правового регулирования доступа к текстам судебных постановлений в Российской Федерации, следует рассмотреть, прежде всего, Федеральный Закон от 22 декабря 2008 года N 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», согласно которому доступ к информации о деятельности судов обеспечивается, в частности, следующими способами:1) присутствие граждан (физических лиц), в том числе представителей организаций (юридических лиц), общественных объединений, органов государственной власти и органов местного самоуправления в открытом судебном заседании; 2) обнародование (опубликование) информации о деятельности судов вСМИ; 3) размещение информации о деятельности судов в информационно-телекоммуникационной сети Интернет; 4) предоставление пользователям информацией по их запросу информации о деятельности судов.

(i) К информации о деятельности судов, размещаемой в сети Интернет, в частности относится информация, связанная с рассмотрением дел в суде: 1) сведения о находящихся в суде делах(регистрационные номера дел, их наименования или предмет спора, информация о прохождении дел в суде, а также сведения о вынесении судебных актов по результатам рассмотрения дел (назначено к слушанию с указанием даты, времени и места проведения судебного заседания, рассмотрено, отложено, приостановлено, прекращено, заключено мировое соглашение, заявление оставлено без рассмотрения, иное с учетом особенностей соответствующего судопроизводства)); 2) тексты судебных актов, размещаемые с учетом требований, предусмотренных статьей 15 Федерального закона, сведения об их обжаловании и о результатах такого обжалования, а при опубликовании судебных актов – сведения об источниках их опубликования (ст. 14 ФЗ).

(ii) Федеральный закон №-262-ФЗ (ст. 15) содержит также требования к размещению текстов судебных постановлений в зависимости от их вида, вступления в законную силу, содержания (наличие сведений об охраняемой законом тайне) и устанавливает условия их редактирования. Так, в целях обеспечения безопасности участников судебного процесса из судебных актов исключаются персональные данные, кроме фамилий и инициалов истца, ответчика, третьего лица, гражданского истца, гражданского ответчика, осужденного, оправданного, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, секретаря судебного заседания, рассматривавших (рассматривавшего) дело судей (судьи), а также прокурора, адвоката и представителя, если они участвовали в судебном разбирательстве.Вместо исключенных персональных данных используются инициалы, псевдонимы или другие обозначения, не позволяющие идентифицировать участников судебного процесса.

(iii) Также закреплен закрытый перечень судебных постановлений, в принципе не подлежащих размещению на вебсайте суда. Это постановления, вынесенные по делам: 1) затрагивающим безопасность государства; 2) возникающим из семейно-правовых отношений, в том числе по делам об усыновлении (удочерении) ребенка, другим делам, затрагивающим права и законные интересы несовершеннолетних; 3) о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности; 4) об ограничении дееспособности гражданина или о признании его недееспособным; 5) о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар и принудительном психиатрическом освидетельствовании; 6) о внесении исправлений или изменений в запись актов гражданского состояния; 7) об установлении фактов, имеющих юридическое значение, рассматриваемых судами общей юрисдикции;  8) разрешаемым в порядке приказного производства.

(iv) Во исполнение ФЗ № 262-ФЗ был принят Регламент размещения информации о деятельности судов общей юрисдикции, органов судейского сообщества, системы Судебного департамента в сети «Интернет» (утв. Приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 20 апреля 2009 г. № 71), который определил требования к порядку создания (обновления), подготовки и размещения в информационно-телекоммуникационной сети Интернет информации о деятельности судов общей юрисдикции, органов судейского сообщества, Судебного департамента и управлений (отделов) Судебного департамента в субъектах РФ. Регламент в основном посвящен техническим сторонам размещения информации и срокам исполнения. В свою очередь Президиум Совета Судей РФ (Постановление от 27.01.2011 г. № 253) утвердил Регламент организации размещения сведений о находящихся в суде делах и текстов судебных актов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте суда общей юрисдикции. Данный Регламент посвящен уже уточнению основных правил отбора и размещения текстов судебных актов на сайте суда, позволяющих принять решение о необходимости и целесообразности размещения на официальном сайте суда соответствующей информации, т.е. можно говорить о некотором истолковании норм ФЗ № 262-ФЗ. На имплементацию данногоз акона также направлены Порядок организации доступа к информации о деятельности Верховного Суда РФ (утв. Приказом Председателя Верховного Суда РФ от 18 июня 2010 г. № 10-П) и Положение по созданию и сопровождению официальных интернет-сайтов судов общей юрисдикции РФ (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 24.11.2004).

(v) Ситуация с исполнением законодательства о доступе к информации о деятельности судов находится под постоянным контролем судейского сообщества. Так, в Постановлении Совета судей Российской Федерации от 4 декабря 2014 года № 341 отмечалось, что согласно проведенному Судебным департаментом анализу в течение 2013 г. и первого полугодия 2014 г. размещены судебные акты на официальных сайтах судов: по гражданским делам – 82% от общего количества судебных актов, подлежащих размещению; по делам об административных правонарушениях – 75% от общего количества судебных актов, подлежащих размещению; по уголовным делам – 93% от общего количества приговоров, подлежащих  размещению; 73% (за исключением приговоров) – от общего количества судебных актов, подлежащих размещению.

Основными причинами нарушений порядка размещения текстов судебных актов были названы: нехватка штатных единиц в аппаратах судов, мировых судей; высокая служебная нагрузка работников аппаратов; большая текучесть кадров; отсутствие специалистов по информатизации;различное толкование положений ФЗ № 262-ФЗправоприменителями; проблемы технического характера, связанные с использованием подсистем ГАС «Правосудие»; недостаточное финансирование судебных участков мировых судей субъектов РФ для приобретения необходимого программного обеспечения, компьютерной техники и прочего.

2.16. Подводя итог краткому обзору правового регулирования доступа к текстам судебных постановлений в Российской Федерации можно отметить, что достижение подобной транспарентности судов хотя и трудоемко, но реализуемо.

Заключение

1. Рассмотрев процессуальное законодательство Беларуси, можно отметить, что по общему правилу публичность судебного постановления зависит от характера судебного заседания (открытое или закрытое), при этом объем судебного постановления, провозглашаемого в результате открытого разбирательства может быть сокращен по воле сторон или суда, без учета мнения общественности.

2. Данные особенности отечественного процессуального законодательства не соответствуют ст. 14(1) Пакта, который хотя и предусматривает случаи исключения публичности судебного постановления, тем не менее, ограничивает их семейной сферой, а в отношении решений, вынесенных в результате закрытого судебного заседания по иным делам, не позволяет ограничивать их публичность на основании одного лишь факта закрытого заседания.

3. Поправки в Закон об информации, информатизации и защите информации ставят доступ общественности к судебным постановлениям в зависимость от законодательства и законодательства о судопроизводстве в частности. Соответственно, учитывая отсутствие в законодательстве о свободе информации норм о доступе общественности к текстам судебных постановлений, публичность судебных решений ограничивается их провозглашением в том или ином объеме.

4. Выбранная Россией модель доступности полнотекстовых судебных решений посредством вебсайтов всех судов может быть рассмотрена отечественными законодателями, как при разработке закона о доступе к информации о деятельности судов, так и при проектировании непосредственной базы данных судебных решений.Учитывая, что в России реформа доступа к текстам судебных постановлений началась достаточно давно и уже накоплен, как отрицательный, так и положительный опыт, Беларуси следует внимательнее его изучить для экономии бюджетных средств и времени.

Продолжение следует