Вежливая внешняя политика

? По аналогии с событиями 2008 года, когда Россия настойчиво призывала своих партнеров по СНГ признать независимость Абхазии и Южной Осетии, логично предположить, что сейчас то же самое происходит и в отношении Крыма. Какими в этом плане являются ситуация на данный момент и перспективы?

Андрей Федоров. До последнего времени никакой официальной информации на сей счет не поступало, так что делать выводы можно было лишь на основании публичных высказываний высокопоставленных лиц. При этом и Александр Лукашенко, и Владимир Макей однозначно подтверждали приверженность нашей страны территориальной целостности Украины. Практически такую же точку зрения выражал и Нурсултан Назарбаев.

Однако на днях появились заявления министерств иностранных дел Беларуси и Казахстана, в которых эта позиция подверглась некоторой ревизии.

Более конкретно выступила Астана. В сообщении оттуда было сказано, что в Казахстане воспринимают прошедший в Крыму референдум как свободное волеизъявление его населения и «с пониманием относятся к решению Российской Федерации в сложившихся условиях». Безусловно, форма не проста, но при вдумчивом чтении нельзя не прийти к заключению, что казахи признали-таки возникшие реалии.

Что же касается документа белорусского внешнеполитического ведомства, то он наверняка привел бы восторг самого незабвенного Шарля Мориса де Талейрана, считавшего, что язык нужен дипломату для того, чтобы скрывать свои мысли.

Впрочем, в отношении неких неназванных «внешних сил»,пытающихся играть на возникавших между тремя братскими славянскими государствами противоречиях и использовать их в своекорыстных целях, все более или менее ясно. Несколько смущает,правда, слово «неоднократно», ибо оно позволяет допустить, будто упомянутые противоречия не являются чем-то необычным.

А вот из утверждения, что Беларусь не может быть безучастной к событиям в Украине, крымскому референдуму и принятому по его итогам решению о вхождении Крыма в состав России, понять, на чьей все-таки стороне находится официальный Минск, едва ли возможно.

В свете этого возникают серьезные подозрения, что Кремль, тень которого явственно просматривается за появлением данного шедевра дипломатического творчества, не испытает чувства глубокого удовлетворения.

Между тем, в отличие от ситуации пятилетней давности, на сей раз положение Москвы гораздо сложнее, и поддержка ей необходима не только от Венесуэлы и Науру. А поскольку возможности для убеждения несговорчивого союзника у нее теперь намного расширились, то можно ожидать в недалеком будущем появления нового послания белорусского МИДа, в котором точки над і будут расставлены уже вполне определенно...