Деньги любой ценой

Белорусские фискальные органы все больше и больше превращаются из средства регулирования экономики в некий репрессивный аппарат. В некую абсолютную спецслужбу, не связанную ни процессуальными, ни конституционными нормами. Они подменяют собой, в том числе и следственные органы и даже суд.

Такой неутешительный вывод позволяет сделать анализ практики применения Указа № 488 «О некоторых мерах по предупреждению незаконной минимизации сумм налоговых обязательств», вступивший в силу 1 января 2013 года. Документ формально направлен на борьбу с лжепредпринимательскими структурами, но реальные проблемы он создает вполне добросовестным субъектам хозяйствования.

Нормативный акт, например, предусматривает создание реестра субъектов хозяйствования с повышенным риском. Внесение сведений в него осуществляется в административном, то есть во внесудебном порядке. И это создаст большие сложности для деловых людей. На субъекты хозяйствования возлагается обязанность проводить предварительную проверку своих партнеров по сделкам. Мало того что это чрезвычайно неудобно и обременительно, так еще и сделки с субъектами хозяйствования, внесенными в реестр, повлекут негативные налоговые последствия.

Более того, указ вступил в силу 1 января 2013 г., но его нормы применяются к правоотношениям, возникшим задолго до этого срока, то есть фактически задним числом, что противоречит Конституции Беларуси и знаменитой Директиве № 4.

Указ фактически предоставляет право контролирующим органам во внесудебном порядке признавать сделки недействительными, поэтому речь идет о привлечении к ответственности, причем без решения суда и на основании одних только подозрений. Фискалы, правда, утверждают, что они не устанавливают факт недействительности сделки, однако на практике налоговым органом применяются правовые последствия недействительности сделки. 

Очень часто бывает так, что проверяющими без всякого на то основания принимаются как достоверные утверждения директора фирмы «А» (однодневки) об отсутствии договорных отношений с фирмой «В» и его неучастии в работе фирмы «А».

Например, одна из историй, прочитанных автором этих строк в акте проверки, звучала примерно так. Некая барышня познакомилась с мужчиной, он предложил ей выступить учредителем и директором фирмы, она согласилась и передала ему печать. Больше она своего знакомого не видела, документов не подписывала и сделок не совершала. Одним словом, я не я и подпись не моя.

То, что барышня как минимум должна быть привлечена за халатность, видно невооруженным глазом. Однако вопрос о том, почему ее не привлекли, оставим на совести контролеров. Спросим лучше: почему этим свидетельским показаниям придают доказательную силу и на их основании применяют некие правовые последствия?

Например, установить подлинность подписи может только эксперт в рамках соответствующего дела. Заключения экспертизы же о достоверности подписи горе-директрисы представлено не было.

Согласно п. 1.1 Указа президента Республики Беларусь от 15.03.2011 г. № 114 «О некоторых вопросах применения первичных учетных документов» установлено, что каждая хозяйственная операция подлежит оформлению первичным учетным документом. Исходя из норм Указа № 114 для проверяющего доказательствами должны являться первичные документы, а не свидетельские показания.

Свидетельские показания могут быть признанными доказательствами только в суде. Таким образом, контролеры основывают свои действия на недопустимых и недостоверных доказательствах.

Порядок признания сделки недействительной и правовые последствия такового признания установлен Гражданским кодексом Республики Беларусь. Не будем вдаваться в юридические тонкости, отметим только, что признать сделку недействительной  (оспоримой или ничтожной) может только суд. Белорусские же контролеры, повторюсь, обходятся без всяких судебных тяжб.

Понятное дело, что отечественными фискалами движет желание наполнить бюджет любой ценой. Но для наполнения бюджета намного эффективнее прибегнуть к другим средствам. Прежде всего, установить простые и понятные правила игры, а также посильные ставки налогов. Кроме того, бороться и привлекать к ответственности следует организаторов пресловутых «однодневок», а не их клиентов.

Но, вероятно, белорусским налоговикам кажется более эффективным вначале списать деньги со счетов лжепредпринимательских структур, а потом предъявить претензии их клиентам и получить деньги второй раз.

Только вот такая погоня за единовременной выгодой разрушает деловую среду Беларуси.