Провинция как индикатор состояния страны

Именно там, а не в столице, обычно, в первую очередь становятся заметны упадок и деградация, если страна вступает в такую фазу. И с прискорбием следует отметить, что со времени выхода первого материала, посвященного провинции, ситуация только ухудшилась. Впрочем, деградация и упадок стали подбираться и к столице, но мы все же будем пока говорить о провинции. Для начала – несколько характерных примеров.

Все чаще в провинции задерживают зарплаты, причем задерживают иногда надолго. В редакцию TUT.BY обратился житель Дзержинска по имени Виктор. Он работает на местном опытно-механическом заводе, но уже который месяц вынужден жить на «декретные» жены. На заводе зарплату перестали платить еще в мае, но отпускать работника почему-то не хотят. На витебском ОАО «КИМ», некогда флагмане легкой промышленности, не выплачена заработная плата еще за апрель месяц, – сообщил на горячую линию TUT.BY один из работников предприятия Игорь. Своим сотрудникам руководство завода объясняет ситуацию сложным финансовым положением: склады загружены, продукция плохо идет на сбыт. Таким образом, общие экономические трудности предприятия стали частной проблемой каждого из тысячи работников «КИМа». На Витебщине несколько сельхозпредприятий выдавали мясную продукцию вместо наличных, а в некоторых СПК задерживали зарплату. У семи из десяти предприятий в Чашникском районе есть задолженность перед работниками. Сельчанка Мария Петроченко уже привыкла к тому, что в хозяйстве «Кащинское» зарплату выдают с опозданием. Но когда вместо денег начали расплачиваться колбасой и тушенкой, женщина забила тревогу, сообщило СТВ. В сельхозорганизации ЧСУП «АСБ Новатор» Бешенковичского района проблемы с реализацией продукции. Руководство нашло элегантный выход из ситуации. Часть зарплаты за апрель, рассказали нам сотрудники предприятия, выдали банками с «подозрительной» тушенкой. Люди возмущены. — Эта тушенка перешла все границы, — говорят граждане. – Среди рабочих ходят разговоры, что она не совсем качественная, ее запретили даже в столовой давать, Dengi.onliner.by. Работники частного предприятия «Супермайк» из-за невыплаты заработной платы за июнь устроили стихийную забастовку. Она произошла еще неделю назад, 2 августа, пишет местное издание «Ганцавiцкi час». «Мы уже не знаем, как бороться с несвоевременной выплатой зарплат. У меня это единственный доход в семье. Ребенок заболел, а мне даже не за что купить ему лекарства. Из банка уже звонили несколько раз из-за просрочки платежей по кредитам. К тому же, сейчас август – а зарплату за июнь только обещают», – со слезами на глазах рассказала швея «Супермайка». И так далее.

Даже руководство некоторых регионов вынуждено было обратить внимание на эту проблему. «Среди регионов Беларуси у Минской области по итогам первого полугодия оказались самые худшие результаты по своевременности выплаты заработной платы. Особое внимание на это должны обратить председатели райисполкомов и руководители областных служб», – заявил Батура на выездном заседании облисполкома. По его данным, в целом по Минской области с начала текущего года общая сумма несвоевременно выплаченной зарплаты (после 25-го числа следующего после отработанного месяца) составила Br 42 млрд. «Заработная плата должна быть выплачена вовремя. Контролировать это можно очень легко с помощью банков. Мы больше не должны возвращаться к этому вопросу», – цитирует БЕЛТА губернатора.

Впрочем, даже когда зарплату выплачивают вовремя это не всегда в радость, хотя иногда ситуации выглядят анекдотически. Сельский сторож пожаловался на зарплату в 600 тысяч. После проверки оказалось, что она завышена, сообщил 1 июля 2013FINANCE.TUT.BY. Однако реальным людям от таких «анекдотических» зарплат не смешно. Хотя этот случай, понятно, исключительный. Но и в неисключительных случаях ситуация ненамного лучше. Молодые специалисты, закончившие белорусские вузы, приступили к отработке по распределению. На первых порах большинству из них тяжело: низкие зарплаты, проблемы с жильем, депрессия от окружающей действительности, к примеру, пишет, «Белорусский партизан». Заработная плата – 1120 000 белорусских рублей. Жилье – страшная комната в полузаброшенном общежитии, от которой мы с женой сразу отказались, но после того как попытки найти съемную квартиру не увенчались успехом, пришлось там все же остановиться, жалуется молодой врач. Понятно, что надолго молодые специалисты в провинции не задерживаются, даже распределение не все отбывают. И в результате получаем ситуацию о которой пишет «Комсомольская правда в Беларуси» из Пинского района. Единственный врач работает в описываемой больнице 26 лет. Сейчас ей 73 года. «Мы с мужем приехали вдвоем. Он был главным врачом, а я простым. Все делали – и роды принимали, все было, – продолжает, поправляя прическу она. – Даже новое здание больницы строили. Потом… Муж у меня умер. На его место периодически сюда молодые врачи приезжали. Но все недолго были. Только один врач проработал тут 9 лет. Но все равно уехал. И вот после смерти мужа я оставалась единственным врачом. С прошлого года одна работаю на 1350 человек. Одна я врач и на два отделения в больнице, и на 20 деревень».  И это не только в провинциальной медицине так. В дошкольных учреждениях, школах, на многих предприятиях уровень зарплат совсем не выше, а кое-где даже и ниже.

Соответственно народ из провинции разбегается с ускорением. Уровень белорусской медицины скатывается до времен Средневековья. Даже удалить зуб становится проблемой.Так, на Витебщине люди атакуют письмами районки с простым вопросом: «Когда появится хирург-стоматолог?» Причем, речь идет не о какой-то маленькой поселковой больнице. Центральная районная больница Россонского района не имеет хирурга-стоматолога, писала «Народная Воля». Бегут из провинции, понятно, не только врачи, бегут все, кто в состоянии это сделать. Вот, к примеру, красочное описание одного из авторов, которое поместили «Свободные новости плюс»: «На моей улице из всех сверстников остался только один. Потому что у нас проходит железная дорога, а он железнодорожник с высшим образованием. Все остальные разъехались. А старики-родители остались. Постепенно они вымерли. Остались дома, которые дети пытаются продать. Вроде бы место соблазнительное, из нашего поселка можно доехать без пересадки до Адлера – если на юг, или до Калининграда, Таллинна, Риги и Питера – если на север. Не говоря о Гомеле, до которого минут пятьдесят езды на дизель-поезде. И все равно половина домов на улице стоят пустые и непроданные. Народ бы и рад купить, но где в поселке найти работу? Нет ее. С десяток предприятий, так сказать, районного масштаба давно стоят мертвые. И ничего за двадцать лет не изменилось. Стало только хуже. Выхода осталось всего два: или быстро-быстро спиться, или уехать. Куда – это уже не важно».

Пытаясь спасти ситуацию, провинциальная власть все чаще прибегает к использованию бесплатного, добровольно-принудительного труда тех, кто еще не успел сбежать. Очередное изобретение белорусских властей – принудительные работы на фермах. На этой неделе всем организациям Ушач пришло распоряжение из райисполкома: они должны выделять людей для работы на фермах. Автор «изобретения» – зампред местного райисполкома Виктор Родич. «Даже не спросив согласия, нас закрепили за животноводческими фермами и заставляют каждый день отправлять своих людей в хозяйства и наводить порядок, – возмущается директор одного из предприятий. – Мы уже отработали там несколько дней, но сейчас пришла телефонограмма, что 10-15 человек должны приехать еще и в выходные. У меня язык не поворачивается сказать об этом своим сотрудникам, которые и так всю неделю на износ работают. Людям нужно дать отдохнуть», сообщает TUT.by. Родители учеников средней школы деревни Деревная Слонимского района возмущены, что их детей вместо занятий посылают перебирать гнилой картофель и сажать лес. Администрация школы заявляет, что сельхозработы – часть учебного процесса, пишет «Белорусский партизан». Еще одна история о безумии белорусской экономики. В Климовическом районе Беларуси учителя вынуждены собирать макулатуру, металлолом, пластиковые бутылки, чтобы выполнить государственный план по сдаче вторсырья, передает «Радыё Свабода».

А в промежутках – якобы субботники «агрогородского», «районного», «областного» ну и республиканского уровня. Однако, на деле все это только усугубляет ситуацию в провинции. Чем так мучиться, не лучше ли уехать в большой город, работать меньше, получать в разы больше и отдыхать 8-9 дней в месяц, а не 4-5, думает большинство тех, кто еще способен думать. Или же махнуть на заработки в Россию? Два-три месяца там поработал – а потом остаток года можно посылать местную вертикаль, с ее крепостническими «закидонами»?

Обращают внимание на эту ситуацию и эксперты. Происходит обеднение как в плане человеческих ресурсов, так и в аспекте материальных. Столица вытягивает из регионов наиболее перспективные, наиболее здоровые, наиболее подготовленные кадры. В ряде районов, где просто нет никакого производства, например, Ганцевичском, Шарковщинском, безработица зашкаливает. Люди едут либо в Россию на заработки, либо в Минск. Оставшиеся стремительно маргинализуются. Впору уже не села возрождать, а браться за райцентры и поселки, пишет «ЕвроБеларусь».

Но это еще не все, как говорят, «пришла беда – отворяй ворота». Серьезный удар по уровню жизни в провинции нанесет и практически поголовное уничтожение свиней в домашних хозяйствах. Индивидуальное свиноводство позволяло хоть частично компенсировать низкие зарплаты провинциальных предприятий, колхозов, лесхозов, школ и т.д. Теперь люди там остаются фактически без «шкварки»: своих свиней уже не будет, а на провинциальные зарплаты много мяса не купишь.

К тому же, возможно, началась и дезинтеграция системы управления: местные «вертикали» стали превращаться в кланы, более или менее независимые от центральной власти. Во всяком случае, на признаки этого явления обратил внимание человек, интересы которого данный процесс касается больше всего – А. Лукашенко. «Я замечаю, что у нас образуется маленькая круговая порука на уровне района, города, области», - заявил Лукашенко на совещании по вопросу эффективности борьбы с коррупцией и с экономическими преступлениями. «В итоге милиция, налоговые органы, местная власть варятся в собственном соку, решая лишь узковедомственные задачи, а в организациях и учреждениях годами сохраняется обстановка, благоприятная для совершения правонарушений…», пишет АФН.

Впрочем, здесь-то центральная власть постарается ситуацию переломить, на это сил у нее вроде бы пока хватает. А вот с другими негативными тенденциями просвета пока не видно. Во всяком случае, индикатор «провинция» о том сигнализирует.