Негосударственный сектор в системе высшего образования Беларуси и Украины

Негосударственный сектор в системе высшего образования Беларуси и УкраиныДевяностые годы связаны с появлением в постсоветских системах высшего образования принципиально нового феномена – негосударственного сектора образовательных услуг. Его возникновение обусловлено рядом причин. Прежде всего, это было связано с тем, что сложившаяся в постсоветских странах структура государственного образования в условиях кризиса плановой экономики привела к перенасыщению рынка труда специалистами с высшим техническим образованием.[1] Бурные политические события начала 90-х гг., развитие рыночных отношений и национальное возрождение требовали тех знаний и компетенций, которые табуировались в советской системе высшего образования. При этом государственная система высшего образования обладала достаточно высокой степенью инерции и недостаточным финансированием, чтобы удовлетворить спрос на новые знания, умения и навыки. С другой стороны, в силу демократизации появилось пространство свободы для проявления индивидуальной инициативы, более гибкой и чувствительной к конъюнктуре рынка труда и спроса на образовательные услуги. Это была естественная и наиболее оптимальная форма компенсации появившегося дефицита образовательных услуг. В формировании негосударственного сектора высшего образования можно выделить несколько этапов, которые, несмотря на все различия систем высшего образования Беларуси и Украины, отражают общую логику его институционального развития.

Первый из них приходится на 1990-1994 гг., когда негосударственный сектор высшего образования переживал бурный рост. В Беларуси за этот период было открыто 30 частных вузов.[2] В Украине к концу 1994-началу 1995 года  более 500 организаций позиционировали себя высшими учебными заведениями на рынке образовательных услуг.[3] Впечатляющий количественный рост, помимо названных причин, был обусловлен ещё и тем, что имеющаяся на тот период правовая база содержала разрешительные нормы и практически не содержала запретительных. Это позволило развиваться частному сектору стихийно и достаточно автономно. Примечательно, что в официальной статистике Министерства образования Республики Беларусь негосударственный сектор высшего образования появился лишь с 1994-1995 учебного года, причем, в ней фигурировали 17 из 30 частных вузов.[4] В Украине на 1 июля 1995 года лицензии Министерства образования получили 84 вуза, около 90 подали заявки на лицензирование и более 300 вузов предоставляли образовательные услуги,  по сути, нелегальным образом.[5]Несмотря на относительно небольшой удельный вес студентов, это был серьёзный институциональный вызов для государственной системы высшего образования.[6]

Второй этап (с 1995 по 1998 годы) стал переломным для негосударственных вузов в связи с появлением запретительных норм и форм контроля в виде процедуры государственной аккредитации частных вузов.[7] Это уже был серьёзный вызов для частных вузов. Учитывая их лавинообразный рост, меры регуляции и контроля были неизбежны. Однако вопрос о формах этого контроля оставался открытым. По сути, появление необходимости аккредитации частных вузов впервые поставило на повестку дня проблему обновления стандартов и критериев качества образования. Решение этой проблемы имело двоякий эффект. С одной стороны, специфика частных вузов вынуждала государство корректировать критерии и стандарты высшего образования, делая тем самым шаг в направлении развития более разнообразного рынка образовательных услуг, расширяющего горизонты понимания роли и значения высшего образования в целом. С другой стороны, государственная система высшего образования стремилась восстановить свой status quo, используя административный ресурс в борьбе с негосударственным сектором. В этот период процедура аккредитации была сориентирована исключительно на негосударственные вузы, что вкупе с волюнтаристским принятием решений имело непрозрачный, а порой и дискриминационный характер. При этом в основу процедур аккредитации были положены стандарты государственных (т.е. советских) университетов, по отношению к которым частные вузы составляли, скорее, исключения из правил. В результате процесс аккредитации одновременно означал огосударствление частных вузов. В свою очередь, государственные вузы осваивали утвердившуюся благодаря частным вузам практику платных образовательных услуг. Особенно ярко это проявилось в случае с Украиной, где уже в 1994 году прием на бюджетные места в государственных вузах был сокращен на 50%.[8] Именно поэтому в Украине закрытие частных вузов имело более массовый характер, чем в Беларуси, которая более последовательно на этом этапе исполняла зафиксированное в Конституции обязательство бесплатного образования. В целом этот период можно назвать периодом баланса сил, содержащих в себе потенциал для продуктивного обновления системы высшего образования в целом.

Этап, охватывающий период с 1999 по 2004 гг., является определяющим для частных вузов в плане утверждения их права на существование, легализации отношений между государственным и негосударственным сектором высшего образования и утверждения направления реформирования системы высшего образования в целом. На протяжении большей части этого периода в Украине и Беларуси в частном образовании протекают схожие процессы: укрепляется материально-техническая база, определяются лидеры и аутсайдеры, зарождаются первые научные школы, появляются первые профессиональные издания и прочее.

В Украине этот период развития частного сектора высшего образования завершился легализацией многоукладности высшей школы. Законом «О высшем образовании»[9] утверждались высшие учебные заведения четырех форм собственности: государственной; собственности АР Крым; коммунальной и частной. Разнообразие источников финансирования и демократизация форм управления способствовали развитию академических свобод и университетской автономии. Так, закон “О высшем образовании” ввел в действие процедуру избрания руководителей высших учебных заведений через открытый конкурс, что способствовало развитию навыков академического самоуправления. В 1999 году по инициативе ведущих высших учебных заведений негосударственной формы собственности была создана Конфедерация негосударственных высших учебных заведений Украины, насчитывающая к 2004-05 учебному году 28 членов почти из всех регионов Украины.

В Беларуси частные вузы на первых порах выполняли роль экспериментальных моделей, апробирующих направления, формы и методы реформирования высшей школы. Так, институт «Энвила», основанный в 1994 г. и видящий свою миссию в возрождении элитарного женского образования, стал первым прецедентом гендерного подхода в образовании на постсоветском пространстве. ЕГУ стал инициатором и катализатором процесса вестернизации высшего образования (Болонская модель). Однако с 2001г. – после президентских выборов, обнаруживших оппозиционность значительной части академического сообщества – действующая власть усматривает в университете политического субъекта. Соответственно, реформа высшего образования в направлении легитимации Болонского процесса понимается как усиление западного политического влияния. Политизация высшей школы достигает качественно нового уровня в 2003/4 учебном году, который завершился прекращением эксперимента по переходу на двухступенчатую модель, закрытием ЕГУ и приостановлением принятия закона «О высшем образовании», одобренного в первом чтении Палатой представителей Национального собрания Беларуси 29 июня 2004 г. На этот же период приходится существенное сокращение численности негосударственных вузов Беларуси[10] при небольшом увеличении количества студентов.[11] Это поставило точку в вопросе о перспективах создания конкурентной среды на рынке образовательных услуг и утвердило безусловное доминирование государственных вузов. Одновременно существенно возросла коммерциализация государственного сектора высшего образования: количество студентов, обучающихся на платной основе в государственных вузах, к 2004-2005 учебном году  достигло 71,23% от общего количества «платников».[12]

Наконец, период с 2005 по сегодняшний день – это время борьбы на выживание в ситуации резкого сокращения количества абитуриентов и объёма финансирования. Эта ситуация вновь поставила на повестку дня вопрос о равных условиях существования государственных и негосударственных вузов не только de jure, но и de facto. Однако сама его постановка в Беларуси и Украине осуществляется по-разному. В Украине благодаря более развитым институтам самоуправления и связям с общественностью, он артикулируется эксплицитно на самом высоком политическом уровне, что позволяет говорить о частных вузах как о полноценных субъектах отношений на рынке образовательных услуг.[13] В Беларуси частные вузы суть не столько субъекты отношений, сколько объекты государственных манипуляций, обеспечивающих безраздельное господство коммерциализовавшихся государственных вузов на “рынке” образовательных услуг.[14]

Подводя итоги, отметим, что возникновение и развитие частного сектора высшего образования, прежде всего, стало примером впечатляющей инициативы «снизу», которая открывала, как минимум, три возможности: 1) создания конкурентной среды, способствующей самообновлению системы высшего образования в целом, 2) адаптации к постсоветским (рыночным) условиям и 3) вестернизации высшего образования.

Беларусь и Украина по-разному реализовали эти возможности.

Эффектом интенсивного развития частного сектора высшего образования в Украине стало преодоление государственной монополии в сфере высшего образования, появление многоукладности и диверсификации образовательных программ, созданию разнообразия источников финансирования, усовершенствование и демократизация форм управления. [15] Важнейшим результатом реформирования высшей школы в Украине стало активноеучастие общественности в академической жизни. За время реформ был создан ряд общественных организаций разного уровня, репрезентирующих все три группы академической корпорации: студентов, администрации и преподавателей.[16] Всё это стало основанием для оздоровления и обновления системы высшего образования Украины, что сделало её более адаптивной к рыночным условиям существования.

В Беларуси государство, с одной стороны, не допустило свободной конкуренции на рынке образовательных услуг[17] а, с другой, не смогло удержать имидж бесплатного образования, взяв курс на «конкуренцию с самим собой» и коммерциализацию. Лишив систему высшего образования апробированного мировой практикой ресурса обновления и существенно снизив её адаптацию к рыночным условиям, Министерство образования значительно усложнило решение поставленной на 2011-2915 гг. задачи развития конкурентоспособной высшей школы, отвечающей «современному уровню инновационного развития отраслей экономики и социальной сферы».[18]



[1] К концу 80-х годов удельный вес студентов инженерно-технического профиля в общей численности студентов составлял 44%. Для сравнения вес студентов аналогичного профиля составлял: в США - 12,3%, Великобритании - 14,4%, Франции – 4,6%, Японии – 20,1%. Источник: Галаган А.И. Образование, наука, культура, экономика: взаимозависимость и ответственность перед обществом. // Социально-гуманитарные знания. 2007. №4. C. 158-160.

[2] Томашевская, О. Чьи университеты? // БелГазета. - 2.06.2003. - № 20 [387]. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.belgazeta.by/20030602.20/320022512/.

[3] Астахова В.И. О развитии приватного высшего образования на Украине. // Социологические исследования. 1996. № 6. С. 97–101. Ст. 100.

[4] Наумчик А.А. Деятельность частных вузов: состояние, проблемы и пути повышения качества подготовки специалистов. // Материалы Республиканского Совета Ректоров высших учебных заведений Республики Беларусь. Минск, 2009.

[5] Астахова В.И. О развитии приватного высшего образования на Украине. // Социологические исследования. 1996. № 6. С. 97–101. Ст. 100.

[6] В том же учебном году удельный вес зарегистрированных частных вузов в системе высшего образования Беларуси составлял 30, 36%, а в Украине – 57,5%. Источники: т.ж., т.ж..

[7] Постановление Совета Министров Республики Беларусь «О порядке организации и регулировании деятельности негосударственных учебных заведений» было принято в 1997 году. В Украине аналогичный документ  появился в1996 году.

[8] Астахова В.И. О развитии приватного высшего образования на Украине. // Социологические исследования. 1996. № 6. С. 97–101. Ст. 99.

[9] Принят 17.01.2002 (№ 2984-III).

[10] Их численность упала с 17 в 1997-1998 уч.гг. до 12 в 2004-2005 уч.гг., а их удельный вес снизился с 28,8% до 21,8% от общего количества вузов.  Источник: Наумчик А.А. Деятельность частных вузов: состояние, проблемы и пути повышения качества подготовки специалистов. // Материалы Республиканского Совета Ректоров высших учебных заведений Республики Беларусь. Минск, 2009. С. 11.

[11] С 34,5 тыс. в 1997-1998 уч.гг. до 58,8 тыс. в 2004-2005 уч.гг., соответственно, удельный вес студентов, обучающихся в частных вузах,  вырос с 15,37% до 16,39% от общей численности студентов. Источник: т.ж. 

[12] Параўнальны аналіз развіцця адукацыі ў рэгіенах Рэспублікі Беларусь (па стану на пачатак 2008/09 навучальнага года): статыстычны даведнік //Міністэрства адукацыі Рэспублікі Беларусь. Галоўны інфармацыйна-вылічальны цэнтр. Мінск, 2008. C. 90.

[13] Примечательно в этой связи заявление представителя Президента в парламенте Украины Ю.Мирошниченко о дискриминации частных вузов и необходимости установления  единых правил для всех вузов с целью создания здоровой конкурентной среды. // В Украине нет одинаковых условий для государственных и негосударственных вузов. Режим доступа: http://ru.osvita.ua/vnz/news/24252/

[14] Здесь показательно принятое в 2011г. Министерством образования волюнтаристское решение о сокращении «заочников» до 30-40% от общей численности студентов, подорвавшее и без того шаткое финансовое положение частных вузов. Первый результат этой экономической санкции дал о себе знать уже весной 2012 года: уникальный для постсоветского пространства женский институт «Энвила» заявил о своём закрытии по причине нерентабельности. Как и в случае с изгнанием ЕГУ в 2004 г., это событие не нашло отклика среди других представителей негосударственного сектора высшего образования. // Женский институт «Энвила» закрывается после 18 лет работы. Режим доступа: http://charter97.org/ru/news/2012/5/2/51625/  

[15] По данным Госкомстата, на начало 2011-2012 уч.г. в Украине функционирует 123 лицензированных вуза (III-IV уровня) приватной формы собственности (35,6% от их общей численности), в которых учится около 300 тысяч студентов (15, 4% от их общей численности).

[16] Союз ректоров высших учебных заведений Украины, имеющий свою более развитую региональную ипостась, к 2004 г. объединял ректоров вузов 24 областных центров Украины. Ассоциации профессорско-преподавательского состава изначально формировались по профессиональным направлениям, например: Украинская ассоциация «Кадры для строительства», Ассоциация социальных педагогов и специалистов по социальной  работе, украинские ассоциации преподавателей  права, зарубежной  литературы, экономики и др.  Из всех общественных организаций  Украины молодежные НПО  составляли на 2004 г. лишь 12% и в целом, по разным оценкам, охватывали около 5% молодежи (например, украинский студенческий союз объединял лишь 11 тыс. членов при контингенте студентов около 1,8 млн.).

[17] На 2011-2012 уч.г. в Беларуси функционирует 9 частных вузов (16,6% от их общей численности), в которых учится 57 тыс. студентов (12% от их общей численности).   

[18] Государственная программа развития высшего образования на 2011-2015 годы. (Постановление    Совета министров Республики  Беларусь от 1.07.2011 № 893).