20 уроков «оранжевой революции»

20 уроков «оранжевой революции»

Когда люди поднимаются с колен – это прекрасно.
Виктор Ющенко

Украинская революция вызвала в правящих элитах постсоветских государств состояние, близкое к шоку. Только этим можно объяснить заявление исполнительного секретаря СНГ В. Рушайло от имени наблюдателей Содружества, что есть «сомнения в демократичности и легитимности» президентских выборов в Украине (после «третьего тура»). Причем, это было сказано в Узбекистане, где только что прошли парламентские выборы, признанные этими самыми наблюдателями очень демократическими.

Авторитарным постсоветским режимам есть чего опасаться. Прошло чуть больше года, как прогремела «революция роз» в Грузии. Любопытный факт: в разгар противостояния в Тбилиси формальный глава СНГ Л. Кучма от имени Содружества заявил о полной поддержке Э. Шеварднадзе. И вот теперь пришла очередь Украины. Не случайно лейтмотивом комментариев к украинским событиям стал сакраментальный вопрос: кто следующий?

Безусловно, украинская ситуация сильно отличается от белорусской. В Украине другая экономическая модель, международная ситуация, иной политический строй (с системной оппозицией), существует региональный раскол и т. д. В Грузии и Украине, где победили революции, были, может быть, самые «либеральные» в СНГ авторитарные режимы. И любые параллели и аналогии между политическими процессами в разных государствах можно проводить с достаточной долей условности. Тем не менее, существуют некие общие закономерности функционирования политических систем, правила завоевания власти. Это и побудило сформулировать уроки украинской «оранжевой революции» с учетом белорусских перспектив.

1. Формула победы: завоевание большинства на выборах плюс уличные акции. Попытки победить авторитарный режим только с помощью одной из этих составляющих – маловероятны. Право на власть нужно легитимизировать. Причем, как в глазах населения, так и в глазах номенклатуры. Никаких иных способов легитимизации, кроме выборов, не существует. Это подтверждает и опыт нашей южной соседки. После «кассетного скандала», убийства журналиста Г. Гонгадзе там прошли массовые манифестации в рамках кампании «Украина без Кучмы». Но они так и не смогли пошатнуть правящий режим. Но стоило кандидату объединенной оппозиции получить большинство на выборах и, что очень важно, донести эту информацию до населения, как массовые демонстрации за несколько дней заставили власти признать свое поражение.

2. Народ выйдет на улицу только тогда, когда появится реальная возможность смены власти. Для этого кандидат от оппозиции должен еще перед президентскими выборами иметь рейтинг больший или сопоставимый с рейтингом кандидата от власти. И большинство населения должно об этом узнать.

Одна из многих причин низкой протестной активности в Беларуси после фальсификаций итогов референдума состоит в том, что в ходе голосования речь не шла о реальной смене власти в этот момент. Вне зависимости от результатов референдума Лукашенко все равно оставался президентом еще два года.

3. Важным условием победы революции является потеря доверия населения к власти. Режимы терпят крах тогда, когда в обществе созревает ситуация морального неприятия правящей элиты, ее нравственная изоляция. На языке политологии это называется десакрализацией власти, или, как изящно определил такое состояние Глеб Павловский, «моральный износ политической инфраструктуры». В Грузии накануне «революции роз» президенту Э. Шеварднадзе не доверяли около 75% населения. В Украине в марте 2004 года число недоверяющих правительству и Верховной Раде превышало число доверяющих на 39%, а у президента этот показатель составил 41%. В Беларуси же, согласно ноябрьскому опросу НИСЭПИ, доверяют президенту 47,2%, а не доверяют – 37%.

4. Для победы над властью необходима широкая коалиция самых разнообразных политических сил. Студенты и предприниматели, «западэнцы» и крымские татары, националисты и социалисты составляли социальную базу «оранжевой революции». Иначе говоря, коалиция должна быть гораздо шире, чем традиционный электорат оппозиционных партий. Кстати, в Беларуси есть некоторый опыт создания таких союзов, например, во время президентских выборов 2001 г.

5. Как это ни банально, во главе оппозиционной коалиции должен стоять авторитетный лидер. Причем, как показал опыт Украины (а ранее – Югославии), не обязательно, чтобы он обладал уж очень большой личной харизмой. Главное, чтобы он годился на роль символа перемен.

6. Недостатки лидера могут быть компенсированы ближайшим окружением, вторыми, третьими номерами в оппозиционной иерархии. В грузинской «революции роз» «отвязанность» народного трибуна Михаила Саакашвили компенсировалась умеренностью людей системы: З. Жвания, Н. Бурджанадзе. В Украине наоборот, недостаточную харизматичность и радикализм В. Ющенко удачно дополняла пассианария «оранжевой революции» Юлия Тимошенко. Поэтому с учетом украинского опыта важный совет, который можно дать белорусской оппозиции: «Cherchez la femme» («Ищите женщину»).

7. Украинская оппозиция главной темой избирательной кампании избрала не проблему уровня жизни или внешнеполитической ориентации, а вопрос о качестве власти . И попала в яблочко. Поэтому ни хороший экономический рост в Украине в последние 1-2 года, ни попытки правительства В. Януковича перед выборами осуществлять «раздачу слонов» (повышение пенсий и др.) не дали результата. Может быть, это важная информация к размышлению для белорусской оппозиции.

8. В информационном пространстве Украины полностью доминировали СМИ, агитировавшие за В. Януковича. Из 10 общенациональных телеканалов только один («Пятый телеканал») поддерживал В. Ющенко. Но в какой-то момент эта назойливая игра в одни ворота стала давать обратный эффект. Понятно, что с учетом белорусской ситуации и один телеканал – это оружие огромной убойной силы. Тем не менее, опыт Украины показал, что значительное превосходство на медиарынке еще не гарантия победы.

9. Движению «Наша Украина» удалось добиться (или создать видимость) сопричастности огромного числа людей в избирательном процессе, а затем и в силовом давлении на власть, вовлечь, заразить политикой многих аполитичных обывателей. Массовое и эффективное использование символики, ритуалов и иных средств политической коммуникации помогло создать впечатление, что «наших» больше. Доминирование оранжевого цвета, гимн «Разом нас богато…» и многое другое формировало психологическую атмосферу огромного большинства. Это позволило нейтрализовать преимущество конкурента на медиапространстве, закрутить известную в социологии «спираль молчания» в свою сторону. Поэтому после объявления Верховным судом «третьего тура» выборов мало кто в Украине сомневался относительно фамилии победителя.

В Беларуси же эту технологию успешно использует власть. В ходе прошедшей кампании референдума президентом была монополизирована не только телевизионная пропаганда, но и наглядная агитация на улицах и в учреждениях. Везде плакаты призывали голосовать «За Беларусь». Лозунги «Нет» на стенах были большой редкостью, ибо общенациональной кампании против вопроса референдума оппозиция практически не проводила. Все это создавало впечатление, что Лукашенко имеет подавляющее большинство, хотя на самом деле это было не так.

10. Важнейшая составляющая победы – тотальный контроль за выборами: наблюдение на избирательных участках, параллельный подсчет голосов, «экзит-пол». (Поскольку в Беларуси в ходе последней электоральной кампании в большинстве округов бюллетени просто не считали, остается только «экзит-пол».) Для оппозиции крайне желательно обнародовать свои данные об итогах выборов раньше, чем Центральная избирательная комиссия, выиграть информационную конкуренцию, перетянуть к себе симпатии общества.

11. Фальсификации на выборах вызывают взрыв возмущения лишь при условии, если большинство населения почувствует себя обманутым. Для этого необходим ряд предпосылок: реальная популярность оппозиционного кандидата, доверие к независимым социологическим службам, хорошие информационные коммуникации оппонентов власти со своими сторонниками и др.

В этой связи ноябрьское социологическое исследование НИСЭПИ не подтвердило версию, широко распространенную в белорусской демократической среде, что будто после обнародования официальных результатов референдума большинство народа поняло, что его обманули.

12. Высокая протестная активность граждан оказалась неожиданной для всех: команды Кучмы-Януковича, лидеров движения «Наша Украина» (см. «Белорусский рынок», 2004, № 51), экспертов. Например, в газете «Згода» в мае 2004 года (№ 17) аналитик газеты «Украинская правда» И. Гайванович на вопрос журналиста, возможно ли в Украине повторение грузинского сценария, ответил: «Украинское общество ментально отличается от грузинского. Я сомневаюсь в том, что нам удастся повторить «революцию роз». Сегодня то же говорят о белорусском обществе почти все политики и эксперты.

13. Руководство украинской оппозиции продемонстрировало очень профессиональный политический менеджмент. Белорусские и российские государственные СМИ назвали это «западными политтехнологиями». Поражали порядок и организованность уличных акций (люди четко знали, что делать, когда, куда и зачем нужно двигаться), эстетическая аранжировка митингов, участие звезд поп-культуры, четкая организация жизнедеятельности людей на майдане и т. д.

Для сравнения, в Беларуси 18 октября, на второй день после референдума пришедшие на Октябрьскую площадь протестующие граждане плохо представляли, что делать. Сначала пошли к Администрации президента, затем почему-то к КГБ.

14. Лидеры украинской революции действовали в полном соответствии с установками известного специалиста по революциям В. Ленина, утверждавшего, что для достижения победы революционеры должны обязательно наступать, добиваясь каждый день хоть маленьких успехов. «Оранжевые» шаг за шагом принуждали власти к отступлению: «дожали» Верховную Раду, принявшую решение об отмене официальных результатов голосования во втором туре; парализовали работу правительственных органов; оказывали давление на Верховный суд и т. д.

15. Украинская революция стала классическим образцом «бархатных революций», т. е. ненасильственных. Практически не было силовых столкновений ни между протестующими и органами правопорядка, ни между сторонниками В. Ющенко и В. Януковича. Манифестанты не штурмовали учреждения власти, а мирно блокировали их, спокойно пели, били в барабаны, дарили цветы и апельсины милиции.

Это очень важно, потому что народ всегда боится хаоса, насилия, революций и войн. Все противники «оранжевых» обвиняли их в радикализме, дестабилизации, провоцировании гражданской войны, расколе Украины. И первая же серьезная попытка насилия отвернула бы от оппозиционеров симпатии значительной части обывателей, оправдала бы в глазах общества насильственное подавление акций протеста властями.

16. Недюжинная воля к победе, уверенность в успехе, демонстрируемая лидерами оппозиции, неизбежно передается и обществу. Когда на первом после второго тура выборов заседании Верховной Рады (тогда исход противостояния был еще далеко не ясен) В. Ющенко неожиданно принял присягу президента, многие назвали это авантюрой, фарсом. Но таким отчаянным поступком он сжег за собою все мосты, показав всем – и сторонникам, и противникам, что готов идти до конца. Ибо в случае поражения он становился государственным преступником.

17. Ударной силой движения протеста в Украине была студенческая молодежь. Не завоевав эту социальную группу, оппозиция не имеет шансов на успех.

В Беларуси во время прошедшего референдума самый высокий процент досрочного голосования зафиксирован на участках, где расположены студенческие общежития. Иначе говоря, наши студенты оказались самой беззащитной и одновременно самой послушной и покорной частью общества.

18. Номенклатура и силовые структуры в ситуации, когда оппозиция демонстрирует силу и исход противостояния не ясен, колеблются, стремятся сохранить нейтралитет и, в конце концов, переходят на сторону сильнейшего. В Украине, по мере нарастания народного протеста, Верховная Рада, Верховный суд, государственные СМИ, другие государственные институты постепенно переходили к поддержке позиции В. Ющенко.

19. Россия «влезла» в украинские выборы с руками и ногами: российские телеканалы, деньги, политтехнологи, преференции в газовом и нефтяном транзите, обещания двойного гражданства и упрощенного перехода границы и др. Сам В. Путин, поставив на карту свою репутацию, оказался в роли агитатора за В. Януковича. И тем не менее, все пошло прахом. Отсюда вывод: роль и влияние России на постсоветском пространстве преувеличена как в массовом сознании, так и в политическом и экспертном сообществе.

20. Вопреки обвинениям российских и белорусских СМИ, Запад вел себя во время украинского кризиса достаточно пассивно. Например, руководство ЕС могло, с учетом исторического выбора, перед которым стоит страна, хотя бы приоткрыть для Киева дверь в Евросоюз, пообещать какие-либо преференции, если избиратели проголосуют за европейский вектор развития. Однако это не произошло. Таким образом, Европа показала, что не готова становиться серьезным политическим игроком в этом регионе, даже имея в виду важную геополитическую роль Украины. Что уж говорить о Беларуси? Поэтому рассчитывать придется только на свои силы.

Говорят, лучше учиться на чужих ошибках, чем на своих. Еще лучше учиться на чужих успехах.

Метки