Коммунистическая идеология...

«Круглый стол» с участием соредактора сайта «Наше мнение» Александра Федуты, первого секретаря ЦК ПКБ Сергея Калякина, секретаря ЦК ПКБ Елены Скриган и члена Бюро ЦК ПКБ, редактора газеты «Товарищ» Сергея Возняка

Александр Федута

В ситуации, когда, как многие убеждены, коммунистическая идеология переживает глубокий кризис, Партия коммунистов Белорусская продолжает не только декларировать свою приверженность этой идеологии, но и демонстрирует стремление вести на ее основе определенный теоретический поиск. Во всяком случае, состоявшийся в конце мая очередной VII (XXXVIII) съезд ПКБ и принятая на нем новая Программа партии вполне могут рассматриваться в данном контексте. Давайте, с вашего позволения, с решений съезда и начнем.

Сергей Калякин

Съезд подтвердил, что сегодня главная задача коммунистов – борьба за демократизацию белорусского общества. Общедемократические задачи являются той программой-минимум, без решения которой невозможно приступить к реализации других задач, которые ставят перед собой коммунисты. Некоторые считают парадоксальным, что коммунисты стали выступать за демократию. Но все обстоит как раз наоборот: парадоксально, что коммунистов пытаются представить как идеологическую силу, которая несовместима с демократией. Наши основополагающие ценности – свобода, равенство, демократия, справедливость, солидарность – почему-то приватизировали правые партии и считают их сугубо своими. Поэтому мы впервые включили в Программу ПКБ раздел «Наши ценности», четко сформулировали эти ценности и заявили, что партия будет их придерживаться. Очень важно, что это было не только мнение руководства партии: оно получило почти единогласную поддержку на съезде.

Александр Федута

Если ПКБ – демократическая партия, то чем она отличается от других демократических партий?

Сергей Калякин

Мы не считаем, что капитализм способен решить все проблемы человечества. Капиталистический способ производства нуждается в замене. Сделать это возможно через применение различных механизмов – это необязательно механизмы экспроприации и вооруженного восстания, о чем, кстати, писали Маркс и Энгельс, еще когда разрабатывали теорию научного коммунизма. Это может быть сделано через установление демократических отношений, когда большинство народа будет определять, каким образом должна функционировать экономика, социальная сфера и пр.

Александр Федута

Вам не кажется, что вы выступаете живым олицетворением того, что называется «ревизионизм»? В устах лидера компартии не слышно слов «диктатура пролетариата», «доминирование государственной собственности», целого ряда других, так сказать, основополагающих тезисов марксизма-ленинизма, к которым мы привыкли...

Елена Скриган

Жизнь идет вперед, и нельзя, чтобы партийная идеология остановилась в какой-то точке. Одна из газет, оценивая наш съезд, цитируя известную частушку Маяковского, написала, что любители ананасов и рябчиков могут спать спокойно. Я думаю, что это не такой простой вопрос. Кто сегодня любители ананасов и рябчиков в Республике Беларусь? Можно с уверенностью сказать, что сегодня это – номенклатура, самая крупная, и ее ближайшее окружение: дети, племянники, жены, которые распоряжаются всем добром белорусского народа. И после нашего съезда они не смогут спать спокойно. Мы определили в качестве первоочередной задачи демократизацию страны, что неизбежно приведет к ограничению власти номенклатуры и установлению общественного контроля над ее деятельностью и аппетитами. Наряду с решением общедемократических задач ПКБ будет добиваться создания предпосылок для возвращения Беларуси на путь социалистического развития, что уже не входит в планы не только нынешней номенклатуры, но и либеральной оппозиции.

Александр Федута

Современная белорусская государственная номенклатура большей частью – это остатки прежней номенклатуры от КПБ. Никаких кардинальных перемен не произошло, с той только разницей, что там, где раньше были секретари райкомов партии, теперь секретари райкомов комсомола. Из высшего эшелона можно сформировать хороший состав райкомов партии, потому что все там были. Только что вы сказали, что номенклатура превратилась в любителей рябчиков и ананасов. Я не буду спрашивать об ответственности за политические репрессии, это бессмысленно. Но ответственность за эту номенклатуру должна существовать. Как себя чувствует левая партия в условиях, когда фактически управляют люди, формально декларирующие левую идеологию?

Сергей Калякин

Мы так никогда не выйдем к истине – она всегда относительна, но конкретна. Мы все время путали и в Советском Союзе, и в КПСС цель со средствами ее достижения. Диктатура пролетариата не является целью.
Она являлась инструментом на определенном этапе борьбы. Вообще, диктатура пролетариата, даже присутствуя в Программе РСДРП, принятой 100 лет назад на II съезде, обозначалась не как инструмент физического подавления, а как власть, которая позволит противостоять любому сопротивлению эксплуататорских слоев. Поэтому когда мы говорим, что хотим построить справедливое общество, и говоря о нем, мы отмечаем, что это уже постиндустриальное общество, то причем такие понятия, как «пролетариат», «антагонистические классы» и пр.? Мы хотим, чтобы не было диктатуры никого: ни пролетариата, ни буржуазии, ни какой-то интеллектуальной элиты. На пути к такому обществу предстоит проходить разные стадии. И если на этом пути появятся классовые или социальные группы, против которых государство вынуждено будет применять какие-то меры насилия, оно их будет применять. Государство – это инструмент насилия. Вопрос в том, как оно это применяет и на основании чего. В современной Беларуси насилие применяется на основании воли одного человека на центральном уровне и построенной им номенклатурной «вертикали» на местах. Никакого отношения ни к закону, ни к Конституции, ни к общественному договору, ни к левой идеологии оно не имеет.
Теперь о пролетариате. Почем-то пытаются изобразить, что сегодня он такой же, каким был в 1917-м, а еще лучше – в 1848 году. Во-первых, сегодня промышленный пролетариат другой, во-вторых, промышленный пролетариат не является движущей силой социального прогресса. Можно говорить об интеллектуальном пролетариате, который сегодня производит все большую и большую долю общественного достояния, и поэтому возникает вопрос: а что это за пролетариат?

Александр Федута

Вы имеете в виду пролетариев умственного труда?

Сергей Калякин

Это не совсем пролетарии умственного труда. Это люди, которые занимаются высокими технологиями, или это люди, которые имеют высшее образование, техническая интеллигенция и пр. В целом же, классовая структура современного белорусского общества существенно отличается о той, которая имела место в конце XIX–начале XX века. Раньше как было: тот же инженер, учитель, врач, офицер, студент был, как правило, представителем чуждого пролетариату класса. По социальному положению других там изначально не могло быть. Начиная от мастера и урядника в царской России – это были люди, которые раздавали рабочим зуботычины. Сегодня все изменилось. У современного инженера, учителя, врача, офицера, студента другие социальные корни. У нашего сегодняшнего предпринимательства пролетарские корни. Многие люди стали индивидуальными предпринимателями в силу обстоятельств – вынужденно оставив прежнюю работу, они зарабатывают на хлеб тем, что торгуют. Поэтому если РСДРП была партией рабочего класса, имеющего в политических союзниках лишь беднейшее крестьянство, то социальная база ПКБ сегодня значительно шире – это все люди, которые работают по найму, живут на доходы от собственной трудовой деятельности или получают пенсии, стипендии и другие социальные пособия.

Разумно ли в этих условиях говорить о диктатуре пролетариата? ПКБ не претендует на какое –то открытие в области обществоведения, но мы видим, и это цифрами можем доказать, что сегодня пролетариат не является основной движущей силой общества, как это было в эпоху Маркса, Энгельса, Ленина. А ведь марксизм определил пролетариат как ведущую силу общества в конкретных исторических условиях: когда он численно рос, и росло его влияние на общественные процессы в силу происходившей промышленной революции и концентрации производства. Но сегодня мы видим другие процессы. С одной стороны, идет концентрация производства в транснациональных корпорациях, с другой – диверсификация производства, возникает множество малых предприятий, что разобщает рабочий класс. У него появляются разные интересы в разных структурах и т.д. Упрощения в отношении классовой структуры общества, на мой взгляд, у марксизма не ошибочные. Просто в его интерпретации, особенно времен КПСС и, может быть, даже немного раньше, было гипертрофированное представление о роли пролетариата.

Александр Федута

Вы хотите сказать, что и это – не ревизионизм?

Сергей Возняк

Оценивая итоги нашего съезда, многие СМИ написали: вот, мол, ПКБ скатывается на социал-демократические позиции. Знаете, эти мальчики и девочки, которые сегодня судят в редакциях о марксизме, даже не успели пожить при КПСС, а пережевывают навязанные ею штампы. Есть классический марксизм, а есть его вульгарная интерпретация, в плену которой мы длительное время находились. Простой пример: что такое коммунизм? Есть понимание коммунизма хрущевское, навязанное партии и обществу в 1961 году. Если его перевести на нормальный человеческий язык – это корыто, в которое нескончаемым потоком текут непонятно откуда взявшиеся блага, а весь народ может спокойно к этому корыту подходить и хлебать, сколько ему захочется. А есть трактовка коммунизма Энгельсом. Все докоммунистические формации он характеризовал как «царство необходимости», в котором человек вынужден трудиться ради физического выживания. А коммунизм он видел как «царство свободы». Мы так и написали в Программе партии: это общество, в котором высочайший уровень развития производительных сил и справедливые производственные отношения решат проблему удовлетворения разумных материальных потребностей человека и сделают ненужной борьбу за власть над средствами производства. Тогда и труд примет творческий характер, и государство уступит место общественному самоуправлению, и человек станет другим, и отношения между людьми, и т.д.

Поэтому одна из важнейших заслуг прошедшего съезда заключается, на мой взгляд, в том, что на нем ПКБ недвусмысленно отмежевалась от марксизма вульгарного и взяла в качестве методологической основы своей деятельности марксизм научный, предусматривающий, помимо прочего, свое собственное творческое развитие, применительно к новым условиям. Так что ревизионисты скорее те, кто пытается втиснуть современное коммунистическое движение в идеологичесике рамки 30-х, 50-х, 70-х годов.

Сергей Калякин

Ленин, кстати, вообще очень мало говорил о коммунизме, а больше о социальной революции, о необходимости укрепления коммунистического движения. Но в целом, я думаю, у него и у его соратников в силу объективных условий, в которых находилось первое в мире социалистическое государство, была возможность испытать на практике некоторые догмы. В частности, практика военного коммунизма. Ведь сразу при Советской власти отменили налоги, люди не платили за жилье, практически бесплатным был транспорт, добровольная армия, введен продуктообмен. И быстро увидели, что ничего не получается, потому что механически применили то, что должно быть в самом конце этого длинного-длинного пути. Почему Ленин позже ввел НЭП? В практическом плане он связан с необходимостью преодоления разрухи, но это еще было и теоретическим возвращением к марксизму. Потому что каждый общественный строй возникает только на основе определенного развития производительных сил, то есть через использование всего того положительного с точки зрения развития экономической эффективности, что дает предшествующая эпоха.

Одним из главных заблуждений наших предшественников была вера в возможность внедрения счастливого будущего насильственными методами, против воли большинства людей. Через это пришли и к подавлению политической оппозиции, переросшему затем практически в устранение неугодных, и к созданию ГУЛАГа. Это какое-то гипертрофированное желание через насилие построить справедливое и счастливое будущее, «насилие во благо». Мы от этого отказываемся, мы считаем, что через насилие нельзя построить общество свободы и справедливости. Задача коммунистов: убедить людей в том, что социалистическое общество отвечает их личным интересам. Все формы собственности должны быть равноправными. Если мы коммунисты, то мы убеждены, что общественная форма собственности является наиболее эффективной. Тогда почему мы должны считать «оппортунистической крамолой» предложение поставить ее в равные условия с частной? Согласно марксизму, в историческом споре на равных условиях она победит. Это тоже один из ответов нашим критикам.

Александр Федута

Но если вы действительно сильно эволюционировали, почему сохраняете название партии? Это дань традиции, это политический брэнд, который не нужно раскручивать, потому что электорат гарантирован?

Сергей Калякин

Я понимаю, почему нас подталкивают от него отказаться. Сегодня этот, как вы говорите, брэнд для многих людей непривлекателен. Было высказано много критики в адрес нашего прошлого, иногда заслуженной.

Но и сегодня мы пришли к тому, чтобы называться коммунистической партией. За что умирали миллионы коммунистов? Они умирали за свободу, демократию, социальную справедливость, равенство! Почему мы сегодня должны отказаться от этого? Сегодня слово стало немодным у значительной части молодежи в силу действия средств массовой информации, в негативном свете показывающих деятельность КПСС. Но в конъюнктурных целях отказываться от него было бы неправильно и даже опасно. Все попытки перекраситься являются прекрасной возможностью для противника, чтобы показать, что мы мимикрируем. А мы не мимикрируем, наши действия не являются попыткой подстроиться под окружающую среду. Мы сделали выводы из опыта строительства социализма не только у нас, но и в мире за довольно большой период. И мы видим, что в результате модель потерпела поражение. Можно говорить о внешних причинах, внутренних, но неважно – она не победила. Раз не побеждает, значит, что-то не так, значит, есть какие-то искажения.

У нас в Программе партии очень большой раздел анализа и критики порядков, которые существовали в Советском Союзе. И названы основные причины поражения: нерешенность в рамках созданной модели социализма проблемы отчуждения большинства людей от власти и от собственности, а также подмена научного исследования теоретических и практических проблем социализма апологетикой нередко ошибочных воззрений руководителей КПСС. Мы это все называем сами. Но поражение, причем, мы убеждены, временное, потерпел не социализм как строй, а именно его конкретная модель. Поэтому сегодня нужно заниматься не сменой названия партии, а усвоением уроков недавней истории, чтобы коммунисты могли честно сказать людям: мы видим все плюсы и достижения советского социализма, берем их в свой «арсенал», одновременно отказываясь от имевшихся пороков.

Сергей Возняк

Надо иметь в виду, что все некоммунистические партии, в том числе и левые, декларируют возможность решения проблем человеческого общества в рамках капиталистического строя. Даже идейно близкие нам социал –демократы мечтают лишь о том, чтобы выторговать для трудящихся наиболее выгодные условия продажи их рабочей силы. Значит, проблема эксплуатации, угнетения и унижения человека остается, она приобретает лишь «цивилизованные» формы. И только коммунисты убеждены, что решить проблемы современного человечества способен социализм. С какой стати мы должны менять название партии, если оно отражает цель нашей деятельности в исторической перспективе?

Елена Скриган

Я считаю, что желание подтолкнуть нас к переименованию исходит, прежде всего, от параллельной партии – КПБ. Они рассчитывают остаться одни на этом поле и снять таким образом все свои проблемы. Отвечу вашим любимым выражением: не дождутся.

Второе. Есть такие веяния и у наших некоторых товарищей: переименоваться для того, чтобы к нам пришли новые люди, пришла молодежь. Но я считаю, что эта позиция совершенно неправильная, поскольку при демократических выборах коммунисты имеют возможность набрать достаточное количество голосов, чтобы быть представленными во всех органах власти. Социологические опросы, в том числе и проводимые независимыми институтами, говорят, что не менее 25 процентов голосов мы имеем возможность получить на демократических выборах. Поэтому когда мне задают вопрос о том, хотим ли мы революции и когда будет революция, я отвечаю: мы хотим честных и справедливых выборов.

Александр Федута

Верховный Совет 13 –го созыва был первым фракционно структурированным парламентом. Это был первый законодательный орган, где решения принимались на основании предварительного консенсуса. Должен сказать, что фракция ПКБ вела себя чрезвычайно по-джентльменски и не сорвала ни одного пакетного соглашения. Возникает вопрос: почему самая крупная фракция рассыпалась?

Елена Скриган

Фракция, насчитывающая 45 членов партии, раскололась примерно пополам. 23 человека были исключены из партии за то, что, как мы записали в решении ЦК, предали, прежде всего, интересы народа и в трудной ситуации решили вопрос так, как было лучше для них самих. Я думаю, что каждый из них понимал, что он делает, выбор был ясный: или ты следуешь курсу совести, или ты следуешь курсу желудка. На сегодняшний день те, кто выбрал курс совести, могут достойно смотреть в глаза всем прохожим, а когда мы встречаемся со своими бывшими коллегами, которые остались в назначенном президентом парламенте, то они прячут глаза, поднимают воротник, чтобы потеряться в толпе.

Александр Федута

50 на 50 – это тот раскол, который проходит по всем социологическим опросам. Но фракция формировалась не только из тех, кого избрали люди, и потому они отражали позицию своих избирателей, но и еще из тех, кого выдвигала партия, из лучших. И, насколько я понимаю, из тех, кто остался в Палате представителей первого созыва, большое число членов ЦК. Можно ли сказать, что тогда партия совершила очередную кадровую ошибку?

Сергей Калякин

Партия того периода уже была не КПСС. Как у любой партии, не находящейся у власти, у нее отсутствуют жесткие структуры отбора людей, которые приходят туда по каким-то конъюнктурным соображениям. Так получилось, что между периодом, когда партия обрела юридический статус и возможность действовать, это 1992–1995 годы, срок был очень маленький. В основном, люди пришли к нам в этот период. И знать, как они себя поведут в экстремальной ситуации, мы не могли, отбор был в значительной степени формальным. С одной стороны, у нас не было партийных списков, и говорить о том, что это была чисто партийная фракция, нельзя: в Беларуси все-таки мажоритарные выборы. В каждом регионе люди определяли, какой человек обладает лучшими качествами, чтобы войти в парламент. Но летом 1996 года стало ясно, что часть депутатов не способна выполнить свой гражданский и партийный долг в условиях беспрецедентного давления и прямых угроз со стороны исполнительной власти. Есть ли шансы на то, что ситуация изменилась? Я думаю, что сейчас в партии остались люди, особенно те, кто выдвигается на различных выборах, которые хорошо знают, на что они идут.

Александр Федута

Предположим, что завтра происходит невероятное, и ПКБ приглашают в правительство. ПКБ идет?

Елена Скриган

ПКБ пригласили сформировать правительство, или же пригласили в правительство Иванова, Петрова, Калякина, Скриган?

Александр Федута

Давайте разведем эти два вопроса. Пригласили в правительство Иванова, Петрова, Калякина, Скриган.

Елена Скриган

Я думаю, мы не пошли бы туда, потому что это просто безумие. Это еще раз дискредитировать ПКБ. Работать самостоятельно коммунистам не дадут, а потом свалят на них грехи других членов правительства и самого президента.

Александр Федута

Второй вариант. Вам предложили сформировать правительство.

Сергей Калякин

Мы бы пошли на переговоры по этому вопросу и выдвинули бы ряд условий, при которых мы бы в правительство пошли. Мы потребовали бы полномочий для правительства, потребовали бы гарантий невмешательства в нашу деятельность. С порога мы бы категорически не отвергали. Но дело как раз в том, что в Беларуси правительства нет. Правительство – это как бы мальчики для битья, которых всегда можно поставить в угол за то, что что –то не выполняется. Конечно, мы бы в такое правительство не пошли. Но если бы ситуация была изменена и правительство было полномочным с определенными гарантиями, что оно будет действовать какой –то промежуток времени с какими –то понятными критериями оценки наших действий – тогда это обсуждаемый вопрос.

Александр Федута

Президент меняется. Президентом становится господин Ходыко и предлагает коммунистам войти в состав коалиционного правительства.

Сергей Калякин

Я думаю, мы бы предложили ему обсудить другой вопрос: об изменении власти в стране. Мы действительно делаем правительство правительством, мы сокращаем полномочия одного лица, мы переводим республику если не в парламентскую, то в парламентско –президентскую. После этого можно было бы рассматривать и другие вопросы.

Александр Федута

Это означает, что когда президентом Беларуси становится товарищ Калякин, то он вносит предложение об ограничении собственных полномочий?

Сергей Калякин

У нас есть предложения по реформе государственного управления. Это не только вопрос, касающийся функций президента. Здесь и вопросы, связанные с ролью судебной власти, ее возможностью выступать арбитром в существующих конфликтах внутри государства, роль Конституционного суда, роль Центризбиркома, полномочия местных органов власти и др. И если бы нам была предоставлена возможность, используя президентские полномочия, делать первые шаги, они были бы в этом направлении.
Сегодня политическая система стала тормозом всего экономического, социального, внешнеполитического развития, поэтому с нее нужно начинать.

Александр Федута

Предположим, завтра ситуация меняется и КПБ предлагает ПКБ объединиться...

Елена Скриган

Сегодня КПБ предлагает ПКБ закрыть нашу партию, лидера партии исключить и всем составом перейти в КПБ и поддержать Александра Григорьевича. Раньше я думала так: не будет Лукашенко – исчезнет коммунистическая двухпартийность. Сегодня мне кажется, все сложнее. Если люди называют себя коммунистами и поддерживают то, что происходит в стране, если они это называют социализмом, то с такими людьми нам не по пути. Мы говорили, какие у нас разногласия были в 1996 –м перед референдумом, когда часть членов партии поддержала антинародную власть. И сегодня вернуться к прежнему состоянию невозможно. Вместе с тем, в КПБ есть люди, которые, наверное, скоропалительно в 1996 году покинули ПКБ. Сегодня многие возвращаются к нам. Это люди здравомыслящие, люди совестливые. А часть не возвращаются лишь потому, что ошибку свою осознали, но стыдно бегать из одной партии в другую.

Сергей Калякин

Вообще, часть людей в КПБ – это те, которые, когда власть изменится, попытаются быть с новой властью. И если в той власти будем мы – они, возможно, попытаются придти к нам. Если будем не мы – они пойдут к той власти, которая будет. При этом они станут самыми жесткими критиками сегодняшних порядков и главными реформаторами. Конечно, как организованная сила, выступающая сегодня в поддержку Лукашенко, КПБ после его ухода, скорее всего, перестанет существовать. Я думаю, до того времени мы оттуда все живое подберем. Но должен сказать, что многое из того, что там есть, нам просто не надо.

Александр Федута

Второго объединительного съезда не будет?

Сергей Калякин

У нас разные позиции, это совершенно разные партии. Это не та ситуация, которая была в 1992 году. Тогда мы объединялись виртуально. Все, что было готово к сопротивлению, пришло в ПКБ, и оно объединялось с историческим прошлым, юридическим наследием и пр. Сегодня же мы имеем дело с абсолютно новой партией, созданной авторитарным режимом в 1996 году с целью борьбы против коммунистического движения. И многие люди просто не осознают, что они таким инструментом являлись и являются. Но по факту это так.

Сергей Возняк

Сегодня коммунистическое движение неоднородно. Оно неоднородно во всем мире, не так уж много стран, где существует одна коммунистическая партия. После крушения социализма в Советском Союзе в комдвижении обозначилось два крупных течения. Одно – марксистское. Нашу партию я отношу именно к нему. Оно понимает, что социализм невозможен без демократии, что не нужно цепляться за ту бюрократическую модель, которая была построена в СССР и потерпела поражение, а надо пытаться идти к демократической модели социализма.
А есть другая линия. Ее представители отождествляют себя с большевиками, сталинистами. Но это так называемые большевики. У Сталина есть блестящая фраза: конкретный анализ конкретной ситуации – живая душа марксизма. Но наши «сталинисты» и этого не могут понять и настойчиво тянут партию в прошлое. Они убеждены, что социализм – это всегда подавление инакомыслия, «телефонное право», комчванство, бюрократизм, вождизм. И когда Лукашенко продемонстрировал себя в качестве яркого приверженца этих, с позволения сказать, ценностей, они увидели в нем своего. Они предали народ и партию по идейным убеждениям, потому что не мыслят иного «социализма», чем тот, который предложил им президент-антикоммунист.

Александр Федута

Предположим, что завтра уходит в небытие нынешний режим. Не секрет, что он активно использовал левую фразеологию. В 1996–м с парламентом, где у вас была самая большая фракция, боролись, активно используя коммунистическую программу. Не боитесь ли вы, что маятник качнется вправо, причем настолько, что это будет иметь для левой идеологии катастрофические последствия?

Сергей Калякин

Мы видим опасность и стремимся вести такую работу, чтобы люди понимали, что виноваты не левые идеи, не коммунисты, а те, кто сегодня у власти. Это антикоммунисты, идеи у них ни правые, ни левые, а феодальные, основанные на личной власти и удовлетворении собственных амбиций и не совсем здоровых потребностей.

Елена Скриган

Можно сказать, что если бы не было сегодня нашей партии, то последствия существующего ныне строя для коммунистического движения в Беларуси были бы катастрофическими. Тогда бы маятник точно качнулся вправо. Многие политологи говорят о том, что после такой вот единоличной власти, после авторитарного режима маятник, как правило, качнется в сторону коллективистских идей. Поэтому, я думаю, у ПКБ есть хорошие перспективы.

Метки