После санкций: Европа в ожидании новой реальности

19 декабря официальный Минск сорвал свой диалог с Западом, но тем самым способствовал возникновению нового и более масштабного диалога крупнейших региональных игроков по «белорусской проблеме». Разгон демонстрации в Минске и последовавшие за этим репрессии расшевелили Восточную Европу и предоставили главным действующим силам повод для сотрудничества.

Как отмечает политолог Кирилл Коктыш, после 19 декабря между Россией и ЕС появилась ценностная рамка договоренностей, которую теперь можно начать капитализировать. На создание такой политической консолидации, которая возникла в Европе после белорусских событий, в ином случае потребовались бы миллиарды евро. Действительно, когда еще можно услышать, как руководство ЕС, России и США говорит практически в один голос?

При этом до сих пор остается открытым вопрос о том, сумеют ли Брюссель, Москва и Вашингтон с подачи белорусских властей создать в этом регионе новую политическую реальность и извлечь из нее экономическую выгоду. Другими словами, насколько адекватны уже принятые в отношении Беларуси меры той волне возмущения и политического взаимодействия, которая поднялась в Европе после 19 декабря?

Business as usual

Январь 2011 года может войти в историю Беларуси как время самых горячих дебатов о том, что делать с режимом А. Лукашенко. В течение нескольких недель эту проблему обсуждали депутаты Европейского парламента и Парламентской ассамблеи Совета Европы, члены Совета министров иностранных дел и Совета Европейского Союза.

Лейтмотивом всех этих дискуссий была одна идея: «Политика в отношении Минска нуждается в принципиальном изменении». В ходе дебатов европейские политики высказывали разные предложения: от точечных визовых санкций до исключения Беларуси из международного Олимпийского движения. Достаточно подробно обсуждалась и возможность давления на европейские компании, которые покупают у Беларуси нефтепродукты.

В итоге после принятия всех январских резолюций и решений мы имеем набор мер, которые в принципе ничем не отличаются от прежних, уже знакомых официальному Минску санкций. Список невъездных чиновников стал длиннее, вновь прозвучали обещания о заморозке их зарубежных счетов, вернулись санкции против предприятий «Белнефтехима» на американском рынке. Другими словами, в вопросе санкций против белорусских властей наблюдается все тот же business as usual.

С другой стороны, ЕС объявил о двухуровневой политике «Наказывать режим и поощрять граждан» и планирует многократно усилить поддержку белорусскому гражданскому обществу, а также студентам и независимым СМИ. В этом тоже нет ничего принципиально нового, разве что заметно отличие от 2006 года. Тогда ЕС делал упор на информационную поддержку из-за рубежа (например, проекты «Европейское радио для Беларуси» и спутниковый телеканал «Белсат»). Сегодня же достаточно серьезно обсуждается возможность создания в Варшаве и/или Вильнюсе координационных центров для белорусской оппозиции.

По мнению многих экспертов, в результате всех этих действий белорусские власти довольно легко отделались, понеся только легкие репутационные и экономические потери, зато сохранили членство в программе «Восточное партнерство». В свою очередь, политические оппоненты властей и активисты гражданского общества тоже сохранили свои позиции (к сожалению, ценой жестких репрессий) и могут воспользоваться новыми возможностями сотрудничества с ЕС.

С белорусской точки зрения может показаться, что ситуация практически не изменилась. В отношении Беларуси Европа пока не создала ничего принципиально нового, и мы по большому счету вернулись на 5 лет назад. Но если посмотреть на происходящее с точки зрения региона, то обнаружится невиданный политический капитал, который был создан буквально в течение месяца. Речь идет именно о совместных заявлениях политиков и чиновников высокого уровня, которые касаются белорусской проблемы.

Ярмарка диалога

Первое такое совместное заявление еще 23 декабря сделали Госсекретарь США Х. Клинтон и Высокий представитель ЕС К. Эштон. Они резко осудили действия белорусских властей 19 декабря, призвали Минск освободить политзаключенных и соблюдать демократические стандарты. Затем 5 января последовало их новое совместное заявление по поводу непродления мандата белорусского офиса ОБСЕ.

В январе в Брюсселе и Страсбурге проходят дебаты и принимаются резолюции, а 31 января Совет министров иностранных дел официально вводит известные уже санкции. В это же время дискуссия по Беларуси становится особенно интенсивной.

29 января министры иностранных дел Германии и Великобритании Г. Вестервелле и У. Хейг публикуют в американской газете Wall Street Journal совместную статью (!) с призывом к решительным действиям на уровне ЕС. Сам факт появления статьи  в американском издании означает недвусмысленное предложение США включиться в диалог по «белорусской проблеме».

На следующий день в газете Washington Post появляется совместная статья американских сенаторов Д. Керри (председатель комитета Сената по международным отношениям) и Д. Либермана (председатель комитета Сената по внутренней безопасности). Авторы выражают очень серьезное беспокойство событиями в Беларуси, приветствуют начатый Х. Клинтон и К. Эштон диалог между США и ЕС и призывают, ни много ни мало, к тому, чтобы трансатлантический мир и Россия выступили по белорусскому вопросу единым фронтом.

Кроме этого, с устными заявлениями по ситуации в Беларуси выступали польский президент Б. Коморовски, министр иностранных дел Польши Р. Сикорский, политик Ярослав Качиньски, сенатор Дж. Маккейн и другие политики и общественные деятели Польши, Германии и США.

Сигналы со всех сторон

Со своей стороны все это время Россия давала понять, что тоже готова к диалогу с США и ЕС. 13 января министр иностранных дел РФ С. Лавров заявил, что резолюция Совета Европы по Беларуси отражает и точку зрения России. Три недели спустя, он же рассказал о том, что Россия принимала активное участие в выработке резолюции по Беларуси, хоть и не поддерживает введенные изолирующие санкции.

1 февраля на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека президент Д. Медведев высказал «удивление» декабрьскими событиями в Минске и поручил МИДу учесть аргументы правозащитников при формировании дипломатической позиции России по Беларуси.

О готовности вступить в диалог по проблеме Беларуси высказалась и Украина. 1 февраля в Киеве спикер украинского МИДа А. Дикусаров критически оценил введенные против Беларуси санкции, но дал понять, что Украина готова оказать содействие в налаживании сотрудничества по направлениям «Киев-Варшава-Минск» и «Киев-Минск-Вильнюс».

Несомненно, что такой уровень интенсивного политического взаимодействия является большим капиталом, который имеет смысл конвертировать в экономическую выгоду. Короткая история после 19 декабря показывает, что, несмотря на благоприятные условия, новая политэкономическая реальность пока не возникла.

Все только начинается

2 февраля в Варшаве состоялась международная конференция «Солидарность с Беларусью», которая врезалась в память массового читателя суммой 87 млн. евро. Это размер донорской помощи, которую ЕС планирует предоставить на развитие демократии в Беларуси. Как сообщалось, эта сумма в четыре раза превышает прежние объемы поддержки. В конце января стало известно, что США готовы увеличить помощь белорусской оппозиции и гражданскому обществу на 30%.

При всей важности такой поддержки, нужно заметить, что эти суммы, мягко говоря, не адекватны описанному выше процессу. Согласитесь, не стали бы первые лица внешней политики и президенты стран ЕС, России и США вступать в очный и заочный диалог по Беларуси из-за «каких-то» 87 млн. евро.

Не хочется думать, что санкции против белорусских чиновников и решения Варшавской конференции о поддержке белорусской оппозиции являются окончательным итогом редкого по масштабу и интенсивности диалога между крупнейшими региональными игроками. В противном случае окажется, что на наших глазах сдулся перспективный политический пузырь.

19 декабря А. Лукашенко вольно или невольно запустил огромный маховик политического взаимодействия в Восточной Европе, которое сразу же вышло за ее пределы. Усиленные санкции и увеличенная донорская помощь на время заморозили «белорусскую проблему» и теперь дают Москве, Брюсселю и Вашингтону повод приступить к решению своих проблем.

Но на самом деле главная для нас «белорусская проблема» заключается в том, что пока белорусский президент с чувством исполненного долга катается на лыжах в Сочи, для страны стремительно сужается перспектива участия в этом редком по масштабу региональном диалоге. Беларусь действительно рискует остаться в нем всего лишь наблюдателем.