Возможен ли в Беларуси диалог между официальными и неофициальными социальными аналитиками?

Возможен ли в Беларуси диалог между официальными и неофициальными социальными аналитиками?В Беларуси социальная аналитика является сильно поляризованной. С одной стороны, существует официальная аналитика, которая выполняет идеологическую функцию в стране – она растолковывает политические решения руководства всему обществу. Чтобы представлять такую аналитику нужно занимать особые должности, например, работать в Администрации Президента или в Академии управления при Президенте РБ и т.д. С другой стороны, существует неофициальная аналитика. Ее представляют все те, кто не занимает должности, связанные с президентской вертикалью. Экспертов, которых можно причислить к неофициальным аналитикам, значительно больше, чем аналитиков официальных. Фактически, неофициальный аналитик – это любой интеллектуал, который не занимает должности, придающей ему ореол официального аналитика (а это только президентская вертикаль). Доступ к СМИ для неофициальных аналитиков сильно ограничен. Официальные аналитики, как правило, вообще не идут ни на какие контакты с неофициальными аналитиками. При этом идеологическая или политическая приверженность неофициальных аналитиков не играет никакой роли. Для официальных аналитиков их просто не существует.

Экспертный анализ в любой сфере (а тем более социологии и политологии) не возможен без масштабного экспертного диалога. Аналитики должны коммуницировать хотя бы потому, что иначе экспертный продукт попросту не рождается. Полноценная социальная аналитика не возникает без публичного диалога и публичного резонанса. Высокая поляризованность социальной аналитики в стране лишает нас не только публичного диалога экспертов, но и ослабляет сам социальный анализ.

Рассмотрим перспективы диалога официальных и неофициальных аналитиков. Соответственно, рассмотрим проблему повышения качества социального анализа в стране.

Официальные аналитики старой школы

К сожалению, в Беларуси нет центров, которые бы готовили профессиональных социальных аналитиков. Поэтому аналитикой занимаются люди, получившие очень разное образование – от исторического, юридического и до физико-математического. Если речь идет о старшем поколении, то все они имели большое прошлое в коммунистической партии СССР.

Представители старшего поколения аналитиков не так поляризованы, как представители молодого поколения. Связано это с тем, что в советские времена для людей было очевидно, что социальным анализом может заниматься только тот, кто на это место поставлен. Поэтому в аналитику самостоятельно никто не лез. Все эти поставленные сверху аналитики должны были иметь хорошую марксистско-ленинскую подготовку и быть партийными функционерами. Те аналитики старшего поколения, которые все еще сохранили свою активность, принадлежали именно к функционерам. Для них главное было не качество анализа, а его соответствие линии партии. Оказавшись же в ситуации необходимости высказывать нетривиальный анализ уже в наши дни, когда марксизм-ленинизм оказался выброшенным на свалку истории, все эти аналитики стали предлагать микс из диалектического материализма (больше они ничего не знают) и здравого смысла.

Один из ярких примеров такого микса – высказывания Анатолия Рубинова, академика, Председателя Совета Республики Национального собрания Республики Беларусь. Многие его изречения вызвали сильнейшую волну возмущений в интеллектуальной среде страны, особенно высказывания, касающиеся религии. Пример таких его архаичных высказываний: «Отказ от коммунистической идеологии, ниспровержение и интенсивная критика советского режима, ликвидация руководящей роли партии – всё это служило главным мотором перестройки и последующих преобразований. При этом отрицание всего советского, огульное охаивание советской власти и советского общества, безудержное самобичевание и саморазоблачение, сопровождаемое преувеличением и гиперболизацией советских «пороков», – всё это привело к большой сумятице в головах людей, которые потеряли ориентиры и уже не знали, чему верить. Старая идеология усилиями многих критиков была опозорена и втоптана в грязь, а новой, по существу, не появилось. Но свято место пусто не бывает, и, пользуясь растерянностью общества, на смену, как палочки-выручалочки, автоматически пришли многократно испытанные историей старые идеологические принципы: национализм и религия».

Диалектико-материалистический контекст идей Рубинова не вызывает сомнений: «мысль тоже можно считать частью материального мира, поскольку она возникает и базируется исключительно на материальной основе».

Никакого глубокого анализа старшее поколение предложить не может. Во-первых, они этому не обучались и, во-вторых, в советский период, на который пришелся их расцвет, они не имели такого опыта.

Молодые официальные аналитики

Если говорить о молодых официальных аналитиках, то можно выделить три группы последних: аналитики старой школы, аналитики здравого смысла и адекватные аналитики.

Ярчайший пример аналитика старой школы – Вадим Гигин, главный редактор журнала «Беларуская думка». Коммунистической аналитики давно уже нет, но схема этой аналитики сохраняется до сих пор. Схема такова: мы живем в идеальном обществе, все высказывания Президента (Генерального Секретаря) обладают невероятной глубиной, в нашем обществе есть враги, которые хотят общество погубить. По такой схеме достаточно легко осуществлять анализ. Приведу небольшой рассказ самого Гигина: «… припоминается одна встреча, которая состоялась в бытность мою первым секретарем Минского горкома БРСМ. Тогда ко мне в служебный кабинет зашла одна милая дама, представляющая очень известную «правозащитную» организацию, и предложила сотрудничество. Как человек вежливый я ей не отказал и даже предложил выпить чаю. Но задал ряд вопросов насчет того, признает ли она легитимность: 1) действующей Конституции; 2) Президента; 3) Парламента; 4) местных органов власти; 5) государственной символики? На все вопросы был получен отрицательный ответ. Соответственно, и никакого сотрудничества не получилось». Ироничный тон описания (предложить чай как сделать вежливое одолжение) не вызывает сомнений, что для Гигина есть только две точки зрения: его и неправильная.

Отсутствие у Гигина профессиональной подготовки в области социального анализа сказывается на его понимании социальных феноменов. Для Гигина наше общество – идеал демократии. Ему не известно, что демократия – это долгий путь, процесс и что даже западные общества еще очень далеки от демократического идеала.

Примером анализа здравого смысла можно назвать тексты Сергея Кизима, заведующего кафедрой международных отношений Академии управления при Президенте. Здравый смысл – очень опасная вещь. Суждения здравого смысла кажутся разумными и очевидными, но любой ученый знает, что подлинный анализ лежит за пределами здравого смысла. Никаким здравым смыслом научное открытие сделать нельзя. Например, по здравому смыслу Солнце вращается вокруг Земли, но согласно данным науки это не так.

Схема анализа здравого смысла такова: в Беларуси реализуется самая успешная модель развития из возможных, и это легко объяснить на пальцах. Цитата из высказываний самого Кизимы: «… я хотел бы отметить, что белорусская социально-экономическая модель, действительно, уникальное явление на постсоветском пространстве. Уникальное не только для бывших республик Союза, но и в определенной степени для всего мира. Если не брать в расчет опыт центральноевропейских стран, интегрированных в Евросоюз и получивших там огромную поддержку, но в значительной мере утративших свой суверенитет, то Беларусь за последние 20-25 лет является единственным успешным примером государственного и национального строительства».

Сильно удивляет пустословием текст Кизимы «Аспекты неоспоримого преимущества», опубликованный в «Беларускай думке». Весь текст – это попытка провести аналогию между Протестантизмом и белоруской экономической моделью: «Таким образом, белорусская модель развития является инновационной для европейского региона. Попытки ее уничтожить, привести к среднему европейскому знаменателю напоминают попытки уничтожить протестантизм в Европе XVI века. Они уничтожают перспективы самой Европы на лучшие шансы в формирующемся глобальном мире. Белорусский эксперимент заслуживает продолжения в интересах самого ЕС». С позиции логики мы здесь наблюдаем логическую ошибку – «слишком далекая аналогия», поскольку между Протестантизмом и белорусской моделью экономики прямых связей нет и быть не может. Вызвана эта ошибка использованием именно здравого смысла в обход научным методам анализа, а также незнанием логики.

И, наконец, есть адекватные аналитики, которые, несмотря на то, что выполняют идеологическую функцию, владеют методологией научного анализа. Среди таких экспертов можно назвать Юрия Царика, руководителя Белорусской группы развития, члена РОО «Белая Русь», и Юрия Шевцова, директора Центра по проблемам европейской интеграции. Например, в своем тексте «Модернизация сверху», опубликованном в «Белорусской думке» Шевцов дает очень здравый анализ особенностей белоруской модели модернизации, не стесняясь называть вещи своими именами – например, называть наше общество авторитарным.

Быть или не быть диалогу с адекватными официальными аналитиками?

Теоретически диалог неофициальных аналитиков возможен только с адекватными официальными аналитиками, которых не так и много. Такой диалог необходим самой аналитике, для улучшения ее качества. Официальная аналитика в нашей стране очень некачественная. К сожалению, власть не осознает того обстоятельства, что аналитики старой школы и аналитики здравого смысла скорее вредят авторитарному режиму, создают видимость анализа.

Диалог с неофициальными аналитиками нужен самой власти. Для этого диалога необходимо осознание следующих моментов:

1. Статус аналитика определяется не его должностью, а его знанием. У нас же на позицию эксперта, как и в советские времена, назначают сверху. Требовать качественный анализ в таких ситуациях не возможно. Понятное дело, что назначают всегда «своих».

2. Качество социального анализа проверяется публичным резонансом. У нас публичный резонанс не предлагается. Никто даже не задумывается о том, что научные и аналитические журналы в Беларуси распространяют главным образом по обязательной подписке. Сами люди их практически не читают. Это значит, что качество материала никем не оценивается. Например, в «Беларускай думке» можно печатать что угодно – главное, чтобы оно соответствовало официальной идеологии и автор имел соответствующий статус. Поэтому там нередко встречаются образцы некачественного анализа. В системе, где анализ проходит проверку на публичный резонанс, такая ситуация не возможна.

В конце текста хотелось бы выразить надежду, что масштабный диалог официальных аналитиков с неофициальными все же состоится, хотя это и страшно официальным аналитикам. Ведь они могут предстать на публике в невыгодном свете, а возможно и потерять свой статус в случае непрофессионализма. Но такой диалог станет бесспорно очень полезным для всего белорусского общества.