Возможны ли демократические перемены в Беларуси при нынешнем политическом режиме?

Возможны ли демократические перемены в Беларуси при нынешнем политическом режиме?Большинство определений демократии строятся на молчаливом допущении той или иной западной социологической теории. Все эти теории разрабатывались применительно к особому типу общества – проходящему или прошедшему процессы модернизации по стандартной схеме Запада. Говоря проще, западные социологические теории создавались применительно именно к западному обществу. В настоящий момент в постсоветском пространстве западная социология занимает доминирующие позиции в академической среде. Чаще местная социология представляет собой своеобразную компиляцию ряда западных социологических теорий с некоторым учётом местной специфики.

Говоря о демократии и путях её достижения, местные социологи и социальные аналитики обычно некритично заимствуют определения и схемы западной социологии. Но насколько они применимы к нашему обществу в действительности? Попытаемся ответить на этот вопрос. И вместе с тем выяснить, возможна ли демократизация Беларуси при нынешнем режиме, в то время как для западной социологии ответ на последний вопрос слишком очевиден – при нынешнем правящем режиме демократизация не возможна по сути.

Неправительственные организации и их роль в демократизации общества

Рассмотрим наиболее распространённую западную социологическую теорию, в рамках которой принято теперь давать определения либеральной демократии и предлагать рекомендации, касающихся путей её достижения. Эта теория принадлежит Юргену Хабермасу – одному из известнейших современных социологов. Она называется теорией коммуникативной рациональности. Основная черта либеральной демократии – волеизъявление большинства, когда все граждане участвуют в управлении государством и принимают на себя ответственность перед обществом либо непосредственно, либо через своих свободно избираемых представителей, в сочетании с правами личности и меньшинств, что достигается благодаря процессу децентрализации государственной власти. Как же это достигается? На этот вопрос и отвечает Хабермас.

По мнению данного немецкого социолога, в обществе можно выделить два типа отношений – социальные и коммуникативные. Социальные отношения – это отношения людей, которые протекают в соответствии с каким-то договором. Например, отношения в семье регламентируются брачным договором, отношения студентов и преподавателей – их взаимными договорами с соответствующим вузом и т.д. На базе социальных отношений возникают социальные институты – длительные общности людей, отношения внутри которых формализованы каким-то контрактом и предполагается система санкций в отношении лиц, нарушивших данный контракт. Примеры социальных институтов – семья, вуз и т.д. Коммуникативные отношения – это отношения людей, которые определяются лишь взаимным интересом и желанием общаться. Пример коммуникативных отношений – личные отношения двух молодых людей без регистрации брака. На базе коммуникативных отношений появляются группы интересов.

Социальные отношения гарантируют общественную стабильность, но имеют также ряд недостатков: они очень консервативны, немобильны и, главное, они закрепляют социальное неравенство. Чем социально успешнее человек, тем большая система социальных контрактов защищает его права – на недвижимость, активы и т.п. Система социальных контрактов больше даёт именно успешным, например богатым, людям. Поэтому, по мнению Хабермаса, в обществе необходимо всячески стимулировать коммуникативные отношения – они должны смягчать неизбежное социальное неравенство, вызванное социальными отношениями.

Важнейшей формой стимуляции коммуникативных отношений по Хабермасу – развитие сети неправительственных организаций (НПО, англ.: NGO). Эти организации должны привлекать внимание к важным общественным проблемам и контролировать действия правительства и частных предпринимателей. Они также позволяют представителям разных слоев общества формировать навыки выражения активной гражданской позиции. НПО могут оказывать очень разные социальные услуги: организовывать хосписы, выступать за охрану окружающей среды, бороться за права меньшинств.

Таким образом, по Хабермасу, демократизация общества – это постепенное усиление коммуникативных отношений в рамках существующей системы социальных отношений. Насколько такая рекомендация применима к нам? С одной стороны, эту рекомендацию уже стараются у нас реализовать. Запад всячески поддерживает создание сети НПО на постсоветском пространстве. С другой стороны, является ли эта рекомендация действительно эффективной?

Что такое коммунизм на самом деле?

Коммунистическое общество определяется довольно просто: общество, в котором полностью устранены или, по крайней мере, минимизированы настолько, насколько это возможно, социальные отношения. В этом обществе не должно быть никаких иных отношений, кроме коммуникативных. Такая система не является утопичной. В частности, её пытались реализовать в социальном устройстве Советского Союза. Основная социальная задача руководителей страны состояла в редуцировании как можно большего числа социальных отношений – в их тотальной минимизации. Абсолютно устранить социальные отношения не получилось, но многое оказалось достигнутым.

Александр Зиновьев лучше других осознал подлинную задачу в социальном строительстве большевиков. Реконструируя эту задачу, он выделил два типа отношений в обществе: социальные и коммунальные. Социальные отношения определялись им также как у Хабермаса: открытые, прозрачные отношения, строящиеся на договоре и тем самым закрепляющие неравенство. Коммунальные отношения – это зеркальная противоположность коммуникативных отношений Хабермаса: непубличные отношения, направленные на получение прямой выгоды от сговора одних против других. Сам термин коммунальные отношения восходит к жуткому советскому феномену коммунальных квартир, когда в одной квартире за картонными перегородками могла жить пара десятков семей. Такие условия стимулировали особые отрицательные качества: скрытность, склонность к интригам, ненависть к окружающим.

По Зиновьеву, коммунистическое/советское общество – это одна огромная коммунальная квартира, полная подковёрной грязи, интриг, блата. В таком обществе социальные отношения становятся фикцией, главное – коммунальные отношения. Мало кто теперь задумывается о подлинном смысле однопартийной системы в СССР. Партия внутри себя организована не на социальных отношениях, а на коммуникативных (коммунальных) и если масштаб одной партии перенести на всю страну, то социальные отношения сами собой окажутся редуцированными, а всё полноценное общение людей будет концентрироваться только на коммунальных отношениях (например, в рамках партийных собраний разного уровня от простейших и вплоть до Верховного Совета СССР).

В постсоветском пространстве все болячки советского общества остались. Главная болезнь – резкое доминирование коммунальных отношений над социальными. Социальные отношения до сих пор всё ещё фикция. Мы продолжаем жить в обществе с ослабленными социальными связями.

Хабермас к нам не применим

Совет Хабермаса (развивать коммуникативные связи в рамках социальных) абсолютно бессмыслен для постсоветского общества. Дело в том, что развивать коммуникативные отношения не на чем. Нормальной базы социальных отношений нет. В Советском Союзе слишком долго убивали социальные отношения и столь же долго пестовали коммунальные. Например, возьмём белорусскую сеть НПО. Это очень замкнутая среда, которая часто организована не на принципах коммуникации Хабермаса, а на принципах коммунального общения Зиновьева. Во многих случаях по-другому и быть не может. Как правило, постсоветские люди иначе общаться не умеют. Они ничего не слышали и не имеют даже зачаточных навыков коммуникативной рациональности.

Данная ситуация с непрозрачностью белорусских НПО конечно же поддерживается государством. Неправильная налоговая политика по отношению к финансированию НПО ведёт к тому, что для собственного выживания НПО должны скрывать источники финансирования и, как следствие, становятся непрозрачными, непубличными сетками коммунального общения.

В любом случае в контексте нашего общества нормально функционирующего третьего сектора в Беларуси не может быть из-за того, что во всём обществе место и роль коммуникативных отношений занимают коммунальные отношения.

Демократизация по-нашему

На данном этапе развития белорусского общества совет Хабермаса к нам не применим. Нам нужно ещё дорасти до этого совета. Приоритетной социальной программой по демократизации Беларуси могла бы стать программа по укреплению социальных отношений и сворачиванию коммунальных. Нам нужно вначале стать правовым государством, в котором социальные отношения не являются фикцией, как это было в СССР.

Редуцировать коммунальные отношения можно только одним способом – старательно заменять их полноценными коммуникативными отношениями. Для этого нужно формировать в Беларуси публичное пространство. Можно при этом вполне табуировать политическую публичность. Без неё общество легко может обойтись. Пусть правящий режим спит спокойно. Но вот без публичности в сфере науки, культуры, этики обойтись нельзя. Без них общество задыхается в смраде коммунального общения.

Как видим, теоретически начать демократизировать Беларусь можно было бы и при нынешнем политическом режиме. Для этого нужно немного: санкция власти на развитие неполитической публичности, укрепление ценности социального общения, сворачивание сеток коммунальных связей.