Белорусская наука: искусство затягивания поясов

Белорусская наука: искусство затягивания поясовДальнейшее усугубление напряженностей в белорусской экономике, а также охлаждение отношений с Россией (которое не могло не сказаться и на совместных с ней научных проектах) впервые вынудили руководство нашей страны здраво взглянуть на реальный потенциал отечественных ученых. До сей поры на них, продолжающих оставаться объединенными в собственно советскую «вертикаль», планирование сколько-нибудь кардинальных проектов не распространялось. Времена изменились.

Проблема в данном случае заключается не только в том, что деградировал общий уровень высшего образования в Беларуси. В свое время у администрации Лукашенко – вследствие избыточности личных амбиций – не хватило сил на радикальное реформирование самой организации местной науки. Консервация ее структуры и институтов по модели БССР (т.е. вполне органичной части сверхдержавы, именовавшейся Советский Союз) на протяжении полутора десятков лет оказалась возможной на основе во многом продолжавшегося разделения исследовательских усилий с Москвой, а также благодаря российскому нефтегазовому «чеку».

В итоге, по оценке В. Цепкало, белорусская наука в период после распада СССР получила беспрецедентные меры государственной поддержки в виде:

– прямого бюджетного финансирования – около 110 миллионов долларов в год, из которых более половины пришлось на институты НАН;

– построенного за бюджетные деньги и переданного безвозмездно государством имущества в виде сотен тысяч квадратных метров офисных и производственных площадей (стоимостью не менее 300 миллионов долларов);

– возможности использования аренды от сдачи этого имущества на различные нужды НАН Беларуси, в том числе на зарплату;

– многочисленных выплат из бюджета за ученые степени и звания.

Получив всего с момента реорганизации в 2001 г. и прихода к управлению нового академического руководства, от государства поддержку в общей сложности более 500 миллионов долларов в виде прямого бюджетного финансирования, НАН удалось сохранить показатели эффективности  [1].

Сегодня же можно наблюдать достаточно лихорадочный и в основном бессистемный поиск вариантов сохранения сложившегося положения вещей. Осмысленной стратегии по продуцированию новых ресурсов выживания (а уж, тем более, воспроизводства) белорусская отраслевая (и – тем более – академическая) наука предложить явно не в состоянии. Так, институты НАН Беларуси (имея совокупный штат сотрудников в 17 тысяч человек) благодаря мерам государственной поддержки к 2009 г. сумели сохранить экспорт в объеме 6 млн. долларов. Этот объем составляет примерно такую же цифру, как и 10 лет назад: такую экспортную выработку дает небольшая ирландская или финская IT-компания численностью в 300 человек; и без каких бы то ни было бюджетных вливаний  [2].

И это все при том, что НАН Беларуси отнюдь не является запущенной территорией белорусского «экономического чуда»: там работает свыше 6,3 тыс. исследователей (в их числе 510 докторов наук и 1 880 кандидатов). Средняя зарплата по академии составила в 2009 г. 1 108,8 тыс. рублей  [3].

Тем не менее, спорадические решения, закладывающие некие контуры обретения наукой Беларуси нового облика в условиях информационной глобализации и грядущей тотальной самоокупаемости, безусловно, наблюдаются. Для их трансформации во всеобъемлющую конструктивную программу явно не хватает, во-первых, державной воли признать фиаско проекта Союзного Государства (до сих пор, как можно предположить, главного источника финансирования все еще сохранившихся здесь полу- и чисто оборонных отраслей). Во-вторых, следует отвергнуть явно избыточные претензии высшего руководства на сохранение базового «ассортимента» направлений научных исследований, присущего ведущим государствам мира.

Производятся частичная оптимизация взаимоотношений науки и производства, научных структур и их главного «министерства» (НАН Беларуси), а также намечаются контуры перевода все еще громоздкой структуры «руления» отечественными учеными на естественный для небольших масштабов страны лад.

Осуществляется этот процесс по следующим основным направлениям:

1.) Борьба за достижение хотя бы простого воспроизводства научных кадров в существующих академических и отраслевых институциях.

Согласно данным, обнародованным главным ученым секретарем НАН Беларуси С. Чижиком, проблема «утечки мозгов» в Беларуси сегодня не актуальна.

Выступая 28 мая 2010 г. в Минске на открытии республиканской научно-практической конференции «Перспективы развития республиканской системы научно-исследовательской работы студентов»  [4], он заявил: «Если раньше мы могли уехать поработать за 1-2 тыс. долларов, то сегодня молодые люди не поедут за такие деньги, а будут обустраивать свою жизнь здесь».

Говоря о заработной плате в науке, Чижик сообщил, что в конце 2009 г. в среднем она составила около 1 млн. 400 тыс. рублей (около 470 долларов США). По словам научного администратора, из-за ситуации, сложившейся в 1990-х гг., в НАН «практически отсутствуют специалисты 35-40 лет, поскольку они либо ушли в коммерцию, либо уехали за рубеж». По мнению Чижика, «научные институты НАН, безусловно, испытывают кадровый голод на фоне старения специалистов». Вместе с тем, количество молодых ученых до 29 лет составляет более 20% сотрудников академии.

Важно отметить, что нововведения в систему подготовки научных кадров, осуществленные профильным министерством, не дали особенных результатов, а именно  [5]: Беларусь существенно отстает по такому важному показателю европейского инновационного табло, как выпуск аспирантов и докторантов в расчете на тысячу человек населения в возрасте 25-34 лет.

В последние годы доля выпускников вузов, которые идут в науку, сокращается. Образование с точки зрения получения степени кандидата или доктора наук становится не престижным. Средняя эффективность аспирантуры в Национальной академии наук 6%, а по Министерству образования 4% (таково соотношение ежегодного числа аспирантов, защитивших диссертации в срок, и общего количества выпуска аспирантов).

Для спасения ситуации несколько лет назад было принято решение ввести магистратуру как научно-педагогическую ступень. По данным ВАК за 2006 г., после окончания аспирантуры защищались: до 1 года – 9 % из ежегодно утверждаемых ВАК кандидатских диссертаций, 1-2 года – 30 %, 2-3 года – 16 %, 3-5 лет – 17 %, 5-6 лет – 14 %. Инициаторы процесса введения магистратуры прогнозировали, что увеличение срока подготовки научной работы позволит повысить примерно до 40% удельный вес кандидатских диссертаций, которые защищаются в срок.

Правда, особого смысла интенсифицировать процессы защиты диссертаций вряд ли имеет смысл, пока (по данным Федерации профсоюзов Беларуси) зарплата молодого преподавателя вуза составляет около 455 тысяч рублей  [6]. Кроме того, процедуры утверждения защищенной диссертации структурами ВАК остаются в высшей степени субъективными и усложненными: нередки случаи, когда ее президиум отвергал решения ее же профильного экспертного совета.

В целом же, о реальном уровне белорусской науки на фоне развитых (пусть и не больших) европейских государств говорит следующая цифирь: по данным американской компании Thomson Reyters, на долю России сейчас приходится всего 2,6 % от общего объема мировой научной продукции (для сравнения – вклад Индии – 2,9 %, Китая – 8,4 %). В итоге в России масштаб зарубежного патентования приблизился к уровню Люксембурга (совокупные ресурсы российской и отечественной науки различаются – как традиционно считается – примерно на порядок). При том, что на протяжении последних лет за пределы Беларуси для зарубежного патентования (включая Россию, Украину и Казахстан) было направлено всего 6,5 -7 % поданных заявок  [7], масштаб соответствующих проблем можно себе представить.

2.) Неявный отказ от финансирования того широкого спектра научных исследований, который ранее был присущ науке БССР как части советского военно-промышленного комплекса; стремление изобильно финансировать те ее отрасли, которые способны принести реальную отдачу.

Так, президент РБ 22 июля 2010 г. подписал Указ № 378, которым определены приоритетные направления научно-технической деятельности в Беларуси на 2011-2015 гг. В частности, в ближайшие пять лет финансовые и кадровые ресурсы будут сосредоточены на таких направлениях, как:

– энергетика и энергосбережение;

– агропромышленные технологии и производства;

– промышленные и строительные технологии и производства;

– медицина, медицинская техника и технологии, фармация;

– химические технологии, нанотехнологии и биотехнологии;

– информационно-коммуникационные и авиакосмические технологии;

– новые материалы;

– рациональное природопользование, ресурсосбережение и защита от чрезвычайных ситуаций;

– обороноспособность и национальная безопасность.

В абсолютном большинстве эти направления носят жизнеобеспечивающий характер, позволяющий повысить уровень и качество жизни населения страны и ее национальную безопасность. Такое решение призвано обеспечить ориентацию научно-технической деятельности на реализацию проектов создания новых секторов экономики с высокой долей добавленной стоимости, низкой энерго- и материалоемкостью продукции, что будет способствовать интенсификации развития национальной экономики и повышению благосостояния населения  [8].

По планам С. Сидорского, озвученным на заседании белорусского правительства, за в 2011-2015 гг. предстоит в 6,5-7 раз увеличить финансирование на внедрение научных исследований и разработок. «Мы поставим задачу не просто финансировать – мы дадим науке ресурсы, которые должны активно, в десятки раз, увеличиться и перейти в реальную экономику. Разговор идет не о 700 млрд. BYR, которые сегодня отдаются в этот сектор экономики, разговор идет о триллионах рублей, которые должны будут активно работать в экономике страны», – заявил премьер-министр  [9].

В организационном плане упор в реализации данных программ будет осуществляться на создание (в дополнение к развитию столичной инфраструктуры) системы региональных технопарков. Процесс этот, правда, движется не без проблем.

По сообщениям официальной прессы, старт созданию научно-технологических парков в стране – колыбелей отечественных ноу-хау – был дан в 2007 году. Региональные технопарки, обозначенные в Государственной программе инновационного развития на 2007-2010 годы, предполагали взять под свое крыло самый рисковый и самый прорывной вид бизнеса – наукоемкий. Процесс оказался небыстрым.

Так, из программных документов, которые определяли пути создания технопарков, неожиданно исчез изначально предусматриваемый республиканский источник финансирования. Технопарки оказались уделом только местных бюджетов. Более того, 2009 год подморозил процесс. В итоге, например, за два года существования Гомельского технопарка из нужных 12 миллиардов рублей было получено только 1,5 миллиарда. Стройка была разбита на два пусковых комплекса. Сейчас область выделила еще 1 миллиард из инновационного фонда.

В августе 2010 г. вступили в силу изменения в Закон «О научно-технической политике», которые позволяют финансировать создание региональных технопарков за счет республиканского бюджета по статье «наука».

Официальный президентский печатный орган «не берется прогнозировать, что открытие технопарков в стране мгновенно обернется фонтаном эффективных проектов. Для этого нужна работающая правовая база, которая здесь только-только выстраивается.

В результате из технопарков, созданных во всех регионах Беларуси, реально работает и отвечает статусу – по квалификации газеты – только ЗАО «Технологический парк Могилев», близок к этому научно-технологический парк БНТУ «Метолит»  [10].

Промежуточные итоги [11].

26 марта 2010 г. на коллегии Государственного комитета по науке и технологиям Республики Беларусь (ГКНТ) обсуждались итоги реализации в 2009 г. мероприятий Государственной программы инновационного развития Республики Беларусь на 2007-2010 гг. (ГПИР).

Было отмечено, что в соответствии с Планом реализации ГПИР, утвержденным постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 25 апреля 2007 г. № 523 «Об утверждении плана реализации Государственной программы инновационного развития Республики Беларусь на 2007-2010 гг.», в 2009 г. в республике выполнялись 715 проектов, из них более 90, включенных в Перечень важнейших для развития экономики Республики Беларусь проектов создания новых высокотехнологичных предприятий и производств в отраслях и регионах страны (2008 – 2010 гг.), утвержденный Премьер-министром Республики Беларусь от 5 января 2010 г.

Общие инвестиционные затраты на реализацию инновационных проектов ГПИР составили 7 479 272,7 млн. руб.

Объем производства инновационной продукции, созданной в результате реализации всех инновационных проектов, составил 5 055 732 млн. руб. В соответствии с информацией Белстата, в 2009 г. по республике:

– доля новой продукции в общем объеме продукции промышленности составила 15,4 % (план 2009 г. – 17%);

– доля сертифицированной продукции в общем объеме промышленного производства – 68,3 % (69,5 %);

– доля затрат на приобретение машин, оборудования, транспортных средств, инструмента и инвентаря в общем объеме инвестиций в основной капитал – 39,1 % (48,5 %)…

В отчетный период 7 государственных заказчиков не выполнили рабочие этапы по 16 проектам ГПИР (11 проектам I уровня, 3 – II и 2 – III уровня), в том числе: Минсельхозпрод и Минский облисполком – по 5 проектам, Минстройархитектуры – 2, Минпром, концерн «Белгоспищепром», Гомельский и Витебский облисполкомы – по 1 проекту.

Основными причинами невыполнения заданий ГПИР были названы несвоевременная разработка и недостаточный уровень подготовки проектно-сметной документации, длительность процедуры проведения тендеров, невыполнение подрядчиками договорных обязательств по проведению строительно-монтажных работ и поставке оборудования, недостаточные объемы у заказчиков проектов собственных финансовых средств…

О некоторых причинах невыполнения заданий ГПИР и перспективах инновационного развития страны в следующем пятилетии говорил в своем выступлении на коллегии председатель ГКНТ И.В. Войтов. В первую очередь, он отметил недостаточный уровень финансирования научно-технической сферы, составивший в 2009 г. по всем источникам только 0,63 % от ВВП (из бюджета – 0,31 %). В США и Японии этот показатель составляет более 3%. На такой же уровень планирует перейти в ближайшее время и Европа (пока тратит 2,5 % от ВВП).

В дополнительном финансировании, по его мнению, также нуждается очень слабая отраслевая наука, на базе которой при оптимальном (хотя бы 1,5 % от ВВП) вложении средств можно было бы получить достаточно развитый научно-технический сектор.

По словам председателя ГКНТ, следует также серьезно подумать о создании при министерствах, облисполкомах и других органах государственного управления консалтинговых компаний и о развитии на их основе соответствующего партнерства, венчурного финансирования. С одной стороны, такие структуры могли бы заниматься привлечением инвестиций, с другой – экспортом услуг, товаров и работ из республики.

Лозунги «тотальной модернизации» на базе научных прорывов, которые надо еще подготовить и профинансировать, по-прежнему популярны среди лидеров белорусского государства: остается надеяться лишь на то, что развитие внешнеэкономической ситуации соблаговолит реализации их планов и прожектов.

--------------------------

[1] Цепкало В. Зачем нужна модернизация // СБ. Беларусь сегодня. – 4.08.2010.

[2] Там же.

[3] Писарева Н. Наука или жизнь. Передовица // СБ. Беларусь сегодня. – 6.05.2010.

[4] БелаПАН.

[5] Протаскин В. В белорусских вузах скоро не останется молодых преподавателей // zautra.by. 15.07. 2010.

[6] Там же.

[7] Сидоренко Г. Наука защищать и защищаться // СБ. Беларусь сегодня. – 26.03. 2010.

[8] Сообщение пресс-службы президента // СБ. Беларусь сегодня. – 27.07. 2010.

[9] Белорусы и рынок. – 26.07. 2010.

[10] Дралюк В. Лист ожидания для ноу-хау // СБ. Беларусь сегодня. – 29.05. 2010.

[11] БелИСА, 2.03. 2010.