Россия начинает с соседей

Недавно в журналах Newsweek и «Русский Newsweek»появились публикации о новых тенденциях во внешней политике России, которые, естественно, сразу привлекли большое внимание и вызвали массу комментариев.

«Русский Newsweek» сообщил, что в его распоряжении оказался проект якобы конфиденциального документа под названием «Программа эффективного использования на системной основе внешнеполитических факторов в целях долгосрочного развития Российской Федерации». Он будто бы составлен российским МИДом и, более того, уже предварительно одобрен Дмитрием Медведевым.

По сути, это новая внешнеполитическая программа страны, поскольку в целом рекомендации касаются отношений с 61 государством. Главный ее смысл заключается в установлении более тесных отношений с западным миром, прежде всего с Соединенными Штатами и Европой, с тем, чтобы обеспечить модернизацию отсталой российской промышленности. В соответствии с данной программой Россия должна переводить свою внешнюю политику на чисто прагматичную основу, ставя во главу угла собственные интересы, а не некие идеологические соображения.

Для пущей убедительности к программе было приложено сопроводительное письмо, будто бы написанное Сергеем Лавровым. В нем министр иностранных дел России в привычном духе винит в мировом экономическом кризисе «западноцентричную систему глобального управления при доминировании США» и не без удовлетворения констатирует, что «зашаталась материальная основа доминирования Запада в мировой политике, экономике и финансах». Однако и он призывает к созданию «модернизационных альянсов» с европейскими странами и отмечает необходимость «изыскивать возможности использования американского технологического потенциала».

Одни российские политологи восприняли публикацию с чувством глубокого удовлетворения, определив ее как оценку положения России в мире и признание того, что некоторые элементы самонадеянного подхода путинской эры должны быть смягчены. Другие же убеждены, что это не более чем аналитическая записка, подготовленная одним из членов экспертного сообщества или одним из экспертных институтов.

Но даже если допустить, что сей опус на самом деле имеет некий официальный статус, особых иллюзий питать не следует. Москва и раньше декларировала нечто подобное, однако ни к каким переменам это не приводило. Вдобавок ее нынешнее поведение никоим образом не свидетельствует о намерениях изменить отношения с западным миром. Напротив, Россия пытается внушить к себе уважение за счет конфронтационных шагов по отношению к ЕС и США.

Укрепление отношений с так называемыми «странами-изгоями», отказ Владимира Путина принять на параде в честь 65-летия Победы вице-президента США Джозефа Байдена и встреча Дмитрия Медведева с лидером террористической организации ХАМАС Халедом Машалем продемонстрировали это достаточно наглядно. А в ответ на призывы добиться в стране верховенства права и провести сопутствующие политические преобразования, как правило, следует: «Вы передайте нам новые технологии в обмен на выгодные контракты для европейских фирм. О состоянии политической системы мы побеспокоимся сами».

Все это в гораздо большей степени похоже на очередную тактическую уловку, каких немало было в российской истории. Трудно не согласиться с Юрием Афанасьевым, который считает, что во всех предыдущих случаях имели место попытки не просто модернизации, а имперской модернизации, смысл которой сводился к тому, чтобы взять у Запада какие-то институты, технологии, внедрить их в России, а затем с их помощью победить этот самый Запад. Вот и сейчас Кремль хочет модернизировать Россию, а когда она восстановит свое влияние и военную мощь до уровня советского периода, вновь вернуться к антизападной стратегии.

Подтверждением имперских устремлений служат также содержащиеся в проекте предложения по взаимоотношениям Москвы с бывшими советскими республиками. В частности, звучит призыв воспользоваться мировым финансовым кризисом для приобретения промышленных и энергетических активов в Прибалтике, Беларуси, Украине и Центральной Азии.

Кстати, весьма символичным штрихом к портрету «новой» России стало предостережение странам ЕС и НАТО от попыток вмешательства в процессы внутреннего развития государств на пространстве СНГ, сделанное на минувшей неделе тем же Сергеем Лавровым.

Именно этому направлению посвящена статья «Российский ответ» в Newsweek. Там сказано, что после «цветных революций», прокатившихся по ряду стран бывшего СССР, Кремль начинает брать реванш, переходя в контрнаступление на территориях, которые считает неправомерно отторгнутыми. Он использует серьезное экономическое давление и даже военную силу, пытаясь заключить страны постсоветского пространства в «братские» объятия или, как минимум, обеспечить там свое доминирующее влияние.

«Только в этом году Россия собрала два скальпа – украинского президента Виктора Ющенко и киргизского Курманбека Бакиева. выборы в Украине и события в Киргизии. Оба были изгнаны более дружественными по отношению к Москве претендентами на власть», – говорится в статье.

Конечно, утверждать, что в обоих случаях смена власти была напрямую инспирирована российским руководством, было бы, пожалуй, преувеличением. Например, в последнем случае превалировали внутренние причины. Но Москва использовала возникшее недовольство и помогла оппозиционерам своей кампанией в СМИ и повышением цен на энергоносители. Подозрительным кажется и то, что она безоговорочно поддержала временное правительство, чего раньше в аналогичных ситуациях за ней наблюдалось.

В статье делается вывод, что победы нынешнего года вдохновили Кремль на поддержку новых смен режимов в «ближнем зарубежье». Главной мишенью назван, естественно, Михаил Саакашвили, но в этом списке может оказаться и Александр Лукашенко. При этом будут использованы такие же схемы, как и в Киргизии.

Известный российский аналитик Андрей Пионтковский согласен, что после упомянутых успехов кремлевскими мечтателями овладело безумие. Но,по его мнению, ставка Кремля на пророссийского политика ни в Грузии, ни тем более в Беларуси не сработает «по той простой причине, что пророссийских фигур там нет в природе».

К сожалению, уверенности в этом нет. Скажем, среди грузинских оппозиционеров на первый план выдвигается сейчас Нино Бурджанадзе, которая неоднократно посещала Москву и встречалась с Владимиром Путиным. Правда, по мнению одного из ее ближайших соратников по оппозиционной партии «Демократическое движение Единая Грузия» Романа Кусиани, она никогда не стала бы обсуждать в Москве, как свергнуть Саакашвили. Возможно, однако тогда неясно, зачем ей нужно терять лицо, публично превращаясь в грузинского генерала Власова.

Да и в нашей стране подобные высокопоставленные фигуры наверняка имеются. Вот только инстинкт самосохранения правильно подсказывает им, что в настоящее время на этом поле лучше себя не проявлять. Соответственно, при нынешнем белорусском руководстве никакого серьезного пророссийского кандидата действительно быть не может – не случайно такую роль авторам пришлось отводить Андрею Санникову.

Вряд ли этого не осознают в Москве. Поэтому с ее стороны здесь просматривается стремление всего лишь попугать своего ближайшего союзника, вынуждая его тем самым к уступкам самого разного характера, прежде всего, экономического. На какие-то радикальные шаги, вроде непризнания итогов президентских выборов, она в подобных условиях не пойдет.

Тем не менее, попытки России восстановить свое доминирование в регионе, в том числе и таким путем, будут продолжаться. Это становится все более опасным, поскольку на данный момент в силу многих факторов как у Европы, так и у США значительно сократились возможности оказывать существенное влияние на процессы, происходящие в странах  постсоветского пространства. Эта проблема является для них далеко не первоочередной.

Остается лишь надеяться, что Запад все же не согласится с подобной монополией российских интересов на постсоветском пространстве, осознает  серьезность угрозы и будет препятствовать попыткам Кремля вмешиваться в компетенцию суверенных государств вопреки их желанию. Тем более, что никакой демократии тот своим бывшим сателлитам не несет.