Весеннее обострение

То, что в белорусско-российских отношениях происходит очередное охлаждение, очевидно уже несколько месяцев. Со всей очевидностью это подтвердила несостоявшаяся встреча Александра Лукашенко с Владимиром Путиным, когда тот посетил нашу страну для участия в заседании правительства союзного государства. Если перенос сроков официального визита белорусского делегации в Венесуэлу мог быть затруднителен, то уж смещение брестского рандеву никак не кажется чем-то невозможным, поскольку никаких вопросов экстренной срочности в его повестке дня не значилось.

Конечно, в пресс-службе правительства России заверили, что, дескать, упомянутая встреча и не планировалась, однако данное обстоятельство само по себе является весьма симптоматичным. Трудно представить, что нечто подобное могло произойти еще пару лет назад. Это лишний раз показало, что личные отношения двух политиков оставляют желать много лучшего.

Главная причина нынешних противоречий известна: категорическое нежелание Москвы отказываться от введения экспортной пошлины на основной объем поставляемой в Беларусь нефти. Кроме того, у белорусского руководства имеется целый ряд других оснований для недовольства современным состоянием сотрудничества в экономической сфере. Достаточно вспомнить сложившееся в последний год огромное отрицательное сальдо во взаимном товарообороте.

Как и следовало ожидать, сложившаяся ситуация не осталась без внимания российских политологов, в том числе близких к высшим политическим кругам своей страны. Поэтому высказанные ими взгляды, надо полагать, в той или иной степени отражают нынешние воззрения последних.

Вице-президент Центра политических технологий Сергей Михеев и заведующий отделом Беларуси Института стран СНГ Александр Фадеев попытались провести свой анализ с претензией на объективность (см. www.politcom.ru/9509.html и www.imperiya.by/politics1-7329.html). При всех содержащихся в их рассуждениях неверных подходах и просто несуразностях надо признать, что отдельные здравые соображения там все же присутствуют.

Например, трудно не согласиться с Фадеевым, когда он утверждает, что «договор о создании российско-белорусского союзного государства изначально не мог быть осуществлен, поскольку принципы интеграции, положенные в его основу, подобное объединение двух остающихся суверенными и независимыми государств делали не реальным. Причина одна – обе конституции предусматривают чрезвычайно широкие полномочия президентам двух стран, делиться которыми с некими союзными институтами они оказались не готовыми».

Однако, по большому счету, все сделанные этими экспертами заключения сводятся к тому, что независимо от того, продолжит ли белорусское руководство свою нынешнюю политику балансирования между двумя центрами или же окончательно выберет западный вектор в качестве основного, ничего хорошего ни страну в целом, ни ее власти не ожидает. Соответственно, единственным спасительным для нее вариантом является максимальное сближение с Россией. Авторы исходят из того, что при выборе западного вектора курс Беларуси на прямой конфликт с ней абсолютно неизбежен, так как именно это и есть главный фактор, интересующий новых партнеров Минска. Тем самым в очередной раз демонстрируется конфронтационное мышление, столь характерное для российской «придворной» политологии, как, впрочем, и практически для всей политической элиты.

Разумеется, с объективной точки зрения неправомерно предъявлять какие-либо претензии Москве за ее намерение перейти на чисто рыночные рельсы в экономическом взаимодействии с Беларусью. Однако только в том случае, если бы это стремление было искренним, то есть если бы российские власти заявили четко и однозначно: мы прекращаем все интеграционные игры и начинаем сотрудничать с Беларусью точно так же, как с любой другой страной. К сожалению, имперское сознание не позволяет им отказаться от неуемного желания вернуть «утраченные территории», хотя, как показывает практика, они и с теми, что есть, разобраться не в состоянии.

С другой стороны, здесь имеет место и откровенное желание получить достаточно лакомый кусок без чрезмерных затрат. С учетом того, что в данный момент отношения белорусского руководства с Западом вновь обострились, логично предположить, что если бы Кремль вместо энергетического давления предложил Минску смягченные условия, то он мог бы добиться гораздо большего, тем более, в преддверии президентских выборов.

Между прочим, этот вопрос уже поднимают и российские аналитики. Например, Владимир Зотов, судя по его тексту, вполне лояльный к своим властям, задается вопросом: «Способно ли выиграть что-нибудь государство, которое настолько уверовало во власть денег, что на полном серьезе начало мерить все, включая собственные успехи и неудачи, лишь приобретенными или потерянными активами?».

В начале марта российский Институт современного развития (ИНСОР) выпустил в свет доклад «Экономические интересы и задачи России в СНГ». Поскольку главой попечительского совета ИНСОРа является президент России Дмитрий Медведев, существует мнение, что данный институт помогает разрабатывать стратегию государственного развития страны. Основное внимание в докладе уделено экономическому взаимодействию, но политические «уши» авторам скрыть не удалось. В качестве примера можно привести, например, такую сентенцию: «Государства Содружества – это жизненное пространство, необходимое нашей стране для сохранения статуса великой державы». Или: «Особые права нашей страны на влияние в постсоветском регионе не признаются мировым сообществом».

То есть, несмотря на свою репутацию либерального центра, ИНСОР использует стандартную терминологию нынешней российской политической элиты: «великая держава», «особые права на влияние». При этом признается, что любые меры, ограничивающие доступ партнеров по СНГ на российский рынок, «даже вполне законные и обоснованные, будут затрагивать интересы значительных групп в странах Содружества и могут стимулировать нежелательные для нас электоральные настроения». Здесь наиболее примечательным выглядит слово «электоральные». Оно, как представляется, ясно показывает, что под желательным для Москвы развитием событий понимается формирование в государствах СНГ такого уровня ее влияния, который посредством выборов приведет там к власти пророссийские силы, то есть, фактически ставится откровенная политическая цель.

Таким образом, становится все более очевидным, что Кремль продолжает усиливать давление на союзника, что особенно чувствительно для белорусского руководства в чрезвычайно ответственный период приближения президентских выборов.

Видимо, кажущаяся близость желанной цели подвигла некоторых российских политических деятелей на выдвижение очередных идей по дальнейшей  интеграции. Правда, на сей раз уже не в двустороннем формате.

Сначала первый вице-премьер России Игорь Шувалов, выступая на международном экономическом форуме совета стран СНГ, поведал, что Таможенный союз в перспективе может трансформироваться в единое валютное пространство. В Бресте эту инициативу подхватил его шеф. «Введение единой валюты стимулировало бы работу субъектов экономической деятельности, упростило взаимные расчеты и минимизировало расходы субъектов хозяйствования, а значит, повысило бы их конкурентоспособность», – заявил Путин.

Но, без сомнения, всех превзошел доселе малоизвестный в широких кругах международной общественности депутат Государственной думы от «Единой России». Председатель комитета по экономической политике и предпринимательству Евгений Федоров направил недавно депутатам украинского парламента «принципы работы по воссозданию на пространствах Украины, Белоруссии и России Единого государства». Согласно его утверждениям, новое «высокоэффективное» образование к 2020 г. объединит «регионы от Кольского полуострова до Крыма, от Карпат до Сахалина, от Буга до Байкала». Что бы украинцы особо не артачились, столицей этой фантастической новой страны предложено сделать Киев. Будут созданы «надгосударственные органы, которым по мере формирования необходимых условий и выработки правил будут передаваться функции национальных госорганов власти и управления». Завершится же сей процесс принятием конституции единого государства.

Обещано также, что ВВП на душу населения в новом славянском супергосударстве сразу же вырастет до USD 30 тыс, продолжительность жизни достигнет 75 лет, а каждая средняя семья будет жить в квартире площадью 100 кв. м. Короче, как когда-то говорилось в комментариях к III программе КПСС (1961 г.), счастье польется бурным потоком.

Очевидно, нардепу не дают покоя лавры Пал Палыча Бородина. Правда, стоит отметить, что даже бывший начальник управления администрации президента РФ по связям с СНГ Модест Колеров, однозначно зарекомендовавший себя на той должности апологетом российской великодержавности, назвал данную инициативу «идиотизмом».

Конечно, будь то единичный случай, его можно было бы оставить без внимания. Однако постоянно растущее число высказываний подобного рода все более наглядно свидетельствует о том, что в Кремле по-прежнему мечтают не мытьем, так катаньем добиться реализации своей давней мечты – восстановления Советского Союза, пусть в усеченном виде и на иных принципах, но, разумеется, при непременном доминировании России.

Судя по всему, в Москве явно не вняли еще одному абсолютно верному утверждению того же Фадеева, в котором неудача в интеграции с Беларусью объясняется тем, что «Россия – самая богатая в ресурсном отношении страна в мире – не стала за эти годы достаточно сильным в геостратегическом отношении и высокотехнологичным, процветающим государством».

Похоже, там происходит массовое весеннее обострение «имперского синдрома». А в таких масштабах это не может не вызывать серьезных опасений.

Обсудить публикацию