Цены и доходы

/Экономические рукописи/

Цены и доходы: два параллельных мира

В течение 9 месяцев 2005 г. в Беларуси наблюдалась беспрецедентно низкая инфляция. Индекс потребительских цен составил всего 4,6%, значительно уступив украинской или российской инфляции. Однако затрагивает ли данное снижение инфляции все группы населения в одинаковой степени? Выигрывают ли от низкой динамики роста цен наиболее бедные слои общества? Оказывается, даже здесь есть белорусская специфика, поскольку официальный показатель инфляции живет у нас своей жизнью, а показатель стоимости набора базовых товаров и услуг – своей.

Случай из жизни

Недавно мне позвонила женщина из представительства одной международной организации. Год назад я помогала ей обосновывать необходимость повышения зарплаты для своего иностранного босса и его руководства, который работал в Беларуси в период 1994-1995 гг. и был уверен, что на ту же зарплату можно прожить также замечательно и 10 лет спустя. Прожив в стране месяц, он понял, что это не совсем так.

Расчеты показали, что из-за роста цен при практически «стоящем» долларе покупательная способность долларовой зарплаты в Беларуси только за два последних года снизилась почти в два раза. Т.е. за период 2002-2004 гг. потребительские цены в Беларуси выросли почти в два раза, а, например, в Украине – на 13,7%. Ситуация еще хуже, если сопоставлять инфляцию с девальвацией. Так, за период 2002 – сентябрь 2004 г. потребительские цены в долларах в Беларуси увеличились почти на 42%, в то время как в Украине – на 13,4%. Другими словами, USD100 в декабре 2001 г. равнялись USD58.3 в сентябре 2004 г., в то время как в Украине это соотношение составляло 100 к 86.6. За прошедший год (сентябрь 2004 г. к сентябрю 2005 г.) эта тенденция еще больше усугубилась, поскольку при практически неизменном долларе (он даже напротив – укрепился) цены выросли на 10%. В результате, покупательная способность USD100 по сравнению с декабрем 2001 г. снизилась до USD51.

Следовательно, то, что можно было купить в 2001 г. за 500 долларов, теперь стоит тысячу. Не знаю, смогли ли работники местного представительства убедить свое Женевское руководство поднять им зарплаты, однако упомянутая помощница руководителя позвонила опять и на ответ о том, сколько составила инфляция в этом году (всего 4,6%), очень сильно удивилась. Как говорится, не верю глазам своим. Ее личные впечатления о росте цен в Беларуси никак не совпадали с официальными данными Минстата. Также ее удивило и расстроило и то обстоятельство, что никто не считает параллельный или альтернативный показатель инфляции, поскольку «корзинка» товаров и услуг, по которой Минстат считает инфляцию, закрыта для общественности. Как и многая другая информация.

Другими словами, мы просто должны верить работникам министерства статистики и не заниматься самодеятельностью, пытаясь на основании их или своих данных проверить корректность подсчета роста цен. А недавно белорусское телевидение показало, что министр статистики получил очередную правительственную награду из рук президента. Действительно, отлично работает министерство статистики, которое правильно реагирует на все достижения белорусской экономики.

Возвращение административного регулирования цен

По итогам 9 месяцев 2005 г. инфляция составила 104,6%, что является абсолютным рекордом в новейшей истории Беларуси. И хотя этот показатель по-прежнему выше, чем в Польше или Литве, зато существенно ниже, чем в России или Украине. Проведение в течение последних нескольких лет относительно жесткой денежно-кредитной политики не могло не дать результатов. Еще одним фактором некоторого замедления инфляции является постановление Совета министров №117, которое, кстати, является закрытым (например, в широко распространенной базе нормативно-правовой базы РБ «Консультант» его нет). Так вот, согласно этому постановлению в Беларуси фактически опять введено административное регулирование роста цен. Любое предприятие, независимо от формы собственности и вида деятельности, повышение цен свыше 0,6-0,8% в месяц обязано согласовывать в Министерстве экономике (в департаменте контроля цен).

Такое жесткое административное регулирование предельных уровней повышения цен в месяц в нашей стране наблюдалось в 1999-2002 гг., когда правительство и Нацбанк печатали ничем не обеспеченные деньги для помощи предприятиям и одновременно – путем административного регулирования цен – пытались обуздать инфляцию. Естественно, что ничего путного из этого не вышло: рост цен в то время значительно превышал формально разрешенные 2-5% в месяц, в то время как предприятия из-за низкой нормы прибыли ощущали острую нехватку оборотных средств и были не в состоянии осуществлять инвестиции. А их продукция по конкурентоспособности стала проигрывать своим российским и польским аналогам. Казалось бы, негативные уроки такой политики были усвоены. Однако, оказывается, в 2005 г. у нас есть все основания для закрепления отрицательного опыта.

Как и какие цены растут в Беларуси

По данным Министерства статистики и анализа за 3 кв. 2005 г. потребительские цены повысились на 0,6%, а с начала года – на 4,6% (9% годом ранее). Однако дезинфляция (снижение темпов инфляции) в третьем квартале происходила гораздо медленнее, чем в начале года. Это связано как с определенным смягчением монетарной политики в июне-июле (надо же поддерживать предприятия промышленности и сельского хозяйства, часть из которых прочно сидит на «инфляционной игле»), так и с повышением тарифов на услуги ЖКХ и другие виды услуг, цены на которые устанавливаются административно. Т.е., как и прежде, больше всего растут цены в государственном секторе экономики, надежно защищенном государством от элементов конкуренции и рынка.

Так, несмотря на формальный запрет повышать цены на услуги ЖКХ больше чем на USD5 в месяц, в третьем квартале продолжился их плавный рост, опережающий увеличение других групп цен. За 9 месяцев тарифы на услуги ЖКХ повысились на 6,6%, связи – на 6,4%. Последовательная «индексация» тарифов на газ и электроэнергию для населения, с целью приведения их к затратам, обусловила их рост на 12,7% с начала года. Накануне отопительного сезона, когда повышение тарифов практически не отражается на расходах на услуги ЖКХ, были значительно индексированы и тарифы на некоторые другие виды коммунальных услуг. Наконец, существенно подорожал проезд в городском и пригородном пассажирском транспорте (на 12,9 и 15% соответственно).

Естественно, что рост этих тарифов в наибольшей степени отразился на малообеспеченных слоях населения, поскольку их оплата занимает относительно высокую долю в их потребительских расходах.

В третьем квартале 2005 г., по информации Министерства статистики, дешевели продовольственные товары. За три месяца они подешевели на 1%. Такая закономерность становится особенно интересной, если принять во внимание, что в сельском хозяйстве в этот период наблюдался спад производства, а доходы населения росли (т.е. происходило сокращение предложения при повышении потребительского спроса, а цены при этом, вопреки рыночным законам, снижались). В 3 кв. 2004 г., например, несмотря на очень хороший урожай, цены на продовольственные товары выросли на 0,2%.

Одним из возможных объяснений (если не принимать во внимание скепсис к данным Минстата в целом) снижения цен на продукты питания в текущем году является сдерживание их роста при помощи установления потолка цен и максимально допустимого уровня рентабельности у производителей ряда социальных продуктов (постановление Министерства экономики №165).

Темпы роста цен на непродовольственные товары стабилизировались на отметке 0,2% в месяц. На данном сегменте рынка факторы низкого роста цен остаются неизменными: стабильность валютного курса, падение евро относительно доллара и высокая конкуренция.

Инфляция и бедность

Повышение потребительских цен происходило неравномерно: наиболее высокими темпами дорожали товары и услуги, входящие в корзину для расчета бюджета прожиточного минимума (БПМ). С начала года БПМ увеличился на 11,6%, что почти в три раза превышает прирост ИПЦ за этот же период. При этом указанный эффект от подорожания коммунальных услуг лишь частично объясняет такое существенное расхождение между этими показателями. Очевидно, что и другие товары и услуги, входящие в БПМ, также существенно подорожали, обусловив относительное ухудшение положения наименее обеспеченных домохозяйств.

При этом такое несовпадение роста потребительских цен в целом и наиболее значимых для населения, особенно его беднейшей части, отдельных видов цен (тарифы ЖКУ, молочная и мясная продукция, проезд в общественном транспорте) в Беларуси наблюдается практически постоянно. Так, по итогам 2004 г. ИПЦ вырос на 14%, а БПМ – на 20%, а несколько лет ранее это отставание было еще более заметным. Получается, что в стране проводится квазисоциальная политика, в результате которой более всего растут цены на товары и услуги, составляющие бюджет прожиточного минимума.

Бедность в стране, конечно, уменьшается, ведь политика административного увеличения номинальных доходов населения и доведения среднестатистической зарплаты до USD250 в эквиваленте к концу года продолжается. Однако сокращение бедности происходит значительно более медленными темпами, чем номинальный рост доходов. Ведь пенсия или зарплата может расти, а во рту у многих групп населения слаще не становится. Поскольку покупательная способность денег изменяется прямо пропорционально не росту цен на телевизоры или обувь, а базовым товарам и услугам. А их рост зачастую обгоняет рост пенсий, зарплат и стипендий.

Виден ли конец ценовой пирамиды

Рыночные реформы возможны только в условиях, когда цены формируются на свободном рынке и несут в себе реальную информацию о ценности экономических ресурсов и потребностях общества. Без либерализации цен невозможно проведение структурной трансформации экономики, связанной с институциональными преобразованиями – созданием рыночных институтов для активизации основных инструментов рынка – конкуренции и предпринимательства. Только свободные цены несут в себе объективную информацию о ценности ресурсов и потребностях общества. Именно они позволяют наиболее точно ответить на вопросы: что производить, как и для кого, направляя потоки ресурсов и капитала в отрасли, где они обеспечивают максимальную экономическую эффективность.

В Беларуси эту истину долгое время игнорировали. С самых высоких трибун заявлялось о необходимости регулировать цены. В условиях очень мягкой, проинфляционной денежно-кредитной политики президент говорил о 1,5-2% инфляции в месяц и назначал ответственным за рост цен министра экономики. Правительство дружно рапортовало «есть!»  и вводило новые предельные индексы изменения цен в месяц (квартал) и другие регламентирующие нормативные акты. В результате в Беларуси фиксировались очень жесткое административное регулирование цен и самая высокая инфляция на просторах СНГ.

Учитывая кумулятивный эффект (т.е. считая рост цен нарастающим итогом) в Беларуси по сравнению с Россией или Украиной цены выросли в сотни и тысячи раз больше. После 2001 г. необходимость в популизме, в реализации политики помощи предприятиям несколько снизилась, что позволило резко ужесточить денежно-кредитную политику и снизить инфляцию. Однако отсутствие реформ, в первую очередь структурных (приватизации, повышения мотивации собственников и работников к росту эффективности, отсутствие рыночной регуляторной среды),  приводит к тому, что производители просто вынуждены периодически поднимать цены, чтобы покрывать растущие затраты из-за неэффективного функционирования своих предприятий.

Так, предприятия ЖКХ не сталкиваются с конкуренцией в виде кондоминиумов или просто частных предприятий, оказывающих коммунальные услуги, с одной стороны, с другой же – не могут сократить всех лишних работников и начальников в системе ЖРЭО, а с третьей – у руководителей отсутствует мотивация по снижению затрат и росту прибыльности. Кроме того, регулирование цен и рентабельности вынуждает предприятия быть убыточными или низкоэффективными, сохраняя потенциал для роста цен в будущем. Как следствие, государственные предприятия успешно «обосновывают» необходимость повышения цен, а Национальный банк печатает под это новые и новые деньги. Населению остается поверить в миф о существовании «инфляции издержек».

В результате в Беларуси цены на многие товары установились на уровне или выше российских, украинских, литовских или польских. Цены в г. Минске, по данным Министерства статистики, составляют 70% от московских, чего не скажешь, кстати, о доходах.

К теме роста потребительских цен (и их долларовом эквиваленте) мы еще вернемся в следующих статьях. Сейчас же попытаемся ответить на вопрос: сможет ли белорусское правительство (а оно у нас по-прежнему отвечает за инфляцию, а не Национальный банк, как во всем мире) удержать инфляцию в 2005 г. в таких низких пределах? Скорее всего, нет, и в четвертом квартале цены опять начнут расти, несмотря на все ценовое регулирование, а по итогам года рост цен составит 8-9%. В белорусских условиях очень трудно прогнозировать конкретные цифры, никакой математический аппарат не работает, поскольку значительная часть экономики функционирует в режиме ручного управления. Однако бюджетных ресурсов или инструментов протекционистской политики не хватит на помощь всем убыточным предприятиям (а их количество прямо пропорционально их свободе поднимать цены).

Следовательно, потребительские цены и дальше будут расти. Причем ощущение раздвоенности от реального роста цен (и качества уровня жизни) и данных, фиксируемых официальной статистикой, будет только возрастать.

Метки