Газ в обмен на акт

/Бартер/

Газ в обмен на акт

Возможно, лев с ягненком и возлягут вместе,
но тогда ягненок возляжет в утробе льва.

Джон Макдональд, премьер-министр Канады

 

Записной оптимист в вопросах создания союзного государства Беларуси и России, по совместительству государственный секретарь этого виртуального образования Пал Палыч Бородин в очередной раз впал в эйфорическое состояние. На состоявшейся неделю назад презентации итогов социологического опроса «Лидеры общественного мнения о Союзном государстве» он заявил, что данная структура есть только первый шаг к восстановлению единства постсоветского пространства, «а потом в состав Союзного государства войдет вся Европа, где нет ни территории, ни рабочих мест, ни национальных программ».

Конечно, эта штука будет покруче, чем даже ремонт Кремля. Счастье Европы, что у нее осталась такая светлая перспектива. Чуть более трезвая оценка развития событий показывает, что даже сами учредители не могут пока прийти к единому мнению по наиболее принципиальным моментам союзного строительства. На данный момент просматривается три основных противоречия: по содержанию конституционного акта союзного государства, по введению единой валюты и по поставкам Беларуси российского газа в следующем году.

Насколько известно, принятие решения об использовании российского рубля на нашей территории в качестве единственного платежного средства отложено до лучших времен уже несколько месяцев назад, то есть ситуация в последнее время не менялась, а посему нового рассмотрения не требует. Поэтому ограничимся двумя оставшимися проблемами.

Начнем с газа. Честно говоря, задержка с подписанием соответствующего соглашения не вполне понятна. Есть мнение, что она вызвана разными взглядами сторон на стоимость голубого топлива. Помнится, однако, еще на апрельской встрече в Сочи Владимир Путин пообещал Александру Лукашенко и в 2006 г. сохранить прежнюю цену на газ, то есть 46,68 долларов за тысячу кубических метров. С тех пор никаких сведений об изменении этой позиции не поступало. Напротив, выступая примерно месяц назад на Х Белорусском эколого-энергетическом конгрессе, первый вице-премьер белорусского правительства Владимир Семашко заверял аудиторию в том, что для нас сохранится цена 46,68 долларов, и в этом смысле мы приблизимся к российскому рынку, к созданию равных условий по стоимости энергоресурсов для наших предприятий.

Тогдашний заместитель главы «Газпрома» Александр Рязанов подтвердил в конце сентября, что в 2006 году стоимость газа для Беларуси останется на прежнем уровне, хотя и предупредил о ее повышении через год. Правда, в связи с переходом на уплату косвенных налогов в стране назначения цена в Беларуси автоматически увеличилась на стоимость НДС – примерно на 7,128 долларов. Однако в июне Россия согласилась предоставить Беларуси очередной кредит в размере 146 миллионов долларов на компенсацию этих затрат. Кроме того, на следующий год поставки запланированы в объеме 21,0-21,5 миллиарда кубометров. Но, как и в нынешнем году, «Газпром настаивает, что часть их, а именно 1,4 миллиарда, наша страна должна оплачивать по среднеевропейскому тарифу.

Возможно, конечно, что торг относительно этой суммы, составляющей примерно 150 миллионов долларов, как раз и является причиной того, что оба радостно объявленных срока подписания указанного соглашения – в июне и сентябре – оказались сорванными. Называется еще один возможный повод: невыполнение белорусской стороной договоренностей по завершению строительства компрессорных станций на нашем участке газопровода Ямал-Европа в течение нынешнего года. Если две из них должны быть введены в строй 25 ноября, то открытие двух других перенесено на весну.

Однако с учетом более глобальных обстоятельств данные толкования выглядят не слишком убедительно. В самом деле, поскольку Россия в лице «Газпрома» ежегодно субсидирует белорусскую экономику миллиардами долларов, то весьма сомнительно, чтобы здесь он вдруг пошел на принцип из-за 150 миллионов, являющихся для него копейками. Что же касается станций, то, как известно, российский газовый гигант подписал с крупнейшими немецкими компаниями соглашение о строительстве Североевропейского газопровода по дну Балтийского моря. Соответственно, оказался практически забытым проект строительства через Беларусь второй нитки газопровода Ямал-Европа. В этой ситуации столь жесткая позиция по такому поводу, тем более в отношении ближайшего союзника, также выглядит труднообъяснимой.

Нет, конечно, в качестве формального повода могут быть использованы оба упомянутых варианта. Но именно как повод, не более. Думается, что настоящие причины лежат в совершенно иной плоскости. Вот тут-то на горизонте и появляется незабвенный конституционный акт.

Напомним, что волынка с ним тянется с июня 2000 года, когда стороны еще пребывали в определенной эйфории, что выразилось в обещаниях завершить всю эту работу в течение года. На деле, однако, задача оказалась гораздо более сложной. Причем выявившиеся разногласия были и остаются принципиальными. Вначале основное заключалось в приоритетности: по мнению Москвы, первоочередной была выработка единой экономической политики. Затем серьезные противоречия возникли относительно равноправия и суверенности субъектов нового образования, что привело к приснопамятным «мухам и котлетам».

Казалось, вопрос закрыт навсегда, однако в январе нынешнего года Москва его реанимировала, когда спикер Госдумы Борис Грызлов заявил, что конституционный акт предстоит принять уже в этом году. Эта неожиданная спешка стала следствием украинской «оранжевой революции». Мгновенно вышла из летаргии соответствующая комиссия Парламентского собрания, другие экспертные группы, и в конце октября тот же Грызлов объявил, что проект практически готов к рассмотрению на Высшем государственном совете, заседание которого было намечено на 15 ноября.

Однако оное не состоялось, да и о новых сроках говорится как-то туманно (если, разумеется, не считать очередных уверений Пал Палыча). А поскольку данный документ был объявлен главным предметом обсуждения, то поневоле возникает подозрение, что собака зарыта именно здесь. Особенно если вспомнить, что, согласно Союзному договору 1999 года и Уставу СГ, на рассмотрение ВГС выносятся только те вопросы, по которым консенсус уже найден.

Стало быть, консенсус не найден, что, впрочем, не удивительно. Уж больно разнятся подходы сторон. Белорусский лидер желает никак не менее, чем полного равенства и возможности невозбранно гулять по российскому политическому полю. Как назло, ни того, ни другого почему-то не хочет российское руководство. В таких условиях отыскать консенсус действительно мудрено. Но Москве кажется, что у нее есть возможность нажать на несговорчивого партнера, в том числе посредством того же газа, и это позволяет предположить, что данная подвешенная ситуация будет тянуться до тех пор, пока она не добьется своего – или не осознает всю беспочвенность своих претензий. Короче, если раньше мы покупали газ за поцелуи, то сейчас в качестве платы требуется нечто более существенное. Со всеми вытекающими последствиями.

P.S. Из вышеизложенного абсолютно не следует, что Кремль только и ждет, когда же это, наконец, несговорчивый коллега будет отстранен от власти и, соответственно, не будет оказывать ему поддержки на грядущих президентских выборах. Будет, а впоследствии однозначно признает их итоги вне зависимости от истинного результата. Для этого имеются и специально подобранная команда наблюдателей во главе с проверенным Владимиром Рушайло, и подходящая теорийка, согласно которой у Запада и Востока свои варианты демократии. Поэтому, господа, не учите нас жить.

Метки