Государственная идеология

Споры по поводу так называемой «государственной идеологии» выявили две противоположные позиции. С одной стороны оказались те, кто по указу президента занимается ее разработкой и «внедрением» в массовое сознание. С другой – либерально-демократически настроенные ученые, категорически отвергающие не только предлагаемый А. Лукашенко вариант «идеологии белорусской государственности», но и саму возможность существования в современном демократическом обществе какой бы то ни было государственной (одной на всех) идеологии. В данной статье предлагается иная, отличная от вышеназванных, точка зрения. Мы не отрицаем значимости самого понятия «государственная идеология» [1] и предлагаем подумать над тем, как наполнить его адекватным содержанием.

1. «Идеология» государства

Государство не может существовать без некоторой совокупности идей, выражающей волю граждан к совместной жизни. Она объединяет их в единое целое, формирует гражданское сообщество. Государственная идеология содержит в себе представления граждан о путях развития общества и государства и детерминирует приоритеты текущей государственной политики. Само понятие «государственная идеология» в современном обществе, как правило, не используется. Сказывается либеральная традиция, в которой идеология связывается с деятельностью политических партий и интересами отдельных социальных групп. В сознании западного человека государство выражает интересы общества в целом. В странах СНГ понятие «государственная идеология» также не в почете. В массовом сознании оно вызывает негативные ассоциации с «идеологической работой», «идеологическим контролем» и прочими атрибутами советского прошлого. В некоторых конституциях на этот счет даже предусмотрены специальные запреты (см. Конституция РФ, ст.13). Однако по сути «идеологическая» работа в том или ином виде проводится везде. В развитых странах Запада это называется «обучением демократии» и осуществляется в рамках политического (гражданского) образования. Собственно говоря, употребление тех или иных терминов – дело вкуса. Если слово идеология не вызывает в белорусском обществе активного отторжения – почему бы и нет [2]. Главное ведь в том, что за этим словом скрывается.

Государственная идеология или, иначе говоря, идеология государственности по своему определению призвана аккумулировать политические идеи и ценности, разделяемые большинством сограждан. В демократическом обществе она обеспечивает либерально-демократический консенсус, способствует сплочению граждан вокруг демократических идеалов. Общезначимыми (консенсусными) ценностями для него стали безопасность, собственность, справедливость, свобода, равенство. Идеология государства находит свое концентрированное выражение в государственной конституции. Этот документ символизирует собой своего рода общественный договор о том, каким граждане хотят видеть общественный порядок и что они полагают в качестве социальной и политической справедливости. В нем зафиксированы основополагающие принципы демократического правления – порядок избрания органов власти, правила, регулирующие деятельность государственных чиновников, способы разрешения политических конфликтов. Положенные в основу конституции идеи и ценности обеспечивают общественное «единодушие» по основополагающим вопросам общественной жизни. Подобно всякой идеологии, конституция государства содержит в себе не только (и не столько) настоящее, но и будущее. Свобода, равенство, справедливость никогда не обеспечиваются полностью. С течением времени эти понятия наполняются новым, все более полным содержанием.

Государственная идеологии транслируется в общество через систему гражданского образования, которая создается государством при активном содействии институтов гражданского общества – фондов, общественных и политических организаций, церкви. Гражданское образование обеспечивает постепенное вовлечение индивида в социум, его становление в качестве самостоятельного субъекта социальных и политических отношений. Оно помогает человеку адаптироваться в данной политической системе, учит его строить свои отношения с властью и обществом на правовой основе. Чтобы стать гражданином, необходимо знать, как устроено и функционирует демократическое государство, приобрести навыки политического участия, научиться цивилизованно обсуждать и решать общественные проблемы. Способствуя усвоению гражданами норм и правил общественной жизни, гражданское образование обеспечивает преемственность господствующей системы ценностей, формирует доверительное отношение к социальному окружению, уважение к существующим политическим институтам и общественному порядку.

Попытки «поискать» «государственную идеологию» за пределами государственной конституции – не столь уж редкое явление на территории бывшего СССР. Дискуссии на эту тему уже который год продолжаются в России, очевидные «успехи» в этом деле демонстрируют республики Средней Азии. Причины этого явления разнообразны. В их числе:

– характерное для советского времени отношение к конституции как к чему-то формальному, не существенному, мало связанному с действительностью (на словах одно, на деле другое);
– скрытое несогласие с заложенными в конституции либерально-демократическими идеями и ценностями, стремление подменить их произвольно конструируемыми идеологемами;
– политический популизм, позволяющий манипулировать общественным мнением, путем создания утопических проектов; стремление говорить народу только то, что он хотел бы услышать;
– методологическая ошибка, связанная с подменой понятия «государственная идеология» другим, близким ему по содержанию понятием – «национальная идея».

Политические спекуляции по поводу «изобретения» «новой» государственной идеологии отнюдь не означают, что этой проблемы для Беларуси вовсе не существует. Успех демократических реформ во многом зависит от уверенности граждан в необходимости социально-экономических и политических преобразований, от способности государства наметить общезначимые цели и ценности, обеспечить общественное согласие. Для этого необходима эффективно действующая система воспитания демократической гражданственности. Это долгий и трудный процесс, требующий объединенных усилий власти, элит, гражданского общества. Не случайно в послевоенной Германии процесс избавления от наследия национал-социализма назвали «перевоспитанием» нации. Нечто подобное должно произойти и у нас.

Для Беларуси государственная идеология, понимаемая как «обучение демократии», имеет особое значение. Неудачи в проведении реформ, проблемы политических выборов и «политического выбора» обусловлены состоянием политического сознания населения, отсутствием гражданской политической культуры, низким уровнем политического и экономического образования. Государственная идеология должна способствовать «лечению» больного общества: формированию гражданского самосознания, избавлению от социальной пассивности и иждивенчества, застаревших догм и стереотипов прошлого.

Государственная идеология Республики Беларусь содержится в ее Конституции. Обществу предстоит пройти долгий и трудный путь развития, прежде чем конституционные принципы правовой государственности наполнятся реальным содержанием. Конституция еще долго будет нам «на вырост». Социальное государство, эффективная экономика, достойный уровень жизни — все это пока еще в проекте.

Демократически ориентированная «государственная идеология» придает смысл и значимость «идеологической» (воспитательной) работе. Ее главными задачами становятся политическое просвещение, формирование гражданских компетенций, воспитание социально значимых качеств личности. Важнейшими из них являются:

– чувство личного достоинства (уважение к своей персоне, осознание своей значимости);
– самостоятельность (способность к ответственным решениям и просвещенному выбору; экономическая, моральная, гражданская автономия личности);
– толерантность (терпимое отношение к другому – его религии, идеологии, убеждениям, мнению; готовность позволить другому человеку быть иным, не похожим на тебя);
– солидарность (чувство сопричастности ко всему, что происходит в обществе, готовность участвовать в решении его проблем);
– ответственность (способность соизмерять свою свободу со свободой других, личные интересы –- с интересами общества);
– критическое отношение к власти (способность отличать правду ото лжи в политике; стремление контролировать деятельность народных представителей);
– готовность отстаивать свои права и свободы.

«Гульнi ў ідэалогiю»…

«Пойди туда, не зная, куда,
принеси то, не зная, что».

В Республике Беларусь дискуссия о государственной идеологии была инициирована в 90-х годах президентом страны А. Лукашенко. Учитывая сложившуюся в обществе ситуацию, эту инициативу можно было бы считать вполне разумной и оправданной. Переходное общество испытывает острую потребность в общественном согласии, общезначимых целях и приоритетах. Однако цель этой кампании с самого начала была иной: обеспечить политическому режиму дополнительную легитимность, вернуть белорусскому народу «утраченные» за годы перестройки социалистические «иллюзии».

Научная «проработка» государственной идеологии в Беларуси была поручена Институту социально-политических исследований при Администрации Президента Республики Беларусь. В 1999 году увидела свет книга [ 3], подводящая итог проводимым с 1997 года научно-исследовательским разработкам по теме «Идеология белорусской государственности: концепция, модель, программа реализации». В работе нашли отражение «основные тенденции научно-технического развития», долгосрочные сценарии развития цивилизации, критика либерализма и индивидуализма, призывы к возрождению «духа общинности и коллективизма», борьба с «паразитическим вирусом» инфляции путем «замораживания» цен и многое другое. Не было в ней главного – общественного идеала, способного вдохновить массы.

Отсутствие «содержания» является характерной чертой всех идеологических проектов, выполняемых по «госзаказу». Публикации на тему государственной идеологии содержат лишь обтекаемые фразы о «белорусском пути развития», «простые, понятные каждому честному человеку истины» [ 4 ]. «Наши граждане требуют не политических игр, – пишет М. Мясникович, – а справедливости, солидарности, взаимопомощи, социально-политического единства власти и народа. Это и есть та идеологическая система ценностей, в которой сегодня живут государство, общество и человек» [ 5 ].

Особый «накал» «идеологической работы» пришелся на 1998-99 годы. Многочисленные совещания на высшем уровне и встречи президента с академической общественностью завершились появлением новой «созидающей» утопии. Была сформулирована триада основополагающих ценностей, включающая в себя «сильную президентскую власть», «социально-ориентированную экономику» и «христианские (читай – православные) ценности». Новыми их можно назвать лишь условно. Формула режима правления в царской России, выдвинутая в начале XIX века министром просвещения С.С. Уваровым звучала очень похоже. Ее составляющими частями были «православие, самодержавие, народность» [3]. Она была призвана обеспечить мощь и величие Российской империи и в качестве официальной теории насаждалась в школе, университетах, армии, государственном аппарате.

Мечта о «сильной руке» не один десяток лет согревала душу советского человека. По мнению ученых, в условиях переходного общества сильная президентская власть обладает несомненными преимуществами перед парламентским правлением [ 2 ]. Она избавляет от ненужных споров, помогает сконцентрировать усилия на решении важнейших задач. При всей спорности этого тезиса, он имеет право на существование, когда речь идет о проведении реформ. При этом сильная власть рассматривается не в качестве идеала, а вынужденной, временной меры. Утверждение авторитаризма в качестве «общественного идеала» препятствует демократизации и без того далекого от демократии белорусского общества. Вместо того, чтобы воспитывать самостоятельность и инициативу, он консервирует его патриархально-патерналистскую политическую культуру. Концентрация власти в руках одного человека избавляет народ от необходимости думать. Постоянно опекаемые государством, белорусы лишены свободы, а вместе с ней и ответственности за ее использование.

«Социальная экономика» не случайно заменяет в белорусской «триаде» русскую «народность». «Социально незащищенные» слои населения давно уже составляют большинство. Принцип социальной справедливости содержится в конституциях многих современных государств. Он говорит о более высокой ступени в развитии правовой демократической государственности, смягчающей последствия экономической конкуренции путем перераспределения части национального дохода в пользу неимущих. Политика социального государства предполагает наличие высокоразвитой экономики. «Богатое» общество может позволить себе такую задачу, как обеспечение всем согражданам достойных условий жизни. В условиях переходной экономики, не имея под собой реальной материальной основы, идея социального государства легко становится средством политических спекуляций. Проведение структурных реформ, монетарная и бюджетная политика требуют от Беларуси сокращения доставшихся «в наследство» от советского времени многочисленных социальных программ, льгот, пособий. Спекуляции на государственной благотворительности ведут к консервации экономических проблем. Вместо того, чтобы обеспечивать экономический рост, и тем самым, увеличивать размер общественного «пирога», государство «озабочено» его «справедливым» распределением.

Социальное государство в условиях «разбитой» экономики –- это «культ бедности» и «равенство в нищете». Оно препятствует формированию у населения экономического мышления, демократической правовой и политической культуры. Подпитывая патерналистские иллюзии, оно провоцирует завышенные социальные ожидания, гасит предприимчивость и инициативу. Раздутая социальная политика выгодна правящему режиму. Экономическая зависимость от государства делает людей более послушными и управляемыми [4].

Христианские ценности занимают в сознании современного белоруса традиционно скромное место. Годы атеистической пропаганды не прошли даром. Гораздо больше людей сегодня волнует мысль о дополнительном заработке, нежели о спасении души. Однако объединение граждан на базе общей конфессиональной принадлежности и не должно быть задачей государства. Согласно Конституции Республики Беларусь, оно отделено от церкви и гарантирует личности право на моральную и религиозную автономию. Попытки государства опереться на христианские ценности оставляет за пределами гражданского сообщества представителей других конфессий, которых в Беларуси не так уж и мало. В полиэтничном и многоконфессиональном обществе государство должно создавать условия для мирного сосуществования и развития всех его граждан. В основу демократической государственности положен диалог культур, способность к компромиссам, политическая и идеологическая толерантность.

Государственная идеология, как и всякая совокупность идей, лучше всего проверяется практикой [5]. Об идеологии белорусской государственности образца 90-х говорит проводимая А. Лукашенко политика. Вместо проведения реформ, власть занимается их имитацией. По основным показателям в общественной жизни сделан значительный шаг в прошлое. Во внешней политике продолжался активный поиск врагов. В экономике – «проедание» того, что досталось от советского прошлого. В политической сфере происходила постепеннаяутрата основных демократических завоеваний [6]. Формирование гражданского общества блокируется наступлением государства на общественные и политические организации, закрытием газет, фондов. Объединение молодежных, профсоюзных, предпринимательских организаций в единые, подконтрольные государству структуры, жесткий контроль над системой образования, активизация «идеологической работы» в массах говорят о нарастании тоталитарных тенденций. Власть пытается подчинить своему контролю все сферы жизни общества.

Вместо того, чтобы обеспечивать базовый ценностный консенсус, политическое руководство несет в общество раскол и противостояние. Среди тех, кто поддерживает президента, преобладают люди пенсионного возраста, с низким уровнем образования и дохода, жители деревень. Наиболее активная часть населения — молодежь, предприниматели, люди творческих профессий — оценивает нынешний политический режим резко отрицательно. В условиях проводимой экономической политики они не видят для себя никаких перспектив. Единственное, что в последние годы объединяет и тех, и других, так это постоянно снижающийся уровень жизни. Сегодня не только «традиционно» социально незащищенные слои населения, но и большая часть «среднего» класса проживаетза чертой бедности [7].

К настоящему моменту «государственная идеология» образца 90-х себя полностью исчерпала. Идея «сильной» президентской власти уже не способна служить вдохновляющим стимулом к «трудовым свершениям». После внесенных в Конституцию изменений у Президента было достаточно «чрезвычайных» полномочий и времени для «наведения порядка». Акцент на этом может вызвать лишь неприятные для президента вопросы. Упор на христианские ценности повлек за собой проблемы при принятии закона о религиозных организациях. Политика «социального государства» уходит в прошлое по причине отсутствия средств. Понадобились новые идейные ориентиры, призванные укрепить ослабевающую легитимность и объединить страну вокруг политического лидера.

27 марта 2003 года президент Беларуси выступил на семинаре «руководящих работников республиканских и местных государственных органов по вопросам совершенствования идеологической работы», где в общих чертах высказал свое видение «новой» государственной идеологии. В докладе содержались лишь две концептуально значимые идеи, претендующие на статус «новых» идеологических ориентиров. Первая касается «мессианской» роли Беларуси среди восточнославянских народов, которую ей сегодня, в силу сложившихся обстоятельств, приходится выполнять. Причина в том, что «Россия сегодня перестает быть, к сожалению, духовным и культурным оплотом восточно-евразийской цивилизации». По словам президента, «в восточнославянском мире мы остались единственной страной, открыто проповедующей верность нашим традиционным цивилизационным ценностям». Вторая идея дает понять, что же именно позволяет Беларуси претендовать на роль восточнославянского «лидера». Оказывается, мы сохранили многие традиционные ценности, утраченные нашими соседями. В их числе на первом месте стоит «способность трудиться не только ради наживы, но и для блага общества, коллектива, других людей». Идеология либерализма, по словам президента, является глубоко чуждой менталитету белорусского народа. В противовес западному «индивидуализму» мы будем опираться на «коллективизм» и «взаимопомощь», «социальную опеку и уважительные отношения государства и народа» [8].

В выступлении много здравых суждений, с которыми трудно не согласиться. Например, с утверждением о том, что политический компонент белорусской «государственной идеологии» содержится в нашей Конституции [9]. Не лишено оснований и замечание президента о том, что «с воспитанием гражданина» в стране «дело обстоит из рук вон плохо». В принципе можно согласиться и с его обвинениями в адрес тех преподавателей, которые несут свои идеологические пристрастия в аудиторию и тем самым навязывают студентам свои политические убеждения. Задача учителя в том, чтобы научить ученика мыслить самостоятельно, делать сознательный выбор и нести за него ответственность [10]. И уж совсем невозможно возражать по поводу требования президента создавать государственную идеологию «не под Лукашенко, а надолго».

В других местах доклад вызывает недоумение. На чем, к примеру, основано утверждение, что «белорусская экономическая модель доказала свою эффективность»? Чем объяснить стремление белорусов к интеграции с Россией, если последняя «утратила роль лидера» славянских народов, а ее экономическая модель не может быть для нас примером? Как совместить признание президентом того очевидного факта, что «сельское население Беларуси спивается», «уровень преступности растет», с отсутствием каких-либо практических шагов по изменению сложившейся ситуации (реформированию колхозов, введению частной собственности на землю и пр.)?

Но самое главное все же не в этом. В докладе много такого, с чем невозможно согласиться, не вступая в противоречие с действующей Конституцией. Так, например, отвергая либеральные ценности как «противоречащие» белорусскому менталитету, президент ставит под сомнение заложенные в Конституции принципы правовой государственности. Ведь их основу составляют пресловутые либеральные ценности – свобода слова, собраний, ассоциаций, частного предпринимательства, экономическая и политическая конкуренция, разделение властей. В развитых странах Запада по этому поводу уже давно сложился ценностно-нормативный консенсус. Ни одна из легально действующих политических партий не ставит их под сомнение. В другом месте, выражая недовольство по поводу отсутствия у обществоведов «единого мировоззренческого стержня», президент тем самым отказывает им в свободе мнения, которой они наделены, будучи гражданами демократического государства. Реализация этого требования на практике привела бы к запретам на профессии по политическим мотивам, что давно осуждается во всех цивилизованных странах.

Вопиющей нелепостью звучит призыв (или требование?), обращенный к преподавателям, которые не согласны с нынешним политическим курсом. Президент предлагает им открыто «заявить об этом» и оставить свою работу. В цивилизованных странах несогласие с позиций политического руководства еще не означает несогласия с Конституцией. Напротив, демократия дает человеку право свободно критиковать тех, кого он избрал в качестве своих представителей. Демократическая гражданственность как раз и проявляется в требовательном отношении граждан к своим избранникам. Демократия предполагает контроль над политиками со стороны гражданского общества. Преподаватель не только имеет право, но и обязан, в силу особой социальной значимости своей работы, занимать активную гражданскую позицию. В своей деятельности и убеждениях он ориентируется на Конституцию, а не на вкусы и пристрастия тех или иных политических лидеров.

Отсутствие внятных, содержательных идей, эклектизм и наличие многочисленных противоречий свидетельствуют о том, что главной причиной нынешней идеологической кампании является не столько сама «идеология», сколько «идеологическая работа» как таковая. Международные события последних месяцев в очередной раз показали ее возможности по мобилизации масс и «промывке мозгов». Президент не скрывает своей зависти к тому, как работает пропагандистская машина в США, каким потенциалом она обладала в Ираке. В государственной идеологии его интересуют возможности, которые она дает для сохранения политического режима в критические для него моменты.

* * *

Итак, понятие «государственная идеология» по своей сути амбивалентно. В одних случаях оно служит обновлению общества – способствует формированию демократической политической культуры, просвещает и обучает граждан пользоваться полученной свободой. В других – стагнации и консервации существующих проблем, средством манипуляции общественным мнением и достижения конъюнктурных политических задач. Популистские программы обладают завидной способностью объединять одну часть общества против другой. Люди легко поддаются соблазну обнаружить «причину всех бед» в других – национальных меньшинствах, «врагах народа», просто богатых и обеспеченных. Смысл любой государственной идеологии в объединении общества, обеспечении условий для нормальной жизни всех его членов. «Государственная идеология», которая ставит своей целью противопоставить одну его часть другой, расколоть общество на враждующие группы, по своей сути (независимо от воли ее создателей) становится «антигосударственной».

Метки