Россия-Беларусь

Россия-Беларусь: слабое звено региональной политики

Заявление директора Федеральной службы безопасности России Николая Патрушева о прямом вмешательстве Украины в процесс смены режима в Беларуси настолько сенсационно, что его с полным основанием можно назвать началом нового этапа развития восточноевропейского региона – в том смысле, что Россия вынуждена признать новую роль Восточной Европы в международной политике. Наиболее интригующим моментом этой ситуации является то, что именно Беларусь, которая по какому-то роковому стечению обстоятельств на протяжении всей своей многострадальной истории оказывалась в тени любых региональных и политических течений, сейчас становится ключевым звеном в этой политике.

Речь, конечно, идет не о том, что с понедельника к Александру Лукашенко потянется череда лидеров, чтобы высказать свое почтение в связи с новой ролью нашей страны. Демарш Николая Патрушева, разумеется, не вызван заботой о политической судьбе Александра Лукашенко. Это понимают все. Николай Патрушев ясно дал понять миру, что Россия весьма обеспокоена появлением нового игрока в регионе – Украины, которая демонстрирует реальное стремление изменить сложившийся статус-кво. С другой стороны, слова главы ФСБ свидетельствуют о том, что у России нет сегодня четкой стратегии эффективного противодействия вызовам новой ситуации.

На самом деле все началось не с высказываний Патрушева. «Осиное гнездо» растормошил грузинский лидер Михаил Саакашвили, опубликовавший 10 мая 2005 года в газете «Вашингтон пост» статью, которую можно рассматривать в качестве программной. В этой статье он утверждает, что настало время новой «Ялтинской конференции» – добровольной ассоциации новых европейский демократий, продвигающих три главные цели – восстановление территориальной целостности (т.е. прекращение сепаратистских тенденций), укоренение демократии в регионе и, наконец, содействие распространению принципов свободы и демократии за пределы Черного моря.

Украинский президент Виктор Ющенко, похоже, разделяет все три цели, но формулирует свои намерения более осторожно. Его главная задача, особенно с учетом итогов завершившегося неофициального саммита СНГ в Москве, сегодня очевидна. Она заключается в существенном снижении влияния России в регионе посредством ослабления в первую очередь Содружества независимых государств. При этом, однако, нет оснований полагать, что Ющенко пойдет на создание противостоящего России блока. Скорее, Украина думает о том, чтобы предложить региону новый полюс притяжения, основанный не на ностальгии по великой державе и не на ожидании поставок дешевой энергии, а на приоритете альтернативной модели развития для тех обществ, которые разделяют убежденность, что демократизация и экономическое процветание идут рука об руку.

Грузия, по-прежнему испытывающая серьезные экономические проблемы, пока не способна играть подобную роль. Украинский истеблишмент на этом фоне выбрал довольно удачную метафору для описания собственной цели – быть «локомотивом» для тех стран региона, которые хотят стать членами Европейского Союза. Но сегодня для наполнения такой метафоры реальным содержанием фактуры пока немного. К украинскому «локомотиву» могут с наибольшим основанием присоединиться Болгария и Румыния, стоящие в очереди на вступление в ЕС ориентировочно в 2007-08 годах. Молдова также имеет реальные шансы стать членом этой группы. В отношении Грузии, однако, есть проблемы главным образом экономического свойства.

Именно на этом участке возникает наиболее яркая интрига. Вся логика регионального развития говорит о том, что в этой группе должна быть Беларусь! Но при одном условии: Александр Лукашенко должен покинуть президентский кабинет в здании на ул. К.Маркса, 38.

Украина сегодня позиционирует себя также в качестве потенциального посредника в решении региональных проблем. Украинское «приглашение» российской флотилии покинуть крымские базы к 2017 году создает благоприятный моральный фон для Грузии. Из Тбилиси немедленно последовали аналогичные «приглашения» закрыть российские базы в Батуми и Ахалкалаки до января 2008 года.

Но Украине не все пока удается. Например, недавняя инициатива Киева по урегулированию приднестровского конфликта оказалась несостоятельной, поскольку при ее формулировании демократические принципы по какой-то причине были забыты, а сама инициатива выглядела вариацией на тему «Меморандума Козака», ранее предложенного Россией.

Молдова ожидала, что Украина откажется от роли «спонсора» приднестровского сепаратистского режима, установит жесткие территориальные границы и выступит гарантом выборов в рамках унитарного молдавского государства. Этого, однако, не произошло. Официальный Киев сфокусировался на проведении отдельных выборов в Приднестровье, которые могли бы только усилить сепаратизм этого анклава. Западные аналитики связывают этот политико-дипломатический провал преимущественно с фигурой главы украинского национального Совета Безопасности Николая Порошенко. Министр иностранных дел Борис Тарасюк избежал на сей раз критики.

В отношении Беларуси позиция Украины гораздо более соответствует грузинской. 19 апреля 2005 года Украина поддержала резолюцию Комиссии по правам человека ООН, в жестких тонах осудившую практику режима Александра Лукашенко в области прав человека. Затянувшийся скандал вокруг освобождения украинских участников чернобыльской демонстрации в Минске 26 апреля 2005 года лишь подлил масла в огонь. Киев постоянно и жестко реагировал на задержку с освобождением своих граждан, особенно когда стало ясно, что российские участники той же демонстрации были быстро освобождены. Глава украинского дипломатического ведомства Борис Тарасюк в чрезвычайно жестких и несвойственных дипломатическому сленгу насмешливых выражениях прокомментировал объяснения Александра Лукашенко по данному инциденту, которые были даны на встрече белорусского и украинского лидеров на торжествах 9 мая с.г. в Москве.

Украинская политика по отношению к Беларуси, таким образом, стартовала весьма агрессивно. Практицизм и рациональность такого подхода ставится под сомнение экспертами, особенно с учетом, что Лукашенко сохраняет реальные шансы на успех в президентских выборах 2006 года. Но ставки в игре высоки – имидж «оранжевой революции» необходимо поддерживать и дома, и в региональном масштабе, постоянно отодвигая при этом Россию на второй план. Может сложиться впечатление, что Украина и США совместно распределили роли в этой игре. Американцы, как всегда, будут «оплачивать счета» (если найдутся деньги), а Киев будет поставлять «солдат» свободы, как это было 26 апреля, или, по крайней мере, не противодействовать стремлению украинских активистов (например, из движения «Пора») «потренировать» своих белорусских коллег в практике цветных революций.

Вывод, что украинские ставки в игре действительно высоки, подтверждается и довольно продуманной дипломатической практикой этой страны в плане мобилизации поддержки собственной стратегии со стороны партнеров-соседей. В этом смысле решающая роль, конечно, отведена Польше. Анализ итогов визита польского премьера Марека Белки в Киев в марте с.г. свидетельствует, что после эйфории, связанной с успешной ролью Польши в украинской революции, стороны вернулись к прозаичным экономическим проблемам, которые сохраняются в отношениях между странами. Но в целом обе страны удовлетворены этими отношениями. Польша всячески поддерживает украинские шаги в региональном контексте. Украина в свою очередь заинтересована в возможностях польского лобби в Европейском Союзе.

Украина также активно действует в прибалтийском направлении. Виктор Ющенко, в частности, поддерживает имидж «старой доброй дружбы» с литовским президентом Валдисом Адамкусом. Как полагают специалисты, многое в динамике развития отношений Украины и прибалтийских стран будет, впрочем, зависеть от решения экономических вопросов, многие из которых остаются пока открытыми, а предложения по их решению выглядят весьма противоречиво.

Отношения с Румынией также складываются достаточно благоприятно. Новый румынский президент Траиан Басеску во многом обязан «оранжевой» революции, ставшей катализатором его собственной победы на выборах. Территориальные проблемы не играют на современном этапе прежней роли. Румыния понимает важность стабилизирующей роли, которую играет сегодня Украина на восточной границе. Данный аргумент выглядит довольно весомо в контексте предстоящей процедуры вступления Румынии в ЕС. Румыния также видит в лице Украины важного партнера, который способен аккумулировать существенную часть румынского экспорта (например, автомобильной продукции), в случае, если рынок ЕС окажется более требовательным.

В дополнение к двусторонним отношениям Украина полна решимости активизировать взаимодействие в рамках многосторонних региональных структур. Недавние шаги, предпринятые в плане возрождения группы ГУАМ, подтверждают этот тезис. Тот факт, что Узбекистан принял решение о выходе из группы, имеет свои позитивные стороны. Теперь у форума есть шансы стать мощным фактором формирования региональной политики. Чрезвычайно важно, что недавний апрельский саммит ГУАМ – вместе с президентами Литвы и Румынии – посетил высокопоставленный представитель США Ричард Манн. Украина сегодня прекрасно вписывается в американскую политику продвижения демократии в регионе. В этом смысле Джордж Буш, конечно, должен был посетить Киев в ходе своего майского европейского турне, но воздержался от этого, как полагают, лишь в силу опасений придать американо-украинским отношениям чрезмерной «интимности» – в особенности, если иметь в виду, что Виктор Ющенко только недавно (в апреле) завершил свой визит в США.

Европейский Союз пока остается прохладным по отношению к Украине, хотя ее членство могло бы стать дальнейшим шагом в формировании европейского дома. Но в Брюсселе все еще рассматривают украинское членство в ЕС преимущественно с точки зрения «столпотворения» в этом самом доме.

Стремясь по возможности максимально цивилизованно «нейтрализовать» Украину, Россия в своей дипломатии злоупотребляет аргументом о возрождении на своих западных границах группировки стран времен «холодной войны». Поэтому министр иностранных дел Борис Тарасюк предпочитает в последнее время меньше уделять внимание региональному аспекту украинской дипломатии (в реальности, однако, приоритетному). Теперь глава украинской дипломатии предпочитает говорить о том, что Украина помогает укреплять демократию в глобальном формате.

Подводя итоги, следует отметить, что Николай Патрушев прав в своих опасениях. Если говорить об Украине, то Россия, несомненно, проиграла очередную невидимую войну.

Не менее важен и другой аспект. Если Украина всерьез собирается конкурировать с Россией в регионе, необходимо учитывать, что ее экономические рычаги влияния гораздо слабее российских. Украинский козырь – в потенциале действий «под руководством» США в сфере продвижения и укрепления демократических ценностей. В конечном счете Европейский Союз также будет вынужден следовать данному «канону».

В этой цепи для Украины остается одно «открытое» звено. Это звено – Беларусь. Без Беларуси альянс сторонников Украины, состоящий из Молдовы и Грузии, не будет выглядеть убедительно.

Демократическое кольцо вокруг Беларуси, таким образом, становится все уже. Во всех отношениях – геополитически, исторически, логически – мы должны стать частью Европы и рано или поздно завершить смутный «начальный период». Это своего рода закон политической эволюции. В этой связи сигнал «SOS», высказанный главным разведчиком России, вряд ли способен серьезно остановить действие этого закона.

Юрий Кожуро

16.05.05


Другие публикации автора

Перейти к списку статей

Открыть лист «Авторы : публикации»

Метки