Новая белорусская номенклатура

/Аппарат/

Новая белорусская номенклатура

Вот уже несколько недель в Беларуси осуществляются  кадровые перестановки в высших эшелонах власти. На прошлой неделе существенным изменениям подвергся кадровый состав Администрации президента РБ. В самом этом факте не было бы ничего удивительного (во всем мире чиновников назначают, смещают, вновь назначают), если бы не два обстоятельства: во-первых, избранный для этого момент и, во-вторых, многочисленность «перестановок и рокировок».

Вручая удостоверения и букеты вновь назначенным чиновникам, Александр Лукашенко так обосновал свои решения: «Я предупреждал и ранее, что мы должны до президентских выборов полностью закончить формирование структур органов власти и управления в нашем государстве. После сегодняшних перестановок, рокировок и назначений мы в основном закачиваем эту работу. Но еще раз хочу подчеркнуть: я очень бы хотел, чтобы к выборам мы подошли – во всех структурах, на всех уровнях – с людьми, которые будут работать после избирательной кампании. Я не хотел бы, чтобы кто-то из вас ждал президентских выборов и думал, будет он работать на какой-то должности или нет. Наверное, это было бы неправильно. Поэтому я предупредил всех, что эту работу мы проводим до выборов. Так, наверное, будет правильнее». Трудно понять, что имеет в виду президент, когда предлагает вновь назначенным чиновникам не ждать президентских выборов и не думать о должностях. По-моему, они как раз и назначены для того, чтобы думать о выборах и сражаться в этой связи за свои должности.

Однако, как бы ни были сами по себе интересны новые персоны, появившиеся в верхних эшелонах белорусской власти, попробуем отвлечься от их «личных дел». Гораздо более важным мне представляется то обстоятельство, что, произведя все эти назначения, А.Лукашенко действительно практически завершил свою длительную работу по формированию модели  управления, которая с поразительной точностью воспроизводит известную еще с советских времен систему номенклатуры.

Напомним, что в свое время проблема возникновения в СССР так называемого нового класса, позже получившего название «номенклатура», была исследована югославским диссидентом Милованном Джиласом и подробно проанализирована писателем, ученым, дипломатом Михаилом Восленским (1920-1997), который еще в 1976 году был лишен советского гражданства. Его книга «Номенклатура» до сих пор остается наиболее полным и подробным исследованием системы правления в СССР.

Михаил Восленский определял номенклатуру как новый правящий класс управленцев, который берет свое начало из ленинской подпольной организации профессиональных революционеров. Изобретателем номенклатуры в ее современном виде он считал Сталина, который предельно формализовал порядок назначения на руководящие посты, превратив его в бюрократическую рутину правящего аппарата.

Главное, что требуется от номенклатуры, это политическая лояльность, и лишь во вторую очередь – добросовестность, компетентность. Об этом совершенно откровенно говорит и глава белорусского государства. Представляя в качестве первого заместителя главы Администрации президента Анатолия Рубинова, президент отметил, что он впервые в своей практике рискнул назначить на эту должность академика: «Анатолий Рубинов очень грамотный, убежденный человек, имеющий свою точку зрения, преданный государству». Сказано предельно ясно: иметь свою точку зрения – значит, быть преданным государству. Именно это свойство позволяет академику, многие годы занимавшемуся изучением лазерных сред, не только занять высочайший административный пост, но еще и быть главным «смотрящим» по вопросам идеологии. По заданию президента Анатолий Рубинов «усилит идеологическую работу в нашем государстве».

Реализуется в Беларуси еще одно важнейшее свойство номенклатуры – ее замкнутый характер. Войти в номенклатуру непросто, но выйти из нее еще сложнее. Как пишет тот же Михаил Восленский, «легко меняются специальности, кабинеты и персональные машины, незыблемой остается принадлежность к номенклатуре». Производя последние кадровые замены, Александр Лукашенко постоянно подчеркивал, что бывшие министры и чиновники будут направлены на другую работу, где смогут и дальше преданно служить делу. Стало уже доброй традицией отправлять прежние кадры, например, в Совет Республики. Работа непыльная, но все же номенклатурная.

Завершая представление новых должностных лиц в Администрации, президент особо подчеркнул, что у него нет больших претензий ни к одному из чиновников, переведенных на другую работу. «Никто никого не выбрасывает за борт. Тем более что есть возможность проявить себя на новых местах. И у меня есть еще определенные замыслы по этим кандидатурам», – подчеркнул он.

Конечно, случаются в номенклатуре и скандалы, которые часто напоминают публичную порку. Этого не избежали в свое время многие бывшие соратники Александра Лукашенко. Уверена, что многим это еще предстоит. Польза от таких скандалов очевидна: имидж подправить, электорат позабавить. На последнем заседании в Администрации президент вновь, как водится, погрозил пальцем в сторону чиновничества, пообещав, что в ближайшее время будет ужесточена борьба с коррупцией: «Руководители Прокуратуры и Государственного секретариата Совета Безопасности определят, как они в тесном взаимодействии будут помогать Президенту бороться в этом направлении». Что ж, сказано предельно откровенно: место прокуратуры в системе государственной власти –  «помогать президенту»…

Некоторые отличия нынешней белорусской от традиционной советской номенклатуры существуют по вопросам получаемого вознаграждения. Времена все же меняются. На смену прежним благам – закрытым распределителям, квартирам улучшенной планировки, четвертому главному управлению Минздрава СССР – приходят новые блага: большое жалованье, льготные кредиты, поездки за рубеж и т.п. Впрочем, в белорусский номенклатурный набор по-прежнему входит и особое лечение (так называемая лечкомиссия), и льготные путевки в санатории Сочи и Юрмалы, и возможность пользоваться служебным автомобилем. Рискну предположить, что белорусской номенклатуре все это не очень нужно – она  предпочла бы брать деньгами. Однако такая схема снабжения благами для многих является оправданием собственной лояльности по отношению к высшим уровням власти.

Исследователи номенклатуры неизменно подмечали, что она носит наследственный характер. В нашем случае этот признак пока только наметился. Сыновья и дочки белорусских номенклатурщиков еще достаточно молоды. Однако все чаще мы подмечаем наличие схожих фамилий в различных министерствах и ведомствах. Думается, отнюдь не случайно в репортажах белорусского телевидения с различного рода совещаний под руководством президента камера неизбежно фиксируется на молодом человеке чем-то неуловимо похожем на главу государства. Разумеется, пока Виктор Лукашенко не наследный принц, но он уже в «обойме».

Можно и дальше искать и находить параллели между нынешней системой государственной власти в Беларуси и системой номенклатуры в СССР. Однако важно подчеркнуть главное – совпадение самой модели управления. Ее можно представить в виде пирамиды, основание которой составляют местные администрации (номенклатура низшего уровня), а на вершине размещается президент и его администрация. Это завершенная и, по мнению главы государства, самая целесообразная форма. С его точки зрения, система местных органов власти не требует уже никаких изменений: «… Там совершенствовать особо нечего – структура сложилась, она четкая, компактная». Определенные корректировки могут быть только на верхнем уровне. Сегодня вся эта «номенклатурная пирамида» проходит проверку на прочность в ходе сбора подписей за выдвижение Лукашенко кандидатом в президенты. При всей любви нынешней власти к так называемому административному ресурсу, никогда прежде он не был задействован так последовательно и жестко. Как известно, план по подписям сегодня доведен чиновниками до каждого вуза, предприятия и организации. Да и как пустить дело на самотек, когда поставлена масштабная задача – собрать 3 млн. подписей. По существу это и есть половина от численности белорусских избирателей.

Чем же опасно возрождение номенклатуры? В конце концов, нет ни одной страны в мире, где не было бы чиновничества и администрации. Но в том-то и дело, что между чиновничеством и номенклатурой существует принципиальная разница. Все тот же Михаил Восленский, подмечая эту разницу, задается вопросом: «Кто является определяющей силой для чиновничества и для номенклатуры, чью волю они выполняют?». Тут и выяснится, что чиновники выполняют приказы государственных органов, тогда как номенклатура сама диктует свою волю этим органам.

«Чиновники – привилегированные слуги, номенклатурщики – самовластные господа». Именно эта система и эти принципы реставрированы в современной Беларуси. Следствием этой системы является непрозрачность власти и волюнтаризм. Для номенклатурщика на первом месте стоит правило двух «У» – угадать и угодить. Угадать, что нужно начальству, и угодить исполнением этих желаний.

Любопытно, что Александр Лукашенко очень любит ругать представителей своей «вертикали» за бездушное отношение «к нашим людям». Более того, периодически проводятся даже целые кампании по искоренению хамства и волокиты в органах власти. Правда, это дает весьма кратковременный эффект. Так еще весной прошлого года любого белорусского номенклатурщика можно было напугать пресловутой «Книгой замечаний и предложений». Кто сегодня помнит об этих книгах? Да иначе и быть не может. Сколько ни горячись, номенклатурщика этим не изменить. Он находится в системе жесткой иерархии и, желая там оставаться, должен демонстрировать рвение, прежде всего по отношению к вышестоящим уровням. Так рождается по существу новый класс. Отчуждение народа от политики, от возможности хоть как-то влиять на принимаемые решения представляется представителям белорусской номенклатуры очень удобным, логичным, целесообразным.

Пропасть между нею и обществом уже сегодня очевидна, и она продолжает расширяться. Не стоит забывать, что любые пропасти опасны. Независимо от того, на какой  из сторон находиться.  

Метки