Белорусский джихад

В войне не бывает выигравших –
только проигравшие.

Артур Невилл Чемберлен

Труп российского инженера, убитого на прошлой неделе в пригороде Багдада, до сих пор находится в руках американских оккупационных сил. Человека средь бела дня застрелили из автомата на одной из самых оживленных магистралей, ведущих в центр иракской столицы. К сожалению, никто не даст каких-либо гарантий, что жизням еще двух захваченных специалистов из России не угрожает такая же публичная казнь, какой алькайдевцы подвергли перед видеокамерой гражданина США Ника Берга.

Публичное отрезание вражеских голов, а несчастный Ник не являлся даже резервистом, с одной стороны, как и танковые атаки на мечети, с другой, можно считать знаками перехода иракского конфликта в стадию «замачивания в сортире». У сторон, увязших в войне, не остается стимулов для взаимного учета традиций и менталитетов. Через этот этап в свое время прошла Россия в своем чеченском конфликте – годы пожимания рук и уговаривания завершились методичным истреблением друг друга. Это логичное завершение любой операции по умиротворению. Другого пути нет – или война до победного конца или сразу, по испанскому примеру, сдача всей нации в плен террору.

Очаг кровавого противостояния, в котором замешаны враги, друзья и союзники, всегда предоставляет массу поводов для относительного безнаказанного политического «покусывания» сверхдержав некими мелкими, но исключительно ароматными суверенными насекомыми. Немало таких монстров мы найдем на родных телевизионных и печатных просторах.

Глумление над каждой новой жертвой из рядов, неустанные напоминания о перспективе получения американскими матерями очередных гробов, радостное перечисление признаков дестабилизации в стране, где в настоящее время никто, к сожалению, не в силах навести элементарного порядка – все это прекрасно характеризуют уровень геополитического мышления и объем идеологического тромба в головах руководителей белорусской государственной пропагандистской машины.

Антиамериканизм является важнейшей составной частью идеологической платформы белорусского политического режима. Частично он пересекается с антилиберализмом – еще одним заклятым идеологическим врагом режима А. Лукашенко. Факты издевательств в иракских тюрьмах появились, как по заказу. Белорусская пропаганда попыталась мгновенно объявить проявившуюся среди охранников тюрьмы «Абу-Граиб», часть которых уже предстала перед судом, склонность к безнаказанному Образ Соединенных Штатов на белорусских экранах и страницах государственных газет давно оказался воплощением агрессивности, жестокости и необузданного насилия.

Белорусским официозом даже страшная смерть несчастного американского безработного была отнесена к разряду полезного для президента Буша урока, так как «обезглавленный Ник также стал косвенной жертвой американского тюремного произвола» (Игорь Кольченко. «Настало время длинных ножей»). Между прочим, если опереться на столь любопытную минскую версию, то с тем же успехом вышедшего на волю Андрея Климова, заработавшего во время отсидки в белорусской «Абу-Граиб» по причине издевательств и побоев неизлечимую болезнь, можно было бы также назвать «косвенной жертвой политической деятельности своих товарищей по Объединенной гражданской партии».

Про «тюремный произвол» стоит сказать отдельно. Если следовать принципам зародившегося в России антиамериканского народного псевдополитического движения имени Михаила Задорного («Ну, тупые!»), обнародование самими американскими СМИ, а следом и высшими должностными лицами США, фактов издевательств в тюрьмах с персоналом из американских солдат, позволяет апостолам антиамериканизма утверждать, что М. Задорнов действительно прав. Во всяком случае, в белорусском политическом сознании просто не укладывается, что высшее руководство страны может первым открыто признать: собственные солдаты, благодаря Голливуду ставшими для широких народных масс планеты земными клонами джидаев из «Звездных войн», оказывается, страдают характерными заболеваниями, всегда активно распространяющимися в армии, которой прямо на марше приходится трансформироваться из боевой в оккупационную. В длинном перечне этих болезней доминируют безнаказанность и склонность к немотивированной жестокости. Американский солдат, в данном случае, не является чем-то исторически особенным. Как писал в своих воспоминаниях о русском плене один из бывших солдат вермахта, больше всего он и его товарищи боялись не русского пехотинца со штыком, а мужиков- возчиков из воинских обозов. Эти парни были самими крепкими патриотами-сталинистами.

Несколько лет назад появились печальные воспоминания о том уровне насилия над мирным населением, которым сопровождался освободительный поход Красной Армии на Запад в 1944 – 1945 годах. Автор этих строк, немало лет отдавший изучению эпохи наполеоновских войн, мог бы при желании привести массу примеров гнуснейших преступлений, совершенных солдатами и маршалами сначала республиканской, а затем императорской французской армии. Стоит вспомнить, что и белорусы оставили свой след во всемирной истории мародерства и оккупационного произвола, когда в составе польско-литовских войск, 75 % которых составляла белорусская шляхта, во время захвата Москвы в 1611 году подвергли город жуткому разграблению и безнаказанному насилию. Помять о данном «воинском подвиге» остался даже в русском фольклоре... Впрочем, во времена Северной войны в документах той эпохи мы найдем массу примеров бесчинств «солдат петровых» на территории Беларуси. Все это можно перечислять до бесконечности, так как воинские преступления является неотъемлемыми приметами самого страшного человеческого несчастья после чумы – войны.

Валерий Иванович Токарев, подполковник ГРУ МО СССР в отставке, так объяснял автору этих строк феномен оккупационного насилия: « В момент ввода Советской армии в Афганистан я мог, абсолютно не опасаясь за свою безопасность, в одиночку на автомобиле объехать всю страну. Да и в первые недели появления наших частей настроение местных жителей к нам было в целом благожелательное. Но пришла армия, в которой всегда есть масса самых различных людей, включая с явными преступными наклонностями, и посыпались ограбления, изнасилования, избиения. Через несколько недель мы были в полномасштабной войне». Стоит отметить, что это мы говорим об армии, которую не настраивали на поход против кровожадного агрессора, а наоборот, готовили для «охраны» мирного населения от бандитов и террористов. Во всяком случае, советские части не прорывались с боем к Кабулу, как американцы к Багдаду.

«Война требует быстроты»

Марк Тулий Цицерон

Справедливости ради, стоит отметить, что американцы сами во многом виноваты, так как либералом надо быть дома, а на войне надо воевать, а не заниматься политическими интригами, подкупами и уговорами. Если войска вошли в страну с целью уничтожения антинародного режима, ликвидации возможной базы международного терроризма, то надо заниматься именно этим, а не раздачей обещаний на развалинах. Вместо этого год развлекались политическим пиаром и поисками Саддама. Ведь в апреле прошлого года никто и не мог себе представить, что возможно шиитское, а затем и совместное шиитско – суннитское восстание. Об этом предупреждали только аналитики, на которых, по традиции, никто не обращал внимание. Год войны в Ираке – пример провала, который обязательно наступит, если политтехнологиями занимается армейский штаб.
Минск глубоко волнует ситуация в Месопотамии. Во всяком случае он не остается равнодушным ни к одному промаху сил коалиции, используя всю мощь своего агитационно-пропагандистского аппарата.

На первый взгляд белорусская позиция по отношению к Ираку носит реактивный характер, но в вале критики США и их союзников улавливается некие личные обиды. Слишком силен накал страстей. Поэтому попытаемся несколько наивным, почти «детским» способом, в формате «крошка сын к отцу пришел// и спросила кроха…», отделить пропагандистский прибой белорусского официоза от реальной белорусской политики в отношении иракского конфликта.

Начнем с событий годичной давности – свержения режима С. Хусейна. Действительно ли падение Багдада для Минска оказалось тяжелой внешнеполитической неудачей? Без сомнений. Мы не скажем ничего нового, если вспомним, что саддамовский Ирак был для Беларуси почти идеальным торговым партнером, который, к тому же, контролировал третий в мире природный резервуар углеводородного сырья. Ирак до 2003 года являлся естественным политическим и идеологическим союзником режима Лукашенко. Он управлялся несменяемым лидером, который в духе белорусского избирательного права неоднократно получал почти сто процентов поддержки на плебисцитах. Наличие сильного и агрессивного союзника в ключевом для мира регионе бросало бы на А. Лукашенко тень могущества и недосягаемости для внутренних и внешних врагов, а также предоставляло бы возможность прорыва внешнеполитической изоляции.

Стоит напомнить непрерывную череду «иракских» скандалов во внешней политике РБ – то появлялась информация о поставках белорусского оружия через Сирию, то обнаруживались иракские курсанты в белорусской военной академии, то засекалась отправка продукции двойного назначения и так до последних дней существования режима С. Хусейна. Кроме того, нельзя забывать, что после Белграда у А. Лукашенко в качестве возможного места для получения политического убежища оставался только Багдад. Все это, по его мнению, у него отняли американцы при попустительстве русских.

Сейчас мы можем наблюдать системный кризис американской политики в Ираке. Минск не скрывает своей радости: «…военная операция в Ираке, начатая под лживым предлогом «освобождения от диктатуры» и «уничтожения оружия массового поражения», терпит фиаско. Говорить о новых «целях», вроде Северной Кореи, Сирии, Ирана и т.д., явно не приходится». (Нина Шелдышева. «Надоевшая и безнадежная оккупация». «Республика», 06.05.04). Интересно, а почему автор данной цитаты забыла вставить в список стран, где-то между Северной Кореей и Сирией Беларусь? Наверное, из скромности… Белорусский правящий режим не заинтересован в строительстве новой власти в Ираке, ему нужно, чтобы США завязли в кризисе. Тогда Вашингтону будет не до Минска.

Действительно, президент Буш маневрирует, пытается сохранить антииракскую коалицию и одновременно подготовить передачу власти иракской администрации. Какой новый Ирак нужен Минску?

Беда в том, что Минску не нужен «новый» Ирак. Ему нужен старый, саддамовский. Стоит только вспомнить ликование в белорусских СМИ по случаю появления на руководящих постах в иракской полиции недобитых саддамовских генералов. Поэтому и передачу браздов правления в стране национальному, а не баасисткому, правительству в Минске называют «очередным маневром США, направленным на удержание завоеванных позиций и дискредитацию ООН». (Евгений Ростиков. «Контрпродуктивная позиция», «Республика», 29.04.04).

Упорное повторение тезиса о необходимости передачи страны под контроль Организации объединенных наций имеет под собой определенный политический расчет. Вот что по данному вопросу пишет Нина Романова, основываясь на выступлении А. Лукашенко перед парламентом страны 14 апреля 2004 г.: «…это не простые слова. А выражение последовательной позиции, которой придерживается наша страна на всем протяжении иракского конфликта. Критикам надо признать, что сегодня это позиция, определяющая выход из ближневосточного тупика. Лучшим путем к урегулированию в Ираке стала бы передача политической власти новой администрации, созданной ООН». (Нина Романова. «Из Багдада уходят по-английски»).

Как бы хотелось некоторым высшим должностным лицам из белорусской столицы, чтобы войска коалиции ушли из Ирака действительно по-английски. Тема передачи конфликта на баланс ООН является ярким примером того, как правильное политическое решение, не претворенное в жизнь вчера, сегодня может превратиться в старт национального кошмара. Появление команды ООН в качестве иракской администрации в апреле 2003 года было бы наилучшим вариантом для разрешения кризиса в Месопотамии. На этом решении в то время настаивала и Москва. Но сейчас, через год, в стране, где бушует реальная гражданская война, где власть на местах держат религиозные фанатики, куда сползлась вся террористическая нечисть планеты, замена войск антииракской коалиции на войска ООН, военная эффективность которых близка к нулю, означало бы сдачу всех завоеванных позиций «аль-Кайде» и триумф той части иракского общества, которая оказалась бы при этом раскладе «непобедимой» – элиты свергнутого саддамовского режима. Ведь за спинами саддамовских генералов витает миф о стабильности и безопасности. Действительно, светский режим Саддама Хусейна держал во властном кулаке этот религиозно-национальный коктейль в бассейне Тигра и Евфрата… на костях миллионов курдов, иранцев, кувейтцев, да и собственных иракских шиитов. В итоге, в стратегически важном регионе мира возник бы страшный монстр тоталитарного клерикального государства с террористами во главе.

Надо реально смотреть на ситуацию: время идет, а «свет» в иракском «туннеле» даже не мерцает. Мир тоже не сидит сложа руки и продолжает поиски выхода из создавшегося положения. По-прежнему Ирак является важнейшей проблемой для внешней политики Москвы. Есть ли понимание белорусской позиции по иракской проблеме в российском МИДе?

Иракская политика России постепенно меняется. Во всяком случае, иракская тема уже не является угрозой для российско-американских отношений, хотя Москва до сих пор говорит, что ввод войск в Ирак был политической ошибкой. Тем не менее, раз уж война началась, В. Путин неоднократно заявлял, что РФ желает успеха США в Ираке и что, в данном случае, в период восстания, «поражение США» оказалось бы «поражением России». Москва однозначно заявила, что Ирак превратился в «рассадник терроризма» и «это представляет угрозу для безопасности России». Так что противоречия с политикой официального Минска видны невооруженным взглядом. И это не смотря на то, что регулярные консультации МИДов двух стран заканчиваются традиционными дежурными декларациями о полном единстве взглядов по всему спектру международных проблем.

Судя по всему, политическое руководство Беларуси в данном случае лукавит. Оно уверено, что время играет на него и приход к власти в Багдаде «старой гвардии» не за горами. Вот тогда Минск и получит невиданное вознаграждение за свою «последовательную позицию». Россия же должна завязнуть в контрактах с нынешним иракским режимом, восстанавливать под дулами террористов объекты энергетики, чтобы потом окончательно уступить место на местном рынке «верному» Минску. Беларусь даже не возобновила работу своего посольства в Багдаде. Выжидает.

Но если Минск уверен, что время действительно играет на него, то должен быть некий политический, а в данном случае и военный процесс, который подкреплял бы надежды белорусской правящей верхушки? Такой процесс есть. Он отлично организован и где открыто, а где скрытно стоит за всеми проявлениями иракского кризиса.

Восстание в Ираке началось с серии провокационных взрывов в религиозных центрах иракских и иранских шиитов, с провоцирования конфликтов между двумя основными религиозными общинами. В то время Минск обвинял Вашингтон в неспособности обеспечить безопасность мирного населения Ирака.

Затем началось точечное уничтожение лидеров иракской гражданской администрации и полиции, или тех, как указывало БТ, кто «пошел на сотрудничество с оккупантами». Затем подорвали вокзал в Мадриде и Испания мгновенно капитулировала. Начался вывод испанского контингента из Ирака. Европа, кроме Великобритании, оказалась неготовой к борьбе с террором у своего порога. Минск словно ослеп и оглох. «Многие склонны связывать меняющиеся не в пользу американцев планы стран коалиции с недавним обращением террориста № 1 Усамы бен Ладена к государствам Евросоюза. Возможно оно и так. Его обещания «не трогать» европейцев в обмен на вывод войск из Ирака пусть и звучат ультимативно, зато успокаивающе (!) (выделено мной – А.С.) действует на настроение в самой Европе. Испанию нельзя обвинить в том, что она пошла на поводу у шантажиста, поскольку запланирован вывод войск был чуть – чуть раньше». (Андрей Барчук, «Испания зачехляет стволы», «Обозреватель», 23.04.04). Возведение главы мирового террора Усамы бен Ладена на трон «успокоителя» Европы оказалось возможным только на страницах белоруской государственной печати. Заодно можно было бы и Гитлера через шестьдесят лет увенчать подобными лаврами. Между прочим, правительство Хосе Аснара вообще не планировало никакого вывода войск, а вот испанские социалисты, победившие благодаря социальному эффекту от взрывов поездов, действительно декларировали вывод испанцев из Месопотамии. Минск пытается оправдать капитуляцию европейцев перед террористами тем, что «каждый должен думать о своем народе». В общем, правь «Аль-Кайда» Европой!

В военное время правда столь драгоценна, что ее должны охранять караулы лжи.

Уинстон Черчилль

В субботу, 15 мая, «Панорама» БТ крайне негативно оценила уход в отставку главного редактора британского еженедельника «Daily Mirror», который оказался виновен в размещении на страницах своей газеты сфабрикованных фотографий. На снимках были изображены сцены насилия над иракскими военнопленными, в которых якобы принимали участие британские солдаты. Естественно, по версии Минска фотоснимки самые что ни на есть настоящие, несмотря на то, что Лондон привел целый перечень примет, по которым можно судить о подделке. Белорусский правящий режим, становясь заложником собственных тайных мечтаний и надежд, готов цепляться за любые фальшивки, способные эти надежды хоть как-то укрепить. При этом он упорно не замечает, что кто-то, явно из единого центра, координирует информационную войну против стран коалиции. Возможно, что, не осознавая своей ошибки, белорусское руководство содействует исключительно опасным тенденциям в мировой политике.

Надеясь на поворот колеса истории вспять, Минск упускает главное – иракцы, возмущаясь издевательствами в тюрьме «Абу-Граиб», говорят: «Американцы оказались ничуть не лучше Саддама». Это самый главный итог года оккупации. Народ не забыл преступления свергнутой клики, личность Садамма Хусейна остается в его сознании своеобразным эталоном кровожадного диктатора. Следовательно, надежда на возрождение Ирака есть.

Метки