Прелести галерного труда

По понятным причинам первое послание Дмитрия Медведева Федеральному собранию Российской Федерации ожидалось с большим интересом. И, надо признать, ожидания оправдались с лихвой: молодой российский президент, занимающий этот пост едва полгода, ошеломил целым набором сообщений о грядущих изменениях во внутренней и внешней политике России.

Придворные политологи, как водится, тут же бросились петь дифирамбы: послание-де «носит всеобъемлющий характер и содержит заявку на создание сильных институтов», оно «стало самым реформаторским за все годы современной России», а «президент выступил как либерал-демократ, как патриот, как сторонник сильного социального государства, а также архитектор мировой финансовой системы и верховный главнокомандующий».

Между тем часть конкретных предложений по поводу изменений политической системы лишена практического смысла. Скажем, предоставить одно-два места партиям, набравшим на выборах голосов от 5 до 7 процентов, по итогам последней парламентской кампании не удалось бы, ибо таковых не оказалось. К тому же эта идея никоим образом не повлияет на демократичность и реальный политический вес парламента, если у «Единой России» там все равно «подавляющее конституционное большинство».

Предложение об отмене денежного залога на выборах всех уровней откровенно антидемократично, так как позволит властям отказывать в регистрации неугодным партиям и кандидатам, а предложение о принудительной (но, естественно, основанной на законе) ротации руководства партий при нужде обеспечит разгром нынешнего руководства КПРФ и ЛДПР.

Но, понятное дело, основное внимание привлекла идея увеличения сроков полномочий президента и Государственной думы соответственно до 6 и 5 лет. Очень метко охарактеризовал эту часть послания российский политолог Николай Петров: «Когда круизный корабль, которым еще недавно представлялась Россия, попадает в шторм, пассажиры ждут, что капитан или тот, кто за него стоит на мостике, не только поставит четкие задачи команде, но и внятно объяснит им, чего ждать, и как будет действовать впервые столкнувшаяся с серьезным штормом команда в разных вариантах развития ситуации. Вместо этого к ним выходит замполит и рассказывает, как он на берегу собирается повышать качество воспитательной работы, и на сколько лет впредь надо бы назначать капитана» (http://grani.ru/Politics/Russia/President/p.143764.html).

Заодно здесь невольно вспоминается определение, данное Владимиром Путиным, когда его буквально умоляли пойти на третий срок: работа президента (вероятно, имелась в виду Россия – Ю.Ш.) – это рабский труд на галерах.

И тут на тебе: человек готов добровольно пойти на то, чтобы тянуть эту лямку два лишних года! А если, не приведи господь, два срока, то и все четыре! Видно, есть в этом для более молодого поколения какая-то неотвратимо притягательная сила. Тем более, чтобы отдаться данной неукротимой страсти действующему президенту пришлось пойти на шаг, который категорически отвергался его предшественником – инициировать изменение Конституции.

Ладно, желание есть, но ведь под него надо подвести какую-то более или менее убедительную базу. И вот это, надо признать, не слишком удалось, приведенная аргументация была весьма неубедительна. Медведев сослался на необходимость противодействовать глобальному кризису и трудностям конкурентной борьбы, модернизировать армию и управлять гигантской и сложной страной, при этом укрепляя демократические институты и поддерживая стабильность.

На первый взгляд вроде бы правильно, если бы не одно обстоятельство: все перечисленные проблемы в изобилии существовали и раньше, кроме глобального финансового кризиса. А поскольку предлагаемые шесть лет – это не для нынешнего, а для будущего президентского срока, то интересно, неужели российский президент считает, что кризис не закончится ранее 2016 года?

Вот и пойми тут: то ли под себя начинающий глава государства Российского эту карусель затеял, то ли кого другого в виду имел. Правда, почти все независимые российские аналитики пришли к выводу, что Медведев старается «для того парня».

Ну, что касается «парня», то это секрет Полишинеля. Как сообщили «Ведомости» со ссылкой на источник, близкий к администрации президента, избирательная кампания Путина, по сути, уже стартовала. У него появился свой сайт. 20 ноября на съезде «Единой России» Путин как председатель партии выступит с программным заявлением, затем с помощью сети общественных приемных в очередной раз пообщается в прямом телеэфире с народом (новая редакция «Прямой линии с президентом»). При том, что Медведев такой формы контакта с населением не использовал и будто бы не собирается (Ведомости).

В связи с этим примечательно также, что когда один из участников встречи Медведева с лидерами партий поставил перед президентом вопрос о досрочных выборах, никакой реакции гаранта Конституции не последовало. Зато сам российский премьер на пресс конференции после встречи с финским коллегой подлил масла в огонь, неосторожно заявив: «Что касается того, кто и когда мог бы баллотироваться на этот срок, говорить пока преждевременно». В нормальной ситуации выдвигаться на президентские выборы можно примерно за полгода до истечения полномочий действующего главы государства. Путин же фактически допустил возможность досрочного голосования.

Говоря о причинах необходимости осуществления столь радикальных перемен, следует напомнить, что они были предложены в то время, когда экономический кризис и падение цен на нефть грозят подорвать то относительное благополучие России, которое было главным источником путинско-медведевской популярности. Кризис уже привел к обвалу российских фондовых рынков и валюты и угрожает резким ростом безработицы.

В некоторых СМИ были высказаны предположения, что это потрясло российскую правящую элиту и вызвало разногласия между Медведевым и Путиным, или, по крайней мере, между их командами. Это выглядит вполне правдоподобно, поскольку по сложившейся в стране традиции козлом отпущения делался премьер, что позволяло президенту играть роль доброго царя, всецело заботящегося о народном благе. Однако в данной ситуации такой вариант развития событий выглядит сомнительным: как-то трудно представить Путина брошенным на ржавые гвозди народного гнева.

В итоге основная полемика ведется лишь по второстепенному вопросу: преемник уйдет уже завтра или досидит до конца своей инвеституры? Когда Путину выгодней избираться на новый срок: сейчас, когда начался кризис, или попозже, когда полыхнет со всей силой, или в 2012 году, когда может начаться подъем?

Очень образно высказался по этому поводу известный российский аналитик Андрей Пионтковский: «Страстное желание наполняет его горячее сердце и заставляет напряженно работать холодную голову в поисках вариантов решения: как можно скорее сбросить чистыми руками расстрельный по нынешним временам премьерский пакет, пока он не «придавил его дверью кризиса». И так уж получается, что единственное безопасное место в российских политических джунглях, куда можно сбежать с поста премьер-министра, – это президентское кресло».

Другой российский обозреватель, Наталья Геворкян, также полагает, что поскольку предстоящие четыре года придутся на сложные времена, то в целях самосохранения выборы надо провести досрочно, пока еще безработные и пенсионеры на что-то надеются, 40-летние боятся или не верят в свои возможности, а молодые избиратели все еще беззаботны. Желательно в 2009-м, чтобы следующие были в 2015-м, и турбулентность со всеми ее негативными последствиями попала как раз в промежуток между ними.

Так что, похоже, речь идет вовсе не о 2012 годе, иначе зачем была бы нужна такая спешка? Ведь спешка и в самом деле невероятная. После оглашения послания спикер Госдумы Борис Грызлов сообщил, что поправки в Конституцию будут внесены президентом на рассмотрение парламента в течение двух недель. Спикер ошибся: это произошло через пять дней.

При этом как-то даже странно, что в последний момент нижняя палата не рискнула рассматривать их пакет сразу в трех чтениях, как первоначально намеревалась. Тем не менее, его принятие будет осуществлено в чрезвычайно ускоренном режиме: первое чтение состоялось 14 ноября, остальные пройдут в течение ближайшей недели. Окончательно же закон будет принят до 15-летия Конституции, которое отмечается 12 декабря.

Если учесть, что довольно громоздкая процедура изменения Конституции, требующая одобрения двумя третями депутатов Думы и тремя четвертями членов Совета Федерации, а также большинством депутатов органов законодательной власти двух третей субъектов РФ, будет применена впервые в истории России, то подобная стремительность вызывает невольное восхищение.

Справедливости ради следует отметить, что существует и другая точка зрения, наиболее активным сторонником которой является Станислав Белковский. Он убежден, что своими действиями Медведев хочет показать всем, что в стране остался один лидер – он, и после проведения этих процедур всем должно стать понятно: других центров власти, формальных и неформальных, больше нет и быть не может. Однако аргументы в пользу предыдущей версии представляется более серьезными.

Но, по большому счету, все это частности. Главное же заключаетсяв том, что ни одно из конституционных изменений, озвученных Дмитрием Медведевым, ничего, по сути, не меняет. Все они вместе взятые лишь пролонгируют сохранение у власти нынешней правящей команды. Тем самым абсолютно прав Гарри Каспаров, который не считает, что поиски лидера в этом дуэте имеют какое-то значение: «Они говорят: «Мы остаемся. И не надо спорить – мы сами решим, кто из нас главнее»».

У кого-то может, конечно, возникнуть нездоровое любопытство: а что же народ? Народ, по обыкновению, безмолвствует.

Обсудить публикацию

 

Другие публикации автора

Метки