Незримые связи

22 августа в британской газете The Guardian было опубликовано письмо бывшего президента Чешской Республики Вацлава Гавела, под которым подписались также другие широко известные в мире лица: принц Хасан бен Талал, Андре Глюксманн, Вартан Грегорян, Майк Мур, Майкл Новак, Мэри Робинсон, Ехэй Сасакава, Карел Шварценберг, Джордж Сорос, Десмонд Туту и Рихард фон Вайцзеккер. В нем говорится, что «дарфурская катастрофа стала огромнейшим источником человеческого страдания». Граждане всего мира, главным образом политики и журналисты, призываются сконцентрировать внимание на данной проблеме, а экономически развитые страны – объединить свою глобальную ответственность и помочь Дарфуру в его движении в сторону обновления.

Западная суданская провинция Дарфур является сейчас едва ли не самой горячей точкой планеты. За четыре года войны там погибло около 450 тысяч человек, еще 2 миллиона жителей Дарфура стали беженцами. По словам Джона Холмса, заместителя генерального секретаря ООН по гуманитарным вопросам и координатора чрезвычайной помощи, за три года число людей, зависящих от все более нестабильной гуманитарной помощи в Дарфуре, увеличилось до четырех миллионов. За последние месяцы также резко сократился доступ и ухудшились условия безопасности для тысяч гуманитарных работников.

Одной из основных причин кризиса стала политика нынешнего суданского руководства, которое противится требованию регионов установить справедливые взаимоотношения. Когда стало ясно, что юг страны может получить серьезные уступки от центра по разделу полномочий и сырья, другие регионы начали требовать того же. Правительство предприняло попытки разгромить повстанцев, но они закончились крахом. Тогда режим перешел к массовым зачисткам, используя конфликт между земледельцами и кочевниками-арабами. На стороне последних выступает арабское ополчение «Джанджавид», которому покровительствует официальный Хартум, обещая освобождающуюся землю. «Джанджавиду» инкриминируются жестокие этнические чистки, массовые убийства, изнасилования и разрушения.

По мнению нынешнего Генерального секретаря ООН Пан Ги Муна, не последнюю роль сыграл также экологический кризис, обусловленный, по крайней мере, отчасти, изменением климата. Исследования дают основания полагать, что засуха в районах Африки к югу от Сахары в определенной степени обусловлена глобальным потеплением. Ранее арабские скотоводы-кочевники жили с оседлыми фермерами в мире. Но как только дожди прекратились, и наступила засуха, фермеры обнесли изгородью свои земли, опасаясь, что они будут вытоптаны проходящими стадами. Еды и воды перестало хватать на всех, и начались вооруженные столкновения.

Нельзя сказать, что международное сообщество ничего не делало для того, чтобы остановить кровопролитие. Все эти годы Запад пытался отправить в Судан миротворческий контингент ООН, Советом Безопасности по этому поводу была принята дюжина резолюций. Но они, подобно большинству других решений этой организации, остались на бумаге. Лишь на июньском саммите G8 в Хайлигендамме мировые лидеры договорились о совместных действиях.

В итоге, после того, как в середине июня на мирной конференции в Аддис-Абебе президент Судана Омар Башир был вынужден согласиться на отправку миротворцев в Дарфур, 31 июля Совбез принял резолюцию № 1769. Миссия, которая уже в первый год обойдется ООН в 2 миллиарда долларов, станет одной из крупнейших миротворческих операций в ее истории: 26-тысячный миротворческий корпус должен быть развернут в Дарфуре в первой половине 2008 года.

США настаивали на том, чтобы контингент прибыл в Судан уже в октябре этого года. Кроме того, Вашингтон требовал предоставить миротворцам широкое право применять оружие для защиты местного населения, а также настаивал, чтобы контроль над всем ходом операции был сосредоточен исключительно в руках ООН. Естественно, власти Судана эти предложения совершенно не устраивали: они утверждали, что американцы стремятся ограничить суверенитет законного правительства на собственной территории.

У Вашингтона давние претензии к Судану. В марте было принято решение ужесточить санкции в отношении него, что совпало с постановлением суда в Норфолке, где находится крупнейшая база ВМС США, по делу о взрыве американского эсминца Cole. 12 октября 2000 года в порту Адена в Йемене два террориста-смертника подорвали резиновую лодку, набитую взрывчаткой, у борта американского корабля. 17 моряков погибли, 39 были ранены. Ответственность за акцию взяла на себя группировка «Аль-Каида». Группа родственников погибших моряков подала иск к правительству Судана как пособнику теракта. Нанятые суданцами юристы пытались закрыть дело в связи с истечением срока давности. Однако суд счел доказанным, что в 1990-е годы власти Судана позволили «Аль-Каиде» организовать на суданской территории тренировочные базы, где готовили исполнителей терактов, а непосредственно перед взрывом эсминца снабдили террористов дипломатическими паспортами, что позволило им беспрепятственно перевезти через границу взрывчатку и оружие.

Для защиты в СБ Хартум в очередной раз попытался привлечь на свою сторону мощного союзника – Китай. Поднебесная – важнейший экономический, дипломатический и военный партнер суданского правительства. Китайский бизнес пришел в Судан в 1997 году – сразу после того, как власти США ввели запрет на работу американских нефтяных компаний в этой стране. За десять лет Китай инвестировал в Судан почти 3 миллиарда долларов, 5% китайского импорта нефти приходится на суданские месторождения. Кроме того, Судан – крупнейший в Африке рынок для экспорта китайских товаров. При этом КНР продает Судану оружие и даже расширяет эти связи, хотя его использование в дарфурском кризисе было подтверждено документально. Поэтому Пекин защищает интересы Судана в ООН. Правда, в феврале председатель КНР Ху Цзиньтао во время посещения Судана вроде бы говорил о Дарфуре, но в ходе того же визита списал правительству часть долга и дал денег на строительство президентского дворца.

Как заявил ведущий координатор международной общественной организации «Коалиция по спасению Дарфура», посол США в отставке Лоуренс Росин, если Китай не начнет влиять на Хартум, то Олимпийские игры в Пекине в 2008 году будут омрачены тенью Дарфура. Судя по всему, именно эти опасения и повлияли на позицию Пекина. Казалось, что переговоры снова заходят в тупик, однако китайская делегация в ООН неожиданно заявила, что Пекин готов смягчить свою позицию. Наблюдатели отметили, что такая внезапная перемена настроений совпала с угрозой Стивена Спилберга покинуть пост арт-директора летней Олимпиады-2008 в Пекине. А вот после того как Китай согласился поддержать проект резолюции, знаменитый режиссер заявил, что остается.

На стороне Хартума стояла также Москва, имеющая в Судане большие оружейные заказы, нарушающие эмбарго, хотя российские власти это упорно отрицают. Однако опубликованный в мае доклад Amnesty International о поставках оружия в Судан стал ударом по международной репутации России и Китая. Совбез ООН еще в марте 2005 года принял резолюцию № 1591, запрещающую любым странам вооружать участников конфликта. По данным Amnesty International, только в 2005 году Москва получила от Хартума $34,7 млн за поставки самолетов МиГ-29СЭ, Ан-26 и вертолетов Ми-24, а также комплектующих к ним. Правда, согласно российской версии, все это вооружение было поставлено по контрактам, заключенным до 2005 года.

Итоговый текст постановления Совбеза носит компромиссный характер: верховное командование и надзор будет осуществлять ООН, но оперативное управление возьмут на себя военные из стран Африканского союза. Большую часть 26-тысячного контингента также должны составлять африканцы. Миротворцам разрешат применять оружие для самозащиты, а также для защиты местного населения.

В первоначальном проекте говорилось об участии миротворцев в изъятии нелегального оружия, однако этот пункт был снят по требованию Судана: власти не хотят, чтобы миротворцы разоружали их сторонников. Тем не менее, окончательная версия была принята единогласно, то есть международное сообщество вроде бы осознало, наконец, свою ответственность за разрешение конфликта в Дарфуре. Это позволяет надеяться, что дело сдвинется с мертвой точки.

Вот только белорусские граждане имеют об этих событиях весьма отдаленное представление: государственные средства массовой информации либо полностью игнорируют поступающие оттуда сообщения, либо ограничиваются кратким изложением фактов, не давая оценки происходящим там событиям. Но это отнюдь не означает, что данная страна вообще у нас забыта, Напротив, она считается одним из союзников официального Минска, а ее президент Омар аль-Башир стал в 2004 году одним из немногих обладающих реальной властью правителей, наведавших Беларусь.

Омар Хасан Ахмед аль-Башир пришел к власти 30 июня 1989 года в результате военного переворота, совершенного на фоне серьезного обострения отношений между исламским севером и христианским югом, вылившегося в затяжную гражданскую войну. Он установил в Судане военный режим, запретил деятельность оппозиционных партий и профсоюзов. Из страны были высланы иностранные журналисты, закрыты многие газеты. Осуществление высшей законодательной и исполнительной власти было возложено на Совет командования революции национального спасения, которым и руководил Омар аль-Башир.

Во время встречи с главой парламентской делегации Судана, посетившей нашу страну в феврале нынешнего года, Александр Лукашенко говорил, что Беларусь готова к активизации торгово-экономических отношений с этой страной, и что у нас есть все товары, которые ей сегодня нужны. Судан – крупнейшее по территории государство Африки, причем по площади земель, пригодных к земледелию, оно стоит в мире сразу после Канады и Австралии. Так что белорусская сельскохозяйственная техника действительно могла бы здесь пригодиться. Кроме того, Судан весьма богат полезными ископаемыми, что также гипотетически создает неплохие перспективы для сотрудничества. Проблема в том, что внутренняя нестабильность в таких масштабах едва ли позволит обеспечивать рост торговых отношений или хотя бы их поддержание на постоянном более или менее высоком уровне.

Справедливость подобных сомнений подтверждается тем фактом, что об аналогичных перспективах говорилось и три года назад, во время визита суданского президента. Тогда стороны договорились изучить возможность совместного освоения нефтегазовых месторождений и создания сборочных производств, а также разработать программу военно-технического сотрудничества между правительствами двух стран. Увы, с тех пор белорусский экспорт в Судан, и без того составлявший внушительную величину аж в 6 млн. долларов, сократился в прошлом году до 2,5 млн. О величине импорта, судя по всему, упоминать неловко, ибо даже тогда его объем был равен 21 тысяче долларов.

При этом есть основания полагать, что значительную часть белорусского экспорта составляют вооружения. По данным  Национального отчета Беларуси о политике экспортного контроля, экспорта вооружений и военной техники, в 2002-2003 годах, Судан, наряду с Ираном, Кот-д’Ивуаром и Алжиром, значился в числе основных покупателей нашего оружия. Наибольшим спросом там пользовались танки, боевые машины и артиллерийские системы. А вообще Беларусь экспортирует в Судан вооружения с 1996 года, поставив тамошней армии, в частности, шесть штурмовых вертолетов МИ-24В и девять танков Т-55.

Кроме того, во время упомянутого визита президента Судана российская газета «КоммерсантЪ» заметила некоторую странность в том, что он лично приезжал в Минск поговорить о покупке тракторов и электротоваров в ситуации, когда ООН была готова со дня на день ввести против его страны систему санкций. Эксперты сделали вывод, что в числе обсуждавшихся тем могли быть и вопросы покупки оружия. Повышенный интерес суданцев к военной тематике подтвердило и то, что одним из собеседников их парламентариев был белорусский министр обороны, хотя встречи с главами военных ведомств практически никогда не входят в программы визитов парламентских делегаций.

Не исключено, впрочем, что в общий объем торговли доходы от продажи вооружений не входят: как известно, белорусский министр финансов однажды публично признался, что эти средства в бюджет не поступают.

Можно предположить, что в свете последних событий такого рода сотрудничество существенно сократится. Определенные материальные потери будут, разумеется, иметь место, зато хоть на этом направлении Беларусь перестанет фигурировать в списке подозреваемых.

Обсудить статью

 

Метки